leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Иммерсивная журналистика: ура-ура, догоним США!

Иммерсивная журналистика: ура-ура, догоним США!
МИА «Россия сегодня» активно продвигает так называемую иммерсивную журналистику. В апреле текущего года прошел цикл из трех лекций: «Подкасты: как работать с развивающимся форматом», «Иммерсивная журналистика: как работать с VR-технологиями» и «Иммерсивная журналистика: как работать с дополненной реальностью».
В качестве лекторов выступили: заместитель главного редактора МИА «Россия сегодня», медиаменеджер, продюсер, старший преподаватель кафедры новых медиа Журфака МГУ, член академического совета образовательной программы «Медиакоммуникации» ВШЭ Наталья Лосева, менеджер проектов Центра разработки экспериментальных проектов МИА «Россия сегодня» Андрей Попов, руководитель Центра исследования и изучения аудитории новостных медиа МИА «Россия сегодня» Анна Рудицер и руководитель Центра разработки экспериментальных проектов МИА «Россия сегодня» Далер Фатыхов.
Слушателей осчастливили знаниями о том, как устроен рынок подкастов в России и в мире, в чем особенности и ключевые преимущества формата, как сделать подкаст: выбрать тему, оборудование, записать, смонтировать и донести до слушателя.
Далее о развитии технологий виртуальной реальности и создании VR-проектов. Были разобраны основные этапы разработки проектов, вопросы написания сценария и режиссуры, озвучивания и продвижения.
Ну и в завершение цикла – о создании проектов с использованием технологии дополненной реальности. Были рассмотрены структура AR-проекта, основные этапы и особенности его разработки, вопросы продвижения.
20 августа состоялась еще одна лекция «Иммерсивная журналистика: как работать с виртуальной и дополненной реальностью».
Рассказали об использовании кардбордов и о том, как применять современные технологии в библиотеках. В рамках мероприятия прошла демонстрация проектов виртуальной реальности РИА Новости.
О журналистике как таковой ничего не прозвучало. Мероприятие предназначено для рекламы проектов МИА РС в библиотеках. Проектов пока немного: «AR-история: Солнечное затмение и исчезновение Луны», «Май 1945», «VR-история: Валерка встречает Гагарина», «AR-история: Тайна перевала Дятлова», «VR-история: Слепые в большом городе», «Путешествие к центру черной дыры», «Агафья Лыкова: Как живет сейчас самая известная отшельница России», «Кто такой Дед Мороз? Поймай своего и посмотри, что будет», «AR-история: Синестезия. Они чувствуют иначе. Они среди нас», «VR-история: Механика аутизма. Почему они так реагируют?»
Чтобы получить доступ к проектам, надо скачать приложение РИА.lab, которое позволяет взглянуть на сторителлинг по-новому – пережить опыт героев журналистских материалов, взглянуть на события изнутри, стать их активным участником.
Так написано в аннотации к программе. Используется формат «Видео 360».
По набору слов можно увидеть ориентацию на догоняющее опережение США включая встречу Гагарина и ложный аутизм, чрезвычайно там популярный.
Идея погружения в событие с присутствием внутри неплохо реализована в познавательно-развлекательном мультпроекте «Смешарики». С помощью VR-технологий происходит усиление эффекта, но не столь значительное, как подают авторы иммерсии. Для полноценного эффекта требуется достаточно дорогостоящее оборудование. Можно пользоваться и суррогатом из смартфона, вставленного в специальные складные очки – cardboard.
Почему не использовать популярный отечественный контент? Нет лучше для promotion.
Я обнаружил признаки навязывания населению заданных программ под видом его собственного выбора. Это суть модели «общество потребления». Для ее поддержания постоянно используется имитация новизны технологий, продвигаемых на рынок под изобретенными в США терминами: иммерсивная журналистика, блокчейн, биткоин. Слова имеют запредельное значение и властвуют над людьми: синестеты, подкасты, лонгрид, питчинг, виртуальная или дополненная реальность, постправда.
Кто и для чего изобрел словосочетание «иммерсивная журналистика», от лектора не добился. Проверил призывы о предложениях по развитию проекта. Готовности принять предложения хотя бы для соответствия собственной логике не обнаружил, ведущая тут же свернула лекцию с тухлой ссылкой на нехватку времени.
Насколько мне известно, подобные проекты развивают и не могут продвинуть на рынок несколько российских компаний включая производителей программ для детей на планшете.
Подкаст – это просто звуковой или видеофайл в форме передачи. Законы жанра отработаны на форматах «Театр у микрофона». Записи из архива Гостелерадио регулярно дает в эфир «Радио России». Видеоформат тоже отработан, но для него советской классике путь в эфир почти закрыт за исключением некоторых фильмов. Однако новые поколения, выросшие под видеозапись и имеющие опыт работы с YouTube, им владеют самостийно.
Слово «иммерсия» для журналистики новое, в биологии распространено и означает «погружение» в разных вариантах.
Эффект присутствия создается разными способами и прежде всего талантом репортера. Без него техника бессильна. Типичный пример – репортажи Алоизия Макгаена о турецком геноциде болгар в конце 19 века, которые повлияли на дальнейшее развитие событий всего 20 века. В 21 веке геноциды возобновились и с помощью техник виртуальной реальности эффект Макгаена преодолен. Его последователей вроде Андрея Стенина расстреливают in statu nascendi. Параллельно реальность подменяют VR и постправдой.
В качестве примеров иммерсивной журналистики обычно приводят работы Нонни Де Ла Пенья. Автор газеты The New York Times прославилась серией репортажей через технологии виртуальной реальности. Проект «Сирия» заказан Международным Экономическим Форумом. Зритель оказывается в эпицентре бомбардировки, затем попадает в лагерь для беженцев.
Проект Ла Пенья «Голод в Лос-Анджелесе» о людях, получающих помощь продуктами питания в США. Зритель переносится в пункт выдачи продовольствия в Лос-Анджелесе, где голодающий больной диабетом падает в обморок в очереди за едой.
Согласно Википедии, в 2015 The New York Times в сотрудничестве с Google запустил проект виртуальной реальности NYT VR, в рамках которого подписчикам вместе с копией издания было доставлено более миллиона Google Cardboard – очков со вставкой смартфона, для просмотра репортажей и документальных фильмов технологии VR.
Первый фильм, снятый в рамках NYT VR, называется «Перемещённые» («The Displaced») и рассказывает истории трех детей, вынужденных бежать от войны в своих странах. Так, зрителю предлагается воочию увидеть события в Сирии, на Украине и в Южном Судане, которые заставили больше 30 миллионов детей покинуть родные места.
Таким образом авторам терминологии удалось связать понятие иммерсивной журналистики с актуальной для США повесткой. Ровно то же сделали ранее с правозащитной, природоохранной и зоозащитной деятельностью.
Судите сами. Сотня миллиардов долларов на продукты питания для бедных по факту являются государственной поддержкой неэффективного сельского хозяйства США. Когда в Думе попытались сделать нечто аналогичное, получили жесткое условие закупок продовольствия за рубежом.
Насаждение проектов аутизма и вот теперь синестетизма направлено на защиту психиатрической системы США, обслуживающей интересы крупной фармы. Там смешали норму, шизофрению, аутизм, синдром Дауна и еще много чего. Большинство отнесенных к аутистам людей таковыми не являются. У них обычные для турбулентного времени болезни сна и общения. Лечится как правило психотерапией, то есть одними словами. Человек может помочь себе сам, выстраивая адекватное микросоциальное окружение с нормальной занятостью. Глотать таблетки, ходить на тренинги коучей и бегать по митингам для людей с болезнями общения чревато прогрессированием недуга вплоть до стойкого закрепления. Пока не наступила анозогнозия, все поправимо.
Ну и самое главное – Сирия. Смогут ли США с помощью иммерсивной журналистики отмыться от создания террористического квазигосударства? Лично я не увидел тут журналистики. Как сказал один из слушателей, любое изобретение ученых рано или поздно будет использовано как оружие.
А пока технология VR используется в качестве протеза теряющей позиции Google-культуры, основного инструмента постмодернизма.
За VR-технологиями может быть большое будущее. Например, прикованный к постели человек может увидеть себя танцующим. Неизлечимо больной получит облегчение боли и отдохнет душой. Широкие перспективы в образовании. Пока технологии используются индивидуально, устраняется важнейший компонент обучения в виде эффекта группы. То же происходит в насаждаемом с Запада дистанционном обучении.
У России есть огромное преимущество в виде латерального мышления. Используя терминологию и модели из англосаксонской ментальности, Россия на старте нивелирует свои преимущества и ставит себя в зависимое положение.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments