leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Развитие темы вмешательства на лекарственно-аптечном поле: прямые провокации и косвенный террор

Охотный ряд
Развитие темы вмешательства на лекарственно-аптечном поле: прямые провокации и косвенный террор
Думский комитет по охране здоровья обсудил в среду больную тему обеспечения необходимыми лекарственными препаратами, незарегистрированными в Российской Федерации, тяжелобольных пациентов.
Общественное мнение было потрясено попыткой уголовного преследования женщины, которую арестовали при получении почтового отправления из-за рубежа с противосудорожным препаратом. В России он не зарегистрирован. Социальные сети и вслед за ними зарегистрированные СМИ отреагировали незамедлительно.
Один этот случай не выдерживает детального анализа. Регистрация лекарственных препаратов в России облегчена и ускорена по сравнению с зарубежной практикой. Если же препарат запрещен как психотропный, его не должны были отправлять в Россию по почте. Или получается, что Международный комитет по наркотикам работает в двойных стандартах.
Дискуссия в комитете выявила во всей красе все ту же антагонистическую подсистему глобального управления, что и на выборах. Действует она комплексно и набирается из инструментальных элементов подобно конструктору. С одной стороны, внешние обязательства и обременения. В данном случае требования Международного комитета по наркотикам, права патентообладателей, GMP. С другой стороны, саботаж процедуры регистрации, отмена регистрации отечественных препаратов по требованию патентообладателей, дорогостоящая маркировка, диктат аптечных сетей. Все вместе накрывается зонтиком не соответствующего закону правоприменения, по сути преступного. Ну и новые медиа на подхвате для накачивания базовой тревожности, это классика государственных переворотов.
Действует некая система выявления категорий населения, которые эффективно поддаются преследованию. На заседании комитета вспомнили кетаминовые дела против ветеринаров. Навскидку можно накидать десяток-два примеров в самых разных сферах жизни включая мышиные дозы наркотиков, квартирное рейдерство или грабеж машин под видом эвакуации, атаки на преподавателей и тренеров.
Не надо забывать, что в нынешней России трое из четырех действующих хирургов одной больницы могут находиться под следствием. Понятно, никто из врачей не возьмется применять незарегистрированный психотропный препарат. Многие из них требуют сложной процедуры введения. Если что не так или просто подстава, загремишь на отсидку.
Руководитель межфракционной группы по обеспечению лекарствами Андрей Исаев считает своей обязанностью не только тушить уже возникший пожар, а принять меры, чтобы пожар не возник. На наших глазах разворачивается системный кризис лекарственного обеспечения. Апокалипсиса, о котором пишут журналисты, пока нет, но он может наступить. Лекарства дешевого сегмента продолжают выбывать с нашего рынка. Для отечественного производителя механизмов замещения не создается. Разговоры о монополизме аптечных сетей ничем не кончаются. На производителей лягут расходы по маркировке. Замещать импорт становится невыгодно. Даже в московских аптеках отсутствует вакцина от столбняка. Треть аукционов по закупкам не проведено.
Исаев особо подчеркнул, у нас великолепное законодательство по закупкам, только закупки не производятся. Он просит комитет ускорить принятие закона об Интернет-торговле лекарствами, чтобы дать хоть какой-то выход отечественному производителю помимо аптек.
Про облегченное законодательство о регистрации лекарств сказал статс-секретарь Минздрава Дмитрий Костенников. Почему Исаев говорит, что процедура крайне сложна?
В ответ Андрей Исаев подробно пояснил: «У нас самая простая процедура регистрации. Но дело в том, что есть разница между тем, что написано в законе, и практикой правоприменения. А практика заключается в следующем. Да, у нас установлены достаточно короткие коротки. Но в том случае, если эксперты дали замечания, эти замечания не устранены или не объяснены в течение определенного времени, эти короткие сроки начинаются заново. И так может, длиться годами. В ситуацию необходимо вносить изменения. Когда мы говорим что стакан наполовину пуст, нам рассказывают, что стакан наполовину полон. Законодательно сроки регистрации в РФ установлены достаточно приемлемые. Но проблема состоит в том, что для нового лекарства нужно пройти экспертизу. Соответствующая экспертная организация тянет, тянет, тянет время, потом дает замечания, им отвечают, и опять тянут время, и опять дают замечания и так далее и тому подобное. Количество замечаний которые могут сделать эксперты по поданным документам не ограничено. К сожалению этим иногда играют для того чтобы затянуть регистрацию того или иного лекарства, которое составляет конкуренцию для импортных препаратов. Вот о чем вы спросили».
Назревает проблема с маркировкой. Исаев сторонник маркировки. Но то, как это происходит, есть риски что маркировка приведёт к вымыванию дешевого сегмента. Надо освободить от маркировки дешевые лекарства, есть другие механизмы контроля. Валидол подделать невозможно, вместо него мел не положишь.
Патентное право у нас действует в интересах правообладателей патентов, как правило импортных производителей, а не наших отечественных товаропроизводителей. Есть инструмент зависимого патента и есть принудительная лицензия. Если вы сделали препарат, который немножко отличается от существующего, вы вправе получить зависимый патент. Если не хочет дать правообладатель, можете подать в суд и суд обяжет выдать вам принудительную лицензию. В России ни разу не применялся этот механизм. А у нас есть примеры того, как регистрацию работающих отечественных препаратов, важных препаратов, отменяют на основании того, что патентообладатели потребовали и убрали отечественный препарат с нашего рынка.
Как сработали правоохранительные органы, это не вопрос к охране здоровья.
Костенников сказал о дефектном правоприменении.
Уголовное дело не может быть возбуждено если деяние не представляет общественной опасности. В УК есть еще одна норма: если в даже нарушением законодательства предотвращаете больший вред, это тоже не влечет уголовной ответственности.
То есть на примере лекарственного обеспечения мы опять наблюдаем все ту же схему, когда для депрессивного давления на население выбирается интересант, в данном случае зарубежные производители с патентами наперевес, и за счет решения своих интересов на российском рынке выполняют задачи общего геополитического монополизма.
Председатель комиссии СФ по защите суверенитета Андрей Климов называет такие формы внешнего воздействия на страну косвенным террором.
Мне бы очень хотелось, чтобы депутат Исаев справился, тем более, что на его стороне и председатель комитета Госдумы по охране здоровья Дмитрий Морозов и министр здравоохранения Вероника Скворцова.
Проблема в том, что кто везет, на том везут. Обязанностей у Исаева много и все расстрельные. В тот же день ему пришлось объяснять журналистам, почему придется вводить четырехдневную рабочую неделю. Между строк читаются запланированные последствия повышения пенсионного возраста в виде давления на рынок труда.
Тем временем либеральная пресса спускает заготовленные провокации о следующем повышении пенсионного возраста. Нас заверяют, что этого не будет. Ну, не будет этого, так будет много другого. Глобальная мясорубка работает с нарастанием темпа, она уже не может остановиться и после смерти будет молотить вхолостую.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments