leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Стенограмма пленарное заседание 425 СФ 25.09.19 время эксперта Кирилл Вышинский

Кирилл Вышинский выступил в СФ: Не вернутся на Украину пока Киев не перестанет делить граждан на неправильных и правильных которые поклоняются Бендере Западу и не любят все русское.
7. 12:30-13:00 «Время эксперта»
Выступление журналиста, исполнительного директора Международного информационного агентства «Россия сегодня» Кирилла Валериевича Вышинского

Стенограмма пленарное заседание 425 СФ 25.09.19 время эксперта Кирилл Вышинский
Уважаемые коллеги, сегодня в рамках нашей традиционной рубрики "время эксперта" выступит журналист, исполнительный директор Международного информационного агентства "Россия сегодня" Вышинский Кирилл Валериевич.
В нашем заседании также принимает участие генеральный директор Международного информационного агентства "Россия сегодня" Дмитрий Константинович Киселёв.
Кирилл Валериевич, прежде всего спасибо Вам за то, что Вы согласились прийти. У нас положено, когда в этой рубрике приходят к нам гости, рассказывать их биографии. Но, честно, меня так эмоции захлестывают, что я очень коротко скажу.
Кирилл Валериевич в журналистике почти 25 лет. В 1996–1998 годах он занимал пост шеф-редактора на днепропетровском "11 канале", затем был ведущим редактором на телеканале "Ай Си ТВ".
С 2006 года на протяжении восьми лет Кирилл Валериевич работал журналистом программы "Вести" на российском телеканале "Россия 1", освещал протесты на майдане, политические процессы на Украине. Затем возглавил информационное агентство "РИА Новости Украина", являющееся информационным партнером "Россия сегодня" на Украине.
15 мая 2018 года Служба безопасности Украины без каких-либо на то оснований задержала Кирилла Валериевича. Ему было предъявлено обвинение в государственной измене только за то, что он выполнял свой журналистский долг, за то, что он смело и открыто высказывал свою точку зрения. Его арест вызвал широкий резонанс в международных журналистских кругах.
Вы знаете, Кирилл Валериевич, мы, как Совет Федерации, на всех наших международных парламентских площадках, здесь, в зале, всегда поднимали эту тему и всегда получали понимание и поддержку. Простые граждане, журналисты, конечно же, Дмитрий Константинович – ну, трудно перечислить всех, кто встал на Вашу защиту, потому что понимали степень несправедливости и попрания всех международных норм, свободы слова, печати и так далее. Но то, как Вы держались этот год…
Вы знаете, хочется Вам сказать слова огромной благодарности за Ваше мужество, за Вашу стойкость. Даже когда Вам предложили Вас обвинять, Вы сказали: "Нет, я должен доказать, что я невиновен". И, вы знаете, это вызывает такое уважение к Вам и в Вашем лице к журналистскому корпусу – независимому, неангажированному, смелому, когда не боятся высказывать правду, не боятся высказывать свои слова. Поверьте, что мы вместе с Вами все это время сопереживали. Ну, не могли в одной камере находиться, но слали Вам сигналы, выступали, просили передать приветы. И просто счастливы и рады, что Вы наконец дома, что Вы в России, что Вы вышли из этого с гордо поднятой головой. И сегодня Вы стали таким символом несгибаемости журналиста, которому пытаются заклеить пластырем рот. Им не удалось Вам это сделать. Даже оттуда, из заключения, Ваш голос был громкий не только на всю Украину, Россию, но и на весь мир. Вот за это Вам низкий поклон. Еще раз слова огромной благодарности. И позвольте предоставить Вам слово. (Аплодисменты.)
К.В. Вышинский, журналист, исполнительный директор Международного информационного агентства "Россия сегодня".
Спасибо большое, дамы и господа, за огромную честь. Огромная ответственность выступать с этой трибуны. Я прошу простить мне понятное волнение, поскольку последние несколько месяцев у меня была гораздо более скромная аудитория, она носила "камерный" характер, поэтому я сегодня, конечно, волнуюсь и думаю, что это волнение будет понятно.
Я начну с главного, с того, что мне хочется поблагодарить с этой высокой трибуны всех тех, кто приложил усилия к моему освобождению и сделал его возможным, возможным не только освобождение, но и возвращение в Россию, в том числе и Валентину Ивановну Матвиенко, членов Совета Федерации, которые неоднократно на протяжении 15 месяцев на разных трибунах, на разных площадках говорили о несправедливости, которая была сделана в отношении меня – арест и заключение только за то, что я…
Я сейчас процитирую, Валентина Ивановна, Вас, если Вы позволите.
Председательствующий. Да.
К.В. Вышинский. "Кирилл Вышинский занимался своей журналисткой деятельностью и, по сути, стал жертвой политического режима". Вот только за это я оказался в тюрьме. Спасибо большое всем, кто приложил усилия для моего освобождения.
И спасибо большое Отечеству. Я для себя в тюрьме нашел формулу. Я родился и вырос на Украине, я прожил там бо?льшую часть своей жизни, практически всю, и понимаю, что это моя Родина. Но за многие месяцы, которые я провел, я понял, что Отечество мое здесь, в России, и Отечество – это единственная страна, которая первой встала на мою защиту, которая, как отец, защитила меня от той несправедливости, которая со мной творилась. (Аплодисменты.) Еще раз всем вам большое спасибо за то, что я на свободе.
Мне предложили выступить на тему "Положение со свободой слова и борьба за права журналистов на Украине (личный опыт)".
Итак, о личном опыте. Совсем недавно, июльской ночью, в Лукьяновской тюрьме я проснулся в 4 часа от грохота, от сильного звука. Я подумал, что это гром. Подошел к решетчатому окну, посмотрел на небо: небо было абсолютно ясным. На следующее утро из выпуска новостей я узнал, что ночью был обстрелян офис канала "112 Украина", который находится буквально в трех кварталах от Лукьяновской тюрьмы, где меня содержали.
Д.К. Киселёв, генеральный директор Международного информационного агентства "Россия сегодня".
Из гранатомета.
К.В. Вышинский. Из гранатомета, совершенно верно, как мне помогает и подсказывает Дмитрий Константинович.
Я понял, что, наверное, это самый яркий образ того, как выглядит на сегодняшний день свобода слова на Украине: журналист в тюрьме слышит ночью, как из гранатомета обстреливают офис его коллег. Яркая картина, не правда ли? С другой стороны, в ней есть все элементы системы или механизма давления на журналистов, СМИ и свободу слова, которые были созданы за последние пять лет во время правления президента Порошенко. Элементы этой системы – спецслужбы, прокуратуры, суды и, как следствие, тюрьма (как в моем случае) и десяток других – давят со стороны украинского государства на журналистов и СМИ. С другой стороны, радикальные националистические группировки, которые запугивают журналистов, устраивают митинги и акции устрашения под редакциями и, как крайняя мера, теракты против СМИ, против журналистов, вплоть до их убийства.
Поджог редакции информационного вещания телеканала "Интер", убийство моего коллеги Олеся Бузины, я не исключаю, что и выстрел по телеканалу "112 Украина" могли совершить эти самые активисты, как их называют на Украине, а на самом деле представители радикальных националистических группировок.
Меня арестовали 15 мая 2018 года. Арест сопровождался 10 обысками. Обыскивали не только мою квартиру, но и два наших редакционных офиса, две квартиры моих родителей, а также еще несколько адресов, двух моих коллег. То есть это была широкомасштабная акция.
Я уверен до сих пор, что цель обыска в офисе нашей редакции – не попытка найти какие-то доказательства моей виновности, а просто уничтожение редакции как таковой. Из всех редакционных компьютеров были изъяты жесткие диски, они до сих пор хранятся где-то в недрах СБУ. И, насколько мне известно, поскольку я ознакомился с материалами дела, ничего из того, что находилось на этих дисках, в материалы дела не попало. То есть просто вытащили из компьютеров жесткие диски, превратили всю редакционную аппаратуру в металлолом, а значит – просто хотели "убить" редакцию.
Конечно же, кроме того, что это уничтожение редакции, это арест меня, это еще и попытка устрашения всех коллег, которые прекрасно понимали, что следующими могут оказаться они.
Основное обвинение, которое мне предъявила СБУ в момент ареста, – на посту главного редактора сайта "РИА Новости Украина" я не занимался журналистикой, а проводил информационные спецоперации в интересах Российской Федерации, в рамках этой якобы нежурналистской деятельности под моим руководством на сайте публиковалась не объективная и достоверная информация, как сказано в обвинительном акте, а статьи антиукраинской направленности (их было 72, опубликованы весной 2014 года и в 2015 году). Вот в общих чертах фабула обвинения. Почему я так ее подробно цитирую, вы сейчас поймете.
Я действительно работаю журналистом больше 25 лет. Я руководил информационными редакциями в Днепропетровске, Киеве, работал в газете, на радио, телевидении. Мои репортажи выходили в эфирах новостей практически всех крупнейших национальных каналов Украины. В 2006 году я стал собственным корреспондентом ВГТРК на Украине. На эту должность я ушел с поста заместителя главного редактора службы информации телеканала ICTV.
Больше чем за четверть века я прекрасно понимал: недостоверная информация, опубликованная или вышедшая в эфир, – это провал в работе, это большой риск для любой редакции, серьезные неприятности, судебные иски, опровержение недостоверной информации и чаще всего требование материальной компенсации за причиненный ущерб. Вот таким образом не раз разорялись редакции на Украине, превращались просто в банкротов, и СМИ исчезали.
В нашей редакции мы всегда тщательно проверяли факты, которые публиковали, боролись за 100-процентную достоверность, и нам это удавалось. За четыре с лишним года моей работы во главе "РИА Новости Украина" нам не было предъявлено ни одной претензии ни со стороны специальной комиссии, которая была создана в министерстве печати и министерстве информации Украины, ни со стороны спецслужб, ни со стороны каких-то контролирующих общественных органов, которые росли как грибы на Украине, поскольку атмосфера взаимного недоверия СМИ просто зашкаливает.
Так вот, с точки зрения этих людей, в том числе и СБУ, четыре года мы работали честно, открыто и точно без каких-либо грубых нарушений профессиональной этики и профессиональных стандартов. Поэтому я считаю и продолжаю считать бездоказательным обвинение СБУ о том, что с первого дня моей работы главредом, то есть с марта 2014 года, я систематически и целенаправленно публиковал на сайте необъективную и недостоверную информацию. Этому просто нет доказательств.
Мой комментарий к такому обвинению СБУ: это обвинение необоснованное, а значит – лживое, просто ложь.
Теперь про антиукраинский характер этих 72 публикаций. Странное обстоятельство: три года выходили якобы целенаправленные публикации материалов на сайте, который входил в тридцатку наиболее читаемых информационных ресурсов Украины. Четыре года мы открыто работаем, у нас – пресс-центр, в котором ежедневно проводились пресс-конференции. Мы не скрывались, не уходили в подполье, и только на пятый год появляются претензии за статьи, которые опубликованы за три года до этого. Мне кажется, что все очевидно.
Более того, Мининформполитики в 2017 году опубликовало два списка из 42 сайтов, в деятельности которых экспертный совет министерства, который состоит из нардепов, журналистов, медиаэкспертов, прослеживает антиукраинскую направленность, наполненную деструктивным содержанием (конец цитаты). Так вот, у многих из этих 42 сайтов, у которых усмотрена вот эта криминальная антиукраинская направленность, посещаемость ежемесячно – меньше 100 тысяч. Наш сайт – 1,5 миллиона. Если бы мы занимались антиукраинской деятельностью, публиковали какие-то материалы, которые, если цитировать еще раз, имели бы антиукраинскую направленность, наполненную деструктивным содержанием, это невозможно было бы не заметить, но не замечали.
И вот в 2018 году, на пятый год нашей работы, управление СБУ по Крыму виртуально с дислокацией в Херсоне, которое вело следствие по моему делу, просто прорвало: систематически и целенаправленно антиукраинская деятельность. Все это меньше чем за год до президентских выборов, да еще и под хор голосов с первого дня моего ареста "а давайте его на кого-то поменяем". Уверен, что обвинение в антиукраинственности наших материалов – это ложь, которая была призвана оправдать мое содержание в тюрьме на протяжении 15 месяцев и служила частью PR-кампании президента Порошенко перед выборами 2019 года.
Но вернемся к личному опыту. После обыска у меня дома решение о моем задержании принимал не суд, а следователь СБУ. Подобная процедура по украинскому уголовно-процессуальному законодательству возможна в том случае, если человека, что называется, взяли "на горячем" (предположим, на месте совершения преступления, чуть ли не с окровавленными руками над трупом), или в том случае, когда все указывает на его причастность к какому-либо преступлению, то есть есть свидетели, его поймали на бегу с криками "держи вора". В моем случае СБУ пошло по этому пути. Меня арестовали утром 15 мая якобы в момент совершения преступления, а именно размещения статьи, посвященной тогда очень актуальной теме – получения и борьбы украинской раскольнической церкви Киевского патриархата за получение томоса о независимости (об автокефалии).
Я подготовил долгий пересказ этой статьи, но на самом деле очень коротко пробегусь и скажу главное. В статье были изложены две точки зрения – украинского политолога, который сомневался в том, что процесс будет удачным, и предполагал, что украинская власть уже заранее приготовила объяснения, почему томос не был получен, и украинской раскольнической церкви Киевского патриархата, которая боролась за этот томос, естественно, отрицала какое-либо участие украинской власти в этом процессе и упрекала власть России, а также Украинскую православную церковь, так называемого московского патриархата, каноническую церковь, существующую на территории Украины, в том, что она вставляет палки в колеса. Вот такая статья была опубликована.
И к моему удивлению, когда я прочитал в подозрении, что мне за нее инкриминируют, я увидел такую формулировку: эта статья была размещена в интересах Российской Федерации и их представителей с целью предоставления им помощи в проведении подрывной деятельности против Украины, а именно в противодействии получению автокефалии украинской поместной церкви. Как сейчас выражается молодежь, я в этот момент "залип". Потому что мы дали точку зрения двух украинских граждан, вернее, политолога и украинского института, церкви, которая обвиняла Россию в том, что она вставляет палки в колеса. Политолог сомневался, что вообще процесс может как-то идти и эти колеса будут крутиться. И вдруг меня обвиняют в том, что эта статья с жесткой критикой властей Российской Федерации, оказывается, играет на руку властям Российской Федерации. Я просто в какой-то момент опешил.
Я понимаю, что я мог быть предвзятым в оценке наших материалов, что наверняка я не до конца объективен по отношению к работе своих коллег. Но в моих подозрениях в том, что это абсурдная ложь, меня убедила экспертиза, которую провел украинский научно-исследовательский институт специальной техники и судебных экспертиз СБУ. На казенном бланке на нескольких страницах приводятся подробный анализ текста, о котором я рассказывал, и выводы эксперта. Эксперт в одном абзаце изложил содержание, а в другом он дает свой вывод.
Я процитирую, потому что, мне кажется, это очень важно. Эксперт признает: высказываний по поводу целесообразности, возможности, необходимости изменения границ территорий или государственной границы Украины, предложений по поводу изменения формы государственного устройства (с унитарного на федеративное) или действий, которые могут привести к утрате суверенитета, территориальной целостной и прикосновенности нашего государства, в предоставленной на исследование статье нет. То есть по выводам эксперта СБУ статья, за которую меня взяли якобы в момент совершения преступления, ничего крамольного не содержит. И когда эксперт СБУ подтвердил то, что я говорил с первого дня, я был еще раз, мягко говоря, удивлен, потому что он-то, по идее, должен был найти крамолу в этом тексте, но даже он не смог этого сделать.
Я не могу употребить фразу "к чести сотрудников СБУ", потому что им просто пришлось достать этот эпизод из обвинительного акта и не включать его, поскольку они поняли, что эта окончательно абсурдная история просто развалит все обвинение еще до начала судебного процесса.
Итак, поимки на горячем, как это хотела представить СБУ, в моем случае не было, это доказала экспертиза самой Службы безопасности Украины.
Ну а вершиной абсурда, который содержался в формулировках в моем обвинительном акте, было утверждение о том, что я при помощи 72 статей, которые мне вменялись в качестве преступления, должен был совершить и совершал подрывную деятельность, а именно я ослаблял суверенное и независимое государство Украина, вплоть до полного его уничтожения и установления контроля Российской Федерации над как можно большей территорией Украины, аж до полного вхождения в состав Российской Федерации. Конец цитаты. 70 статей, опубликованных в интернет-ресурсе не самом популярном – 25-й, 30-й. И после этого государство с 42 миллионами жителей, граждан, с примерно 0,5 миллиарда (450 миллионов) людей, которые стоят на страже национальной безопасности (это полиция, СБУ, армия)… 70 статей – и государства нет, я его развалил при помощи вот этих текстов, это моя конечная цель. Я был еще больше потрясен, потому что не представлял себе, что можно такое придумать.
Я говорю много о себе, хотя прекрасно понимаю, что я, наверное, просто самое яркое пятно на той картине борьбы со свободой слова и на фоне работы того механизма, который был создан Порошенко на Украине за прошедшие пять лет.
При Порошенко журналистов на Украине не только сажали в тюрьмы – их лишали работы, устраивали гонения, репрессии, выдавливали из страны целыми редакциями и коллективами. В вынужденной эмиграции оказались мои коллеги, люди, которые публиковались у нас на сайте, – Владимир Скачко, журналист и политолог Ростислав Ищенко. Они сейчас живут и работают в Москве. Главный редактор интернет-издания "Страна.ua" Игорь Гужва попросил политического убежища в Австрии. Гонения на редакции, обыски в редакции интернет-портала "Страна.ua", лишение лицензии на вещание и закрытие "Радио Вести" (украинской радиостанции, которая не имеет никакого отношения к ВГТРК), угрозы о прекращении вещания телеканалов "112 Украина" и NewsOne по результатам обращений еще порошенковской рады к Совету национальной безопасности – все это стало обыденными реалиями пяти лет. При этом националисты из радикальных организаций ("Национальный корпус", С14, различные объединения ветеранов АТО) совершают поджоги редакций, как это было с телеканалом "Интер", угрожают расправой журналистам, организовывают демарши. Но самое страшное – моих коллег на Украине убивают и за это никто не отвечает.
Журналист Павел Шеремет погиб 20 июля 2016 года в Киеве в результате взрыва автомобиля. Следствие считает основной версией месть за профессиональную деятельность. Преступление до сих пор не раскрыто, несмотря на привлечение к его расследованию специалистов из Федерального бюро расследований Соединенных Штатов Америки.
Журналиста и писателя Олеся Бузину убили в апреле 2015 года у порога собственного дома выстрелами в упор: четыре выстрела из автомобиля, который проезжал через двор. На протяжении трех с половиной лет идет суд, поскольку убийство было резонансным, и министр внутренних дел Аваков, который в тот момент возглавлял министерство, заявил, что дело чести – его раскрыть.
Его раскрыли якобы по горячим следам, нашли двух обвиняемых. Эти люди просидели в тюрьме 60 суток (это тот максимальный срок – ограничение, – после которого необходимо его продолжать в судебном порядке), через 60 суток они вышли из суда под поручительство народных депутатов, были встречены аплодисментами, цветами, их качали на руках. 3,5 года идут судебные заседания, и вот новость буквально вчерашнего дня: Андрей Медведько, один из подозреваемых и уже обвиняемых в убийстве Олеся Бузины, недавно был избран в общественный совет по контролю за Национальным антикоррупционным бюро Украины. Я никак не могу это объяснить. Я и понять это не могу.
Выходя из СИЗО в конце августа, я думал, что такое обращение со СМИ и журналистами на Украине – то есть заключение по надуманным поводам, обыски в редакциях, угрозы и прямые нападения, в том числе и с гранатометами наперевес, как это было с Павлом Шереметом или Олесем Бузиной, – все это должно остаться в прошлом, ну, было при Порошенко – с Порошенко и уйдет. Но…
Цитата из свежего – позавчерашнего – новостного сообщения (23 сентября, РИА Новости): "Украинский телеканал NewsOne передал координатору ООН письмо с просьбой защитить свободу слова на Украине. Телеканал NewsOne апеллирует к международному сообществу с просьбой поддержать свободу слова на Украине. Соответствующее обращение журналисты NewsOne принесли в офис координатора системы Организации Объединенных Наций...".
По словам журналиста, это уже девятое диппредставительство, куда телеканал обращается с просьбой защитить свободу слова на Украине. Ранее письмо передали в посольства Италии, Франции, Германии, Австрии, Испании, Кипра, а также в представительство Евросоюза на Украине.
"К нам выходят представители, слушают, что мы хотим им донести. Мы передаем им письмо-обращение, в котором приводим факты ущемления свободы слова по отношению к холдингу "Новости" – телеканалам NewsOne, "112 Украина" и ZIK", – добавил журналист".
Обращения принимают, дипломаты вежливо раскланиваются, уходят, а машина, которая направлена на борьбу со средствами массовой информации и оппозиционными журналистами, продолжает работать.
Свежий пример. Люди, которые представляют телеканалы NewsOne, "112 Украина" и ZIK, сейчас активно борются за то, чтобы через суд не было выполнено решение нацсовета по телевидению и радиовещанию, то есть чтобы они не были лишены лицензий на вещание.
Почему их хотят лишить лицензий на вещание? Каналы и их журналистов обвиняют в том, в чем следователи СБУ обвинили меня в 2018 году, – в разжигании межнациональной розни (статья 161 уголовного кодекса Украины). В эфире телеканалов якобы в словах гостей звучали слова, разжигающие национальную, расовую, религиозную вражду и ненависть.
Речь идет о выступлениях политэкспертов, депутатов Рады Украины, которые с экрана обращались к людям и к власти только с одним посылом, смысл которого сводился, если коротко, буквально к двум предложениям: люди на Донбассе, объединившиеся в народные республики, не вернутся на Украину до тех пор, пока Киев не откажется от разделения своих граждан на правильных и неправильных украинцев. Правильные – это те, что стремятся говорить и учить своих детей только на украинском, ходят в недавно созданную православную церковь Украины (ту, то с томосом), гордятся Бандерой, любят Запад и не любят Россию и все русское. Неправильные – у которых все по-другому.
"Не делите людей и дайте им самим возможность выбрать язык для обучения детей и общения с государством, оставьте в покое церковь и память о героях, не переименовывайте улицы, это так просто", – говорили эксперты и гости. Но нет. Даже говорить об этом в эфирах телевизионных каналов на Украине – крамола. За это каналы могут лишиться лицензии.
А ведь в какой-то момент казалось, что на Украине после президентских выборов возможны какие-то сдвиги и изменения в ситуации со свободой слова. Мой коллега, который сейчас находится в вынужденной эмиграции в Австрии, главный редактор сайта "Страна.ua" Игорь Гужва писал в социальных сетях: надежд было немного, но они были.
Первое, мы надеялись на закрытие сфабрикованных и политических мотивированных уголовных дел, на прекращение атак на СМИ и попыток закрыть за их редакционную политику (или позицию собственника), прекращение безнаказанного уличного беспредела в отношении СМИ со стороны ультраправых националистов, – писал Игорь Гужва.
По первым двум пунктам уже есть определенность, но она, увы, отрицательная. Сфабрикованные во времена Порошенко уголовные дела против журналистов до сих пор не закрыты. Зато власти пытаются прекратить вещание каналов "112" и NewsOne, при этом делается это более активно, чем при Порошенко. Такова свобода слова на Украине сегодня.
К тому, что написал мой коллега, я бы добавил еще одно важное обстоятельство, без которого свобода слова на Украине не будет полноценной. В страну должны получить возможность приезжать и свободно работать журналисты из России и других стран. При Порошенко всех российских журналистов окрестили пропагандистами, все федеральные телеканалы – кремлевской пропагандой, их вещание запретили, причем запретили не только крупные, большие федеральные каналы – запретили познавательные каналы, запретили детские каналы, запретили киноканалы, как запретили советское кино. В эти списки попали даже те, кто никогда не работал на федеральных каналах.
Кроме этого, составили санкционные списки с именами моих коллег на несколько страниц и массово не пускали или выгоняли их. Кого-то снимали с поезда на границе, кого-то хватали на Крещатике и насильно сажали в самолет, после чего запрещали на годы въезд в страну.
Под раздачу попадали не только российские журналисты, но и журналисты других стран. В марте 2019 года не пустили на Украину итальянского журналиста государственного телевидения RAI Марка Иннаро. Он собирался освещать президентские выборы, но не был пущен в стану, потому что собирался въезжать в Украину через Москву. То же самое произошло и с журналистом из Австрии Кристианом Вершютцом. Послы возмущаются, коллеги недоумевают, но ситуация не меняется.
Это общая картина, но есть еще частные судьбы. Я подготовил список всех тех людей, которые за последние пять лет оказались в тюрьме или преследовались за их профессиональную деятельность. Я назову фамилии только некоторых.
Василий Муравицкий, журналист. Обвинялся по статьям 110, 111, 161, 258 (часть 3). Это весь набор, что и у меня, кроме части 3 статьи 258. 11 месяцев в СИЗО города Житомира и больше года под круглосуточным домашним арестом без обвинительного приговора. У человека жена, двое детей, он не может выйти из квартиры.
Павел Волков, журналист, – статья 110 и часть 3 статьи 258 (это финансирование террористических организаций и их поддержка). Тоже за журналистские публикации. Год и месяц в СИЗО города Запорожье, пять месяцев без меры пресечения. 27 марта 2019 года оправдан, прокуратура подала кассацию на оправдательный приговор.
Елена Бойко, журналист, – статья 110 за журналистские публикации (это, если мне память не изменяет, призывы к изменению конституционного строя). Восемь месяцев в СИЗО города Львова без обвинительного приговора.
Здесь 12 человек. Я просто отниму у вас слишком много времени и не смогу уложиться в регламент, если буду рассказывать о судьбе каждого из них.
На что я хотел обратить внимание? У этих людей одни и те же статьи – 110-я, 111-я, 161-я – все то, что было у меня. Почему их сажали по этим статьям? Я уверен, что в этом был системный замысел. Дело в том, что эти статьи – это госизмена, призывы к изменению государственных границ, а также свержению конституционного строя – в 2014 году, буквально через два месяца после майдана, были выведены в разряд так называемых безальтернативных. То есть, если ты проходишь обвиняемым или подозреваемым по этим статьям, ты гарантированно сидишь в тюрьме. По ним украинским Уголовно-процессуальным кодексом не предусмотрены другие меры пресечения – залог, личное обязательство, домашний арест. То, за что боролся мой адвокат все это время, за то, чтобы я вышел на свободу, стало возможно только после того, как Конституционный суд Украины уже перед выборами президента в 2019 году отменил эту дискриминационную норму о существовании безальтернативных статей.
И люди, журналисты, начали выходить, но они по-прежнему остаются под следствием, как и я. И по-прежнему высока вероятность (в любом случае она есть), что я могу быть признан виновным и осужден по статье 111 украинского криминального кодекса за госизмену на срок от 12 до 15 лет. Я могу вам, как человек, который консультировался в камере с соседями, сказать, что преследование за умышленное убийство в украинском уголовном кодексе начинается с 10 лет. Журналист (статьи) – от 12 до 15, человек, который обвиняется в убийстве, – от 10. Почувствуйте разницу.
Последнее, что бы я хотел сказать. Огромное спасибо тем людям на Украине, которые пытаются бороться с этой машиной. Это в основном адвокаты – адвокаты журналистов, которые испытывают огромное давление со стороны этой машины и механизма, который запущен был при Порошенко. Этих людей приводят в качестве обвиняемых по другим уголовным делам, националисты обливают их зеленкой, забрасывают яйцами, но они мужественно ездят в СИЗО, на суды и борются не только за своих подзащитных, но и за свободу слова на Украине.
Уважаемые сенаторы, я поделился с вами своим опытом и своим видением состояния свободы слова на Украине. Я рассказал вам о преследованиях журналистов за их профессиональную деятельность. Мой опыт позволяет мне сделать определенный вывод. Во время президентства Порошенко в стране была создана система борьбы с неугодными СМИ и журналистами. Эта система серьезно ограничила свободу слова в стране. И на сегодняшний день я, даже оказавшись на свободе после 15 месяцев заключения, не могу с уверенностью сказать, что система подавления свободы слова на Украине (я по-другому это назвать не могу) перестала работать. У меня пока нет оптимизма.
Спасибо большое за внимание, за возможность выступить с этой высокой трибуны. (Аплодисменты.)
Председательствующий. Уважаемый Кирилл Валериевич, вот Вы знаете, Ваша такая пламенная речь журналиста – не чиновника, не депутата, а журналиста, прозвучала как справедливый обвинительный приговор киевскому режиму и тому беспределу, который там творится.
Я бы опубликовала Вашу речь. Вы нас вооружили новыми аргументами, которые мы будем использовать настойчиво в нашей межпарламентской деятельности, обращаться на международные площадки, потому что не может международное сообщество, которое считает свободу слова одним из главных принципов демократии, не замечать этого, не видеть и молчать. Вот вместе давайте делать так, чтобы они наконец это заметили и громко об этом сказали. Спасибо еще раз Вам за все. Благодарю Вас. Спасибо искренне. Спасибо, Кирилл. (Аплодисменты.)
К.В. Вышинский. Спасибо большое.
А самое главное, Валентина Ивановна, я Вам благодарен за то, что Вы хотите бороться не только за меня, но и за других журналистов на Украине и вообще за принципы, за свободу слова. Я считаю, что это самое главное, что продемонстрировало мое Отечество – готовность бороться за принципы, а не только за конкретного человека. Спасибо большое. (Аплодисменты.)
Председательствующий. Спасибо еще раз огромное.
Дмитрий Константинович, Вам спасибо огромное за участие. Спасибо.
Уважаемые коллеги, я вынуждена сейчас уйти, потому что в 14 часов (мне осталось 10 минут – долететь) Владимир Владимирович принимает председателя парламента Китая, мы с Вячеславом Викторовичем должны быть там. Извините. Николай Васильевич продолжит нашу работу.
Еще раз вам спасибо огромное за доверие. Очень-очень вам благодарна. Спасибо. (Аплодисменты.)
Председательствует
первый заместитель Председателя Совета Федерации
Н.В. ФЁДОРОВ
Председательствующий. Уважаемые коллеги, сейчас на нашем заседании присутствуют адъюнкты Московского пограничного института ФСБ России. Давайте их поприветствуем и пожелаем успехов в работе и учебе. (Аплодисменты.)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments