leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Шнур в роли клизмы для мозгов: Зачем читать, никто сказать не может – коммерция диктует композицию

Охотный ряд
Шнур в роли клизмы для мозгов: Зачем читать, никто сказать не может – коммерция диктует композицию
Думский комитет по культуре – это такое творческое место, где системная работа неприемлема. В тот уже далекий пятый созыв, когда комитет возглавляла системообразующая фигура в лице Григория Ивлиева с целью дожать новый закон о культуре, Говорухин с Кобзоном не выдержали и покинули родной комитет. Незадолго до смерти Говорухин пытался выжать из комитета, как из камня слезу, оценку хотя бы кино и резко констатировал: «Ни черта вы не смотрите!».
Члены комитета типа шантрапа в детской колонии привыкли к повадкам начальства и не реагировали никак, все равно ничего не будет.
Под руководством Елены Ямпольской комитет окончательно превратился в элитарную тусовку. Журналистов неизменно привлекает наличие известных всей стране людей, но по смыслу здесь работать трудно. Нет заготовленной информации. Не отработан проект решения. Даже списка участников нет. Прекрасная Елена называет своих выдающихся, как она считает, экспертов уменьшительными именами. Зато есть чай и печеньки, к коим никто не прикоснулся.
Так она провела в пятницу заседание Общественного совета при комитете «Могут ли россияне вновь стать самой читающей нацией».
Для комплекту надо было самовар поставить для формата «Чаепитие в Мытищах» – в Думе радуются, народ облизывается.
Из двух с половиной часов заседания основное время заняли сетования на нынешнюю молодежь. Благо в наши турбулентные времена для этого появились основания. Странно слушать мнения после специалистов на других мероприятиях, каковых в Думе немало бывает. Геннадий Онищенко об этом знает больше, но его не приглашали. Приглашенный Зураб Кекелидзе проигнорировал. Как и вершитель всех побед книгоиздания Михаил Сеславинский.
Параллельно шли разговоры, как у нас плохо и как хорошо. Обе оценки в одном флаконе представил президент издательской группы «Эксмо-АСТ» Олег Новиков. Объяснил, почему книги у нас дорогие. Бумагу покупаем по мировым ценам и доступ к полиграфии тоже по мировым ценам. По сравнению с Европой книги вдвое дешевле. Экономия на авторах и зарплате, что плохо. По данным ВЦИОМ, читающих книги 53%. Электронные книги вдвое дешевле бумажных в основном за счет пиратства. Электронные книги составляют 5%, аудиокниги 1%. 30% книг покупают через электронные магазины Озон и Лабиринт. Здесь есть отсекающая цена почтовой доставки. Сегодня уже экономически оправдано открывать книжные магазины в городах до пятидесяти тысяч населения. Обсуждали в этом плане Мышкин. У нас в стране огромное количество школьных библиотек. Они никак не обновляются, живут в прошлом веке.
Главный тезис, как его слышал издатель: издают всякую фигню, треш.
Несколько раз не к добру поминали распиаренную чернушную писательницу Гузель Яхину и Новиков не избежал соблазна.
Несколько меньше, но еще более упорно говорили о библиопсихологии со ссылками на популистку Татьяну Черниговскую. Нейробиологи говорят, надо готовить детей к электронному чтению. Не сможет ребенок линейно читать с гиперссылками, если не прошел этап бумажного чтения.
Оживляж внес Сергей Шнуров. Простой казалось бы вопрос – зачем читать, зачем заставлять людей сидеть с книжками? – ответа не получил никакого.
Шнур сначала вставлял свою клизму для мозгов после каждой фразы буквально, потом завял и сидел тихо, будто провинился. К тому времени зал заметно поредел.
До октябрьских тезисов Шнура еще ничто в Думе не звучало столь четко и понятно на языке трех осин. Человечество к чтению не имеет отношения. Читало два процента. Мы живем во времени потерянных смыслов. Русский человек сталкивается с текстом в виде инструкции, повестки и объяснительной. Больше к тексту он не имеет отношения.
Ямпольская опешила: а как же тексты в Интернете?
Шнур выстрелил чертом из табакерки: это не тексты. Эмодзи.
Он довольно долго ходил на премию «Национальный бестселлер», потом завязал с этим делом, потому что туда перестали ходить симпатичные девушки. Писатель им не интересно. Зачастил в Думу. Тут и вправду симпатичных почти что на уровне Тверской.
Объяснил смысл мема «СССР самая читающая страна» наблюдательный и критичный Михаил Швыдкой. По его словам, в СССР читать было интереснее, чем жить. Попадаешь в другой мир. Дворники и врачи читали один и тот же журнал. Потом мир сам стал другим и жизнь попала в другой контекст. Люди перестали читать и ходить в театр. Жизнь усложнилась. Нет единого читателя. Дети воспринимают сегодня мир через визуальные образы. Девочка написала пьесу, состоящую из символов.
Вот так получилось, что интеллигентный Швыдкой сказал почти то же, что отвязанный Шнур. «Юность» Швыдкой не назвал, а Шнур и вовсе не знает, что это такое.
Мы не знаем страны, в которой живем – ключом к дискуссии стала фраза Швыдкого. Оказалось, он имел в виду, что мы не знаем литературы татарской, башкирской, украинской. В советском прошлом в Киеве выходил роман и его читали все. Не читать Виталия Коротича было невозможно.
Швыдкой воистину не знает страны, в которой живет. Казалось бы, не читать книг Анатолия Крыма невозможно. Его шедевры русской культуры созданы в Виннице. Невозможно не читать исторические романы израильтянки Ларисы Склярук из Ташкента. А в национальных республиках федерации живет русофобия и чернуха вроде Гузель Яхиной, лидера книгоиздания. На федеральном уровне возможны варианты, но и тут обосновалась русофобская туфта типа «Тихий Дон» Урсулюка. Ямпольская его демонстративно любила, а Шнур тщательно перебивал, но понимания не достиг.
Опять все то же: поговорить о книге собрались люди, которые новой русской литературы не знают. Есть специалисты в МПГУ, которые знают новую литературу по долгу службы. И есть Дмитрий Быков, который вообще знает все. Они не входят в тусовку Ямпольской.
Я имел поводы убедиться, что знаю о новой литературе больше среднестатистического депутата. Но для барыни Ямпольской журналист вроде холопа, он инструмент трансляции ее блестящих словосочетаний и не более того. Что характерно, ни на один из содержательных вопросов канала «Культура» глава комитета не ответила. Качественная литература для нее это проверенная временем классика, потому что новой литературы она не знает.
Был в прошлом такой момент в Думе: оказалось, что о кино я знаю больше Швыдкого, так он с любопытством прислушался к моему мнению. Наглядный пример разного воспитания.
Нам нужны сложные люди, сложные люди формирует сложное чтение. Является ли автор этих слов Швыдкой сложным человеком? Его студенты, которые приходят на первый курс, они видимо простые, так как к ЕГЭ готовятся по краткому содержанию.
Казалось, Швыдкой соревновался со Шнуром в изощренной порнографии. Совет сложного человека простым студентам: если вы хотите понять, что такое любовь, надо читать Пушкина и Толстого. Иначе все, что вы будете делать, это акробатика.
Швыдкой настаивает на возвращении школьного сочинения, с чем невозможно не согласиться.
Я заметил на этом мероприятии по крайней мере три важных по смыслу момента.
Президент ООО Торговый дом «Библиоглобус» Борис Есенькин, человек умудренный, вспомнил свою бабушку: ну, внучок, прочитал «Городок в табакерке», а теперь пиши.
Об этом действительно никто не говорит. По себе знаю, если читаю без обязательств написать рецензию, восприятие поверхностное.
Есенькин четко сказал, должна быть национальная программа, чтобы оздоровить наше общество.
Почему на сегодняшний момент это невозможно? Зампред комитета по культуре Ольга Казакова почти испугалась, когда я переспросил ее о бабушке президента. Депутат яростно отстаивала тезис, что заставлять нельзя, надо привлекать.
Казакова эффектная женщина, наверно из-за таких Шнура привлекает Дума. Однако она опытный учитель и не может не знать, что на одной добровольности дальше Google-культуры не уедешь. Данная установка разрушает систему образования англосаксонского мира, особенно страдают США.
Главную причину и это был второй смысловой момент назвал писатель Юрий Поляков. Он сам сидел в жюри и знает, за что дают литературные премии: за правильные политические взгляды, за либерализм в сексуальных отношениях, за верность тусовке, за какое-то такое умело выстроенное фрондерство. Чепуха курируется Роспечатью. Это их политика. Они считают, что надо поддерживать писателей такой скрытой оппозиции. А ведь оппозиционность и талантливость разные вещи. Человек может быть оппозиционным и бездарным. Может быть вполне лояльным и в то же время талантливым.
Зачем так выстраивают, спросите у Сеславинского.
Ямпольская параллельно сетовала, что Сеславинский не дошел. Думаю, неслучайно. У него своя тусовка и он должен проявлять преданность на уровне национального мазохизма.
Владимиру Владимировичу как Владимиру Ильичу для связи с народом нужно кино, поэтому его отдали Владимиру Ростиславовичу. А книгой пусть Мишка рулит. И неважно, что там Елена Прекрасная гуторит
Поляков обозначил еще одну любопытную закономерность. По его словам, на Западе упал интерес к нашей литературе. Что там издают, это мы оплачиваем западным издательствам. В основном ориентируясь на результаты «Букера» и «Большой книги», что ошибочно, потому что это не лучшее в нашей литературе. С уходом Советского Союза, когда он перестал быть угрозой, на Западе интерес упал. С ростом влияния России в мире может быть опять начнут издавать литературу антироссийскую и русофобскую. Это политика, литература их мало интересует.
Писатель знает по себе, что у китайцев широкий интерес к литературе. Они на свои деньги издают. В Китае нет миллионных тиражей. Там небольшой слой общества читает художественную литературу, особенно переводную. Самый у них популярный роман, за который Поляков получил премию как за лучший переводной роман года, «Замыслил я побег». Его три раза переиздавали, но до ста тысяч он не дотянул. Для Китая это немного, а для нас сейчас заоблачно.
Юрий Поляков подчеркнул, что наша страна была одной из самых серьезно читающих. Навык серьезного чтения такое же национальное достояние, как нефть и газ. Писатель – носитель культурного кода. Проблема национальной безопасности.
Третий смысловой момент замечен мною в информации Ямпольской. Россия на втором месте после Турции по затратам населения на книги. А самыми читающими странами являются Китай и Индия. Там другое отношение к чтению.
Директор Института социологии РАН Михаил Горшков сообщил, что никогда российское общество не было так структурировано. Средний тираж одной книги сократился до четырех тысяч. Две тысячи без высокотиражных изданий. Тираж научной книги сократился в 10 раз. За 20 лет закрылось 7,5 тыс книжных магазинов, осталось менее тысячи на всю огромную Россию. За последние десяток-полтора лет добавилась массовая литература. Мы будем заставлять общество жить в реальности или виртуальности? Если в условиях реалистичности, надо предпринять какие-то шаги. Суть этой литературы отразил Андрей Вознесенский: «Коммерция диктует композицию». Литературный критик Наталья Иванова эту проблему выводит за литературные рамки. Это вообще другое явление, которым должны заниматься социологи. Формировать государственное задание на те проблемы, которые существуют. Этого не происходит.
Закончилось все равно Шнуром.
Ямпольская с присущим ей пафосом поставила неожиданный вопрос: когда в стране будут появляться новые полные собрания сочинений наших классиков? Не репринтные, а с новым оформлением новыми документами.
Непрошенный Шнур опять выстрелил: полное собрание сочинений Пушкина нельзя. В академическом издании очень много матюгов.
«Кто о чем», – тускло произнесла Ямпольская.
Тусовку Ямпольской невозможно воспринимать серьезно на фоне трех мероприятий в ГУМе по программе Книжного фестиваля на Красной площади 04.06.19. Провели две женщины Любовь Казаченкова и Елена Бейлина с оппозиционным настроем в отношении чиновников. Обсуждался среди прочего и новый проект, которым занимается в Думе Ольга Казакова. Депутат не знала и не узнала, что библиотека без книг не может быть, но нам такое готовят: https://leo-mosk.livejournal.com/6371771.html
Должен сказать, Сергей Шнуров прав каждым звуком своих неуемных речей. Мой дед Соломон Файнберг родился в Витебске, жил в Берне и Франкфурте-на-Майне, был настоящим фанатом русской классики. Меня он так порицал за нежелание читать Пушкина Толстого Чехова Достоевского Горького, что я буквально возненавидел классику. К Чехову я пришел позже. Толстого и Достоевского мне объяснила Наталья. Смысл не в кратком содержании для студентов Швыдкого, а в одной фразе на каждый роман. В результате появилась наша с Натальей статья об исследовании феномена человека в русской литературе https://leo-mosk.livejournal.com/4513408.html.
Если мне нравятся женщины, я должен перепробовать всех, чтобы найти свою? Мне проще, меня Наталья нашла. У меня и с книгами так же, на ММКВЯ женщина библейской внешности подарила (!) повесть Анатолия Крыма «Левушка».
Нам удается находить новые книги не хуже классики, привычной как вывих. Но у людей в книжных магазинах и особенно на выставках все больше разочарования. Их агитируют читать, а что читать, информации ноль. Мы об этом много раз писали, вскрывая причины. Качественная новая литература на полки магазинов не попадала давно, а теперь и на конкурсы. О чем собственно и говорил Поляков, да и Шнур тоже.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments