leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Реализм в подростковой литературе женского возраста

Книга в Москве
Идеал и ее муж – Женский зоопарк еврейского счастья Ольги Шумяцкой
Реализм в подростковой литературе женского возраста
Что такое комплекс полноценности? Как хорошо известно всем тем, кто уже не сможет об этом рассказать, любая современная женщина достаточно талантлива, чтобы довести до истерики даже деревянный шкаф.
Причина чрезвычайно простая, но она чисто эволюционно-генетическая и обычному читателю непонятна. В жизни животных и растений время и времени случаются катастрофы с потрясениями и гибелью, но в конечном счете с обновлением. Человек является единственным живым существом, который устраивает катастрофы себе сам исключительно ради чувства обновления. Зоологам позвоночных известно о синдроме зоопарка у млекопитающих. Слишком комфортные условия требуют ухищрений и изысков в создании преград в вольере и перепрятывании корма.
Почему синдром зоопарка охватил преимущественно женщин, я углубляться опасаюсь. Однако факт: стабильные условия жизни женщина в браке и с адекватной занятостью воспринимает как стресс. Примерно с семи лет брака сосуществование с накопленным грузом взаимного негатива становится невыносимым. Свой вклад вносит ежемесячный ПМС и затем кризис середины жизни добивает такую жизнь, которая казалось бы не стоит доброго слова. Большинство, шумно поспорив в узком кругу, тихо расходится под формулировку «не сошлись характерами». Другие устраивают криминальные шоу с продолжением у Андрея Малахова. Есть третий путь, зловредный, как оружие массового поражения, – пропаганда своей мизантропии в форме западных методичек, как правильно ссориться женщинам с мужчинами, делить детей и лучше вообще не рожать.
Немногочисленные или скорее малозаметные описывают феномен в разных доступных по таланту стилистических формах. Интересное кино: мощный мозг, который так и не догнала по вычислительным показателям вся сумма компьютеров мира, никак не помогает решать свои внутренние проблемы. Да и как может быть иначе, если он их создает? Зато дает возможность описывать, что уже произошло как бы само собой.
Общество так устроено, что первый вариант практически у всех. Второй и третий на удивление редки в этом больном мире, но тщательно поддерживаются СМИ для создания впечатления, будто ничего другого не бывает. Четвертый вариант по распространенности следует за первым. Удивительно, в России с литературоцентричными традициями и тупой пропагандой чтения его не видно. А между тем, естественные отношения женщин и мужчин составляют основную группу литературных жанров и в биологии ближе всего современному человеку. Все остальное вторично.
Выпускница Журфака МГУ Ольга Юрьевна Шумяцкая (23.02.1961 – 14.01.2013) была журналистом-кинокритиком во время либерального разрыва в истории отечественной кинематографии.
Тут сказывается постсоветский парадокс. Сегментированное общество не подавало признаков жизни за пределы узкой ниши каждого. Остро нуждаясь в навигации в сфере кино и литературы, ни читатель, ни зритель этого не получали. С развитием социальных сетей перешли на самообслуживание. Кино мы смотрели, безошибочно выбирая в мутном потоке качественное. Талантливые фильмы можно было найти, но не рецензии на них. По крайней мере, адекватные рецензии.
Что характерно, я ничего не знал и о Еврейском центре на Никитской, хотя большую часть своей журналистской жизни провел именно в еврейской прессе.
Короче, я не знал такого кинокритика «Ольга Шумяцкая» и не узнал до сих пор. Найти ее статьи мне не удалось. Наверное, здесь есть вторая задача для ее мужа Александра Колбовского, коль первую он выполнил – издал сборник ее стихов «Я завтра буду далеко».
«Она была настоящим кинокритиком – с безупречным врожденным вкусом и легким, без всякого наукообразия стилем; в истории кино она ориентировалась не хуже, чем в собственной биографии, а описать картину умела коротко и точно, в высшей степени адекватно. Хорошая кинокритика, а уж тем более киноведение сегодня востребованы мало: серьезных изданий почти нет, а для аннотации талант не нужен. Киноведение осталось в лекциях. К счастью, у нее была для этого площадка – Еврейский культурный центр на Никитской организовал лекторий, где можно было рассказывать о литературе и кинематографе, и у Оли был там свой цикл кинопоказов. Но она в какой-то момент ясно и бескомпромиссно поняла, что кинокритика в прежнем понимании кончилась, и ушла в литературу, где успех ее был гораздо заметнее», – Дмитрию Быкову можно верить, потому что он откровенен, номинально относится к либералам и вызывает искрение с обеих сторон.
«Какую прозу Шумяцкая умела писать на самом деле – легко понять по повести «Сижу на крыше», напечатанной в «Новой юности». Это несколько виановская, абсурдистская, удивительно легкая вещь об ужасе возраста, об инфантильном поколении, не успевшем пожить – а тут уже надо стареть. Пересказывать ее бессмысленно, и не в сюжете там дело, а в интонации веселого отчаяния, которая там слышится. Шумяцкая никогда не жаловалась – этим она отличалась от большинства сверстников, коллег и вообще творческих работников, которые, встречаясь, рассказывают друг другу о том, что такое-то издание закрылось, такая-то рубрика прекратилась, а такому-то институту грозит расформирование. Всю жизнь пропрыгав с одной тонущей кувшинки на другую, как в легендарной компьютерной игре «Перестройка», она умудрялась относиться к этому как к норме жизни – так даже веселей, кровь не застывает. Напиши она еще несколько таких вещей, как «Сижу на крыше», и, глядишь, место ее в серьезной литературе оказалось бы прочным и неоспоримым, но сидеть в журнальной резервации и писать для крошечной прослойки Шумяцкая не хотела. Вдобавок надо было зарабатывать на жизнь. И она стала сочинять замечательную массовую литературу, веселую, увлекательную, чаще всего детективную, с очевидными отсылками к истории кино, с портретами нынешних властителей дум, с ядовитой социальной сатирой, – иными словами, умудрилась втиснуть себя в формат. Выпустила девять книг. Стала хорошо оплачиваемым автором хорошо продающейся прозы – и не поступилась ни умом, ни вкусом, ни вечной своей легкостью. Чего ей все это стоило – не знаю. И никто не знал», – таким образом гуманитарий Быков отразил эволюционно-генетические особенности человека на примере одной женской фигуры.
По счастью, я не связан с условностями кино- или литературной тусовки. Мне нет нужды им подчиняться или их ломать. Я не являюсь фанатом какого-то одного писателя. В новой русской литературе талантливых писателей много, особенно писательниц. На фоне мощного потока творчество Шумяцкой не выглядит чем-то исключительным. Сам ее книжку не возьмешь, требуется наводка или знакомство.
Ozon услужливо подставил в поиск несколько книг Шумяцкой почему-то из одной серии «Гламурненько!» Первая попавшаяся «Где продается славянский шкаф?» кажется какой-то детской поделкой. Какие-то женско-шпионские страсти-мордасти без заметного смысла. Детсадовские отношения трех типичных экспонатов инфантильного поколения, не успевших пожить – а тут уже надо стареть».
Рецензия из газеты «Труд» относит «Где продается славянский шкаф?» к пародии на всем известные романы «Секс в большом городе» Кэндес Бушнел и «Дневник Бриджит Джойс» Хелен Филдинг: «У трех закадычных подружек есть все, что нужно для счастья – верные мужья, дом, любящие дети, работа, домашние животные. Нет только царя в голове».
Однако те пожилые девочки западного пошива достигли как минимум пубертации, а у Шумяцкой описан кризис «возраста песочницы».
«Итак, меня зовут Мопси. Мурка и Мышка – два совершенно невыносимых создания – мои лучшие подруги. Мы не расстаемся тридцать лет, то есть с глубокого детства. Это ничего, что Мурка живет в Питере, а мы с Мышкой в Москве. Почему-то каждый раз в экстремальной жизненной ситуации мы оказываемся вместе». (стр. 21)
«У Мурки есть категорическая особенность: она может вывести из терпения даже такого ангела, как я, буквально секунду назад я рыдала над ее несчастной судьбой, а сейчас была готова убить на месте». (стр. 81)
«О Николае я слышала впервые. О сыпи тоже. Впрочем, как и о ягодицах. Мышка ведь такой экземпляр – ее болезни всегда настигают нас врасплох». (стр. 84)
«Наконец о самом любимом. О себе. Я, Мопси, не была, не участвовала, не привлекалась, не имею. Работаю журналистом. Пишу о кино. Мой муж, Большой Интеллектуал, одновременно является моим коллегой. Он вечно наступает мне на пятки. И наша профессиональная деятельность – не исключение. Во вредных привычках я не замечена. Характер у меня покладистый. Ум острый. Талант несомненный. В чем талант? Да практически во всем. Из всего вышесказанного ясно, что я идеал. Поэтому закончим обо мне – все равно к идеалу ничего не прибавишь – и вернемся к истории с шифрограммами». (стр. 23)
Нет ничего более реалистичного, чем сюр. Особенно женский бытовой сюр, в который мы все погружены и в котором живем подобно аквариумным рыбкам. Мужья и прочие мужчины тут статисты. Главные действующие лица женщины с характерными девиациями. Они описаны ярко, смешно, с юмором и злым сарказмом. Ольга не щадит никого начиная с самое себя. В общем, это шедевр на уровне сюр-полета выше мужских фантазий нашего любимого с глубоко советского времени Валерия Попова. Чье восьмидесятилетие отмечается в эти дни. Слава богу, вспомнили. А Шумяцкая – это не просто актуально, но гениально.

УДК 882
ББК 84(2Рос»Рус)6
Исключительное право публикации книги О. Шумяцкой «Гламурненько. Где продается славянский шкаф?» принадлежит ЗАО «ОЛМА Медиа Групп». Выпуск произведения без разрешения издателя считается противоправным и преследуется по закону.
Оформление переплета О. Кондратьевой
Ш96
Шумяцкая О.Ю. Где продается славянский шкаф?: Роман. – М,: ОЛМА Медиа Групп, 2006. – 352 с. Тир. 4000 – (Гламурненько!).
ISBN 5-373-00526-6
Что может развеять женскую хандру? Правильно. Дальнее путешествие и надежда на новые приключения. Особенно если приключения не заставляют себя ждать! Визит в американское посольство ввергает вас в водоворот шпионских страстей, попытка отправить посылку в Израиль заканчивается скандалом на таможне, а попытка свекрови укрепить семейное гнездо приводит к самым феерическим последствиям!..
УДК 882
ББК 84(2Рос~Рус)6
© О.Ю, Шумяцкая, 2006
© ЗАО «ОЛМА Медиа Групп» 2006

ГДЕ ПРОДАЕТСЯ СЛАВЯНСКИЙ ШКАФ?
Шпионские страсти-мордасти с письмами, стихами, шифровками, слежками, погонями и кружавчиками от Версаче
Кто не спрятался – я не виноват!
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА и ИСПОЛНИТЕЛИ:
Знаменитые шпионки:
Мурка.
Мышка.
Мопси.
Их мужья:
Лесной Брат.
Настоящий Джигит.
Большой Интеллектуал.
Дополнительный внеплановый муж:
Федор Михалыч.
Их дети
Ребенок Машка.
Ребенок Кузя
Жертвы вербовки:
Тетя Ляля, – старушка на грани нервного срыва
Луизочка Арнольдовна – дама с международными связями.
Бабушка Тамрико – горная орлица в гневе.
Матильда – домработница в обморочном состоянии.
Сема Вайнтрауб – жених с тяжелыми телесными осложнениями.
Алла Борисовна – женщина, которая звонит.
Николай – практически чудотворец.
Старик Пахомыч – держатель золотого запаса страны.
Человек-Амфибия – моя мечта при шашлычках.
Мифические персонажи:
Эрцгерцог Фердинанд – собутыльник Ленина.
Боря Цукерман – человек-невидимка.
Седрик-Пашаев – никому не известный великий композитор.
Бонд... Джеймс Бонд – тот самый. Смешать, но не взбалтывать.
Представитель Вооруженных сил:
Майор Бывалый – крупный поставщик оружия
Представитель туристического бизнеса:
Малявка, он же гаденыш, он. же пупссик (через два «с»).
Представители американского посольства:
Грымза в очках.
Бедный, бедный консул № 1.
Представители израильского посольства:
Бедный, бедный консул № 2.
Дюжие молодцы Йосси и Шломо.
Представители спецслужб:
Майор Пронькин (Россия).
Майор Проньман (Израиль).
Майор Пронишвили (Грузия).
Очень большая шишка (Израиль).
Представители религии:
Три раввина – один Главный и два не очень

Ольга Шумяцкая родилась в Москве, с детства обожала кино и до сих пор не может расстаться с этой детской любовью. Окончив факультет журналистики МГУ, она быстро стала кинокритиком. Но и на этом страсть к кино не закончилась! Она вышла замуж за собрата по профессии и теперь не расстается с ним ни дома, ни на работе!
Больше всего на свете Ольга любит смеяться, читать смешные книжки, смотреть смешные фильмы и болтать по телефону с подругами о всяких смешных вещах, приключившихся за день. А в свободное от кино время Ольга сочиняет упоительно смешные истории, в которых отражается наш безумный, безумный, безумный мир.
Что может развеять женскую хандру? Правильно. Дальнее путешествие и надежда на новые приключения. Особенно если приключения не заставляют себя ждать! Визит в американское посольство ввергают вас в водоворот шпионских страстей, попытка отправить посылку в Израиль заканчивается скандалом на таможне, а попытка свекрови укрепить семейное гнездо приводит к самым феерическим последствиям!..

На свете много женщин с чувством юмора. Некоторые из них пишут книги. Тем приятнее неожиданность – выудить из женских иронических историй что-то действительно необычное. Необычность прозы Ольги Шумяцкой в нежном уютном юморе с элементами абсурда. Вот как сладко бывает – читаешь книгу» словно ешь молочную шоколадку с изюмом. И сладко, и ощущение правильно проведенного времени.
Елена Колина, писатель
Кажется, это первая у нас пародия на всем известные романы «Секс в большом городе» Кэндес Бушнел и «Дневник Бриджит Джойс» Хелен Филдинг. У трех закадычных подружек есть все, что нужно для счастья – верные мужья, дом, любящие дети, работа, домашние животные. Нет только царя в голове. Они постоянно оказываются в эпицентре невероятных ситуаций, которые сами же создают, и всякий раз бросаются друг другу на помощь, развенчивая миф о том, что женской дружбы не существует.
«Труд»
Говорят, настоящий друг – это тот, кто все про тебя знает, но все равно любит. Ольга Шумяцкая, похоже, знает про своих героинь все – их вздорность, апломб, эгоизм, мелочные игрушечные страсти. И еще она знает их искренность, преданность. Готовность в любую минуту броситься на помощь друг другу, умение глубоко сопереживать чужому горю и открыто радоваться чужому счастью. А когда со своими героинями нас знакомит такой великолепный рассказчик, как Ольга Шумяцкая, то становится не слишком важным, почему мы их любим – за «что-то» или «вопреки». Любим, потому что они становятся и нашими друзьями.
Ирина Волчок, писатель
ОЛМА медиагрупп

Литературно-художественное издание
Ольга Юрьевна Шумяцкая
Где продается славянский шкаф?
Роман
Ответственный редактор М. Сергеева
Редактор А. Чудинов
Художественный редактор А. Чернова
Технический редактор О. Левкин
Компьютерная верстка Е. Митрофановой
Корректоры И. Агафонова, П. Захаров
Подписано в печать 25.05.06, Формат 84х100 1/32. Бумага офсетная.
Гарнитуре «Academy С». Печать офсетная. Уел. печ. л. 17,16 Тираж 4000 эка, Изд. № 06-8123. Закал № 4139, ЗАО «ОЛМА Медка Групп» 129075, Москва, Звездный бульвар 23
Полиграфическая фирма «КРАСНЫЙ ПРОЛЕТАРИЙ» 127473 Москва Краснопролетарская, 16

Отрывки из книги Ольги Шумяцкой «Гламурненько. Где продается славянский шкаф?»

Тррррвстхвссссссст, – процедила Мурка, не разжимая губ и прикрывая рот ладошкой. Очевидно, губы она разжать не могла – смерзлись – да к тому же смертельно чего-то боялась.
- Что? – не поняла я.
Тррррвстхвссссссст, – протарахтела Мурка.
Мура, говори нормально, а то сейчас стукну!
У Мурки есть одна категорическая особенность: она может вывести из терпения даже такого ангела, как я. Буквально секунду назад я рыдала над ее несчастной судьбой, а сейчас была готова убить на месте.
- От-рррй-ва-юсссь-от-хвосс-та, – с трудом, но четко выговаривая все буквы произнесла Мурка.
- Какого хвоста? Что ты несешь? – не выдержала я. Не хватало мне еще хвоста с утра пораньше до завтрака! – Лисьего? Волчьего? Котового? Какой длины? Какого цвета? Какой пушистости? Есть ли кисточка на конце?
- Ничего я не несу! Ты сама несешь! – тут же завелась Мурка. – Этот ваш Пронькин, которому вы меня подсунули, устроил за мной слежку! (стр. 81)

Дома я накормила Мурку с Интеллектуалом картофельными оладьями, позвонила Мышке и все ей рассказала. Мышка долго молчала, а потом предложила съездить к Николаю, посоветоваться насчет психического здоровья Мурки. Потому что Николай большой специалист во всех областях медицины и от него живым еще никто не уходил, лично ей, Мышке, он недавно посоветовал грызть сырой корень солодки, и у нее, Мышки, полностью прошла сыпь, которая последние два месяца покрывала ее, Мышкино, тело с головы до пят, да-да-да, если не веришь, можешь проверить, приезжай, посмотри, в области ягодиц еще осталось чуть-чуть, но очень быстро исчезает благодаря солодке, так что рискуешь не успеть, а зрелище, между прочим, очень впечатляющее, и Николай говорит... На этом месте я повесила трубку. О Николае я слышала впервые. О сыпи тоже. Впрочем, как и о ягодицах. Но Мышка ведь такой экземпляр – ее болезни всегда настигают нас внезапно.
После завтрака Мурка горюнилась. Она сидела в кресле, поджав ноги, и подвывала. Интеллектуал сидел у меня в кабинете, заткнув в уши беруши, чтобы не слышать Муркиных подвываний, и злился на весь белый свет. Повыв часика два, Мурка взяла телефон и набрала Лесного Брата.
- Слышь, Брателло, на зону ухожу, – глубоким басом сказала она. – Судя по звукам, которые донеслись до меня из трубки, Брателло был не против.
После звонка Лесному Брату Мурка заявила, что ей срочно надо сбегать в книжный магазин прикупить кое-что крайне необходимое, но она не знает, как выйти на улицу, чтобы люди майора Пронькина ее не узнали, потому что она, Мурка, обладает яркой неповторимой индивидуальной внешностью и ее ни с чем не спутаешь.
- Ага, – с крупной язвительностью в голосе сказала я. – Особенно с водосточной трубой.
Мурка открыла было рот, чтобы дать мне достойный отпор, но в этот момент на пороге кабинета появился Интеллектуал, который в последнее время полностью ушел в себя и не желал выходить наружу без твердых гарантий личной безопасности. Гарантией должно было служить полное отсутствие Мурки в квартире. Как вы понимаете, таких гарантий я дать ему не могла, В руках Интеллектуал держал пачку женских журналов. Видимо, ничего другого он в моем кабинете не обнаружил, а надо было чем-то заполнить интеллектуальный вакуум, застигший его врасплох после того, как я полностью отдала свои умственные силы спасению Мурки. Я, конечно, понимаю, что на закате дней он лишился культурного диалога и тяжело переживал эту утрату. Но, граждане дорогие, надо же и совесть иметь! (стр. 83-85)

- Иди! – сказала я. – Иди и приготовься к собеседованию в американском посольстве. Выучи наизусть свою биографию! Завтра утром расскажешь. Одна ошибка – минус один блинчик!
Утром Мурка вполне сносно пересказала мне свою биографию, ни разу не ошибившись в количестве детей и мужей, из чего я сделала вывод, что она тщательно работала всю ночь. Правда, один раз она дала сбой и обманным гипнотическим путем попыталась внушить мне, что она мать-героиня, которой вот-вот, не сегодня-завтра дадут медаль за особые заслуги перед родиной. Но я не поддалась. Еще я сделала вывод, что из Мурки при желании можно вить веревки. Главное – припугнуть как следует. Я похвалила ее, умыла, накормила блинчиками с вареньем, одела и повезла в американское посольство. Мышка ждала нас у входа. Мы пропихнули Мурку в посольству сквозь двух здоровенных морских пехотинцев и отправились пить чай в соседнюю кофейню.
- Только не ври! – крикнула я Мурке на прощание.

Господи! Зачем я это сделала!
Через час в кофейню ввалилась Мурка. Нос набекрень. Рот раскрыт. Волосы растрепаны. Пальто нараспашку. По мордахе размазаны сопли. Дышит шумно, со всхлипом.
- Я так и знала! – взвыла она, увидев нас. – Зачем я к ним пошла! Все из-за вас! Из -за вас! Это вы меня подбили! «Иди-иди-иди»! – противным голосом проквакала Мурка, как бы передразнивая нас с Мышкой. – А никто меня там не ждал! Даже видеть меня там не хотели!
- Что? Что? Тебя выгнали? Тебя били? К тебе приставали с гнусными намерениями? Тебя не пускали в туалет? У тебя был голодный обморок? – всполошилась Мышь и тут же принялась обхаживать Мурку. Усадила к столу, влила в рот горячего чая, засунула туда же плюшку и потянулась к сумке, в которой всегда носит градусник. Я быстро перехватила ее руку. Не хватало еще, чтобы Мышка прямо посреди кафе начала мерять Мурке температуру!
- Рассказывай! – приказала я.
И Мурка рассказала. Сначала все шло нормально. Мурка спокойно сидела в коридоре и ждала своей очереди. А то, что какая-то грымза в очках пригрозила, что выгонит ее из посольства, если она немедленно не прекратит скакать на стуле, грызть семечки и сплевывать шелуху на пол, гак это не считается. Не выгнала же. Потом Мурку позвали к консулу. Консул был довольно мил, хотя почему-то не догадался предложить Мурке чашку чая. И в ресторан не позвал. И в театр. И в магазин. И в цирк. И в зоопарк...
- Мура, дальше! – крикнула я.
Мура продолжила. Оглядев Мурку с ног до головы, консул поинтересовался, на какие шиши она планирует посетить их богоугодную страну. Дескать, кем она работает и сколько получает. Мурка, помнившая мой материнский наказ не врать, сообщила, что никем она в настоящее время не работает и нисколько не получает, а их богоугодную страну планирует посетить на шиши своего мужа Лесного Брата и отстаньте от нее все, любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Тогда консул по интересовался, что она собирается делать в их замечательном многонациональном государстве, если работать, такfничего не выйдет, потому что у Мурки нет на это специального разрешения. И Мурка честно ответила, что не на тy напали, что ее, Мурку, никому еще не удавалось поработить, особенно американцам проклятым, потому что она, Мурка, ни к какой работе непригодна ни в каком много- и малонациональном государстве. Консул остался доволен ее ответом и, видимо, ненароком расслабился. И сплоховал.
- А кем вам приходится Боря Цукерман? – вполне доброжелательно спросил он.
- Никем, – так же доброжелательно ответила Мурка.
- Ну, как же, – удивился консул, – В вашей анкете ясно написано, что именно к Боре Цукерману, проживающему в городе Нью-Йорке на Брайтон-Бич, вы и стремитесь всем сердцем.
- Всем сердцем я стремлюсь повысить свой профессиональный уровень... – На этом месте Мурка задумалась, потом, как бы на что-то решившись, встала, подошла к консулу и протянула руку.
- Позвольте вашу жвачку, – вежливо попросила она. Консул вынул изо рта жвачку и протянул ее Мурке. Мурка обтерла жвачку носовым платком, положила себе в рот и выдула пару изумительных разноцветных пузырей. – Нравится? – спросила она.
- Очень! – ответил консул.
- Вот этим я и собираюсь заниматься в вашем милом городке, – сказала Мурка, вынула изо рта жвачку и отдала консулу.
- Да, но как же Боря Цукерман? – не отставал консул.
- Не знаю такого, – сказала Мурка, все еще переживая свой триумф с пузырями и не замечая приближения катастрофы.
- Но это же ваш родной дядя! – вскричал консул, тыча пальцем в анкету.
- Да нет у меня никакого дяди! – рявкнула Мурка.
- Раз нет дяди, значит, нет и визы! – в тон ей рявкнул консул.
- Но почему?
- Да потому! Потому что вы собирались обмануть консульский отдел посольства США! Написали в анкете, что едете к дяде, а самого дяди в помине нет!
- Ничего я не писала! – проорала Мурка. – сами все врете!
- А вот и не вру! – проорал в ответ консул и швырнул анкету Мурке в лицо.
- А вот и врете!
- А вот и нет!
Мурка бросилась к консулу и попыталась вырвать жвачку у него изо рта. Консул не дался. Он заслонил лицо руками и забился в угол. Мурка со смаком плюнула прямо на свою анкету, лежащую на консульском столе, и выскочила за дверь.
И вот теперь она сидит с тми в кафе, трескает плюшки и ревет.
А интересно, откуда взялся этот Боря Цукерман? Как он попал в Муркину анкету на правах единокровного дяди? Думаю, его приплел пупссик из турагентства. Не мог же он в самом деле написать, что Мурка едет на Бродвей осуществлять уличный конферанс! Надо же было придумать хоть какого-нибудь завалященького родственника, к которому можно было отправить Мурку. А может... Да... Интересная идейка. Может, пупссик решил таким макаром отомстить Мурке за свои мучения? И впиндюрил дядю Борю Цукермана в анкету, ничего ей не сказав? Ну, как бы там ни было, Мурку надо было транспортировать домой. Чем мы с Мушкой и занялись. По дороге Мурка подволакивала ноги временами полностью переходила на бесконтактное передвижение. В том смысле, что провисала между мной и Мышкой и ехала, не касаясь ногами земли, на наших руках, подвывая и приговаривая: «Ах, ты горе-то какое! Ах, ты горе!»
Дома Мурка кручинилась на удивление недолго. Минут через тридцать она вскинула буйную головушку и пробормотала:
- Ну, да... да-да-да... ага... ага-ага-ага... Потом пришла ко мне в кабинет и спросила:
- Надеюсь, хотя бы Бонд у тебя есть?
- Есть, – сказала я. – Вон на полке все двадцать кассет. А зачем тебе?
- Ах, ну как же ты не понимаешь! – важно произнесла Мурка и пошевелила брюшком. – Все произошло именно так, как я думала. Они меня вербовали. Дядя Боря Цукерман – это их агент на Брайтон-Бич. Они предлагали мне стать его напарником и соратником. В завуалированной, конечно, форме. Называли его условным дядей – я думаю, это его шпионская кличка – и намекали, что рассчитывают на меня как на разветвленную агентурную сеть, так сказать, мозговой центр организации. Ну, ничего, они еще дождутся! Я им дам свой ответ!
Сгребла кассеты и потащила в гостиную.
- Мышь, – сказала я Мышке, тихонько сидевшей в углу. – Так зачем ей все-таки Бонд?
- Для домашних занятий. Хочет учиться на великих примерах, так сказать, лично подражать.
- Хорошо, – сказала я, -- Двадцать кассет по два часа.
Значит, мы ее не увидим и не услышим по крайней мере сорок часов. Разве что с перерывом на завтрак, обед и ужин. Слышишь, Мышь? У нас отпуск! Однодневный дом отдыха! Пляши!
Но Мышь почему-то это известие не обрадовало. – Ну, конечно, – сварливо отозвалась она. – Одним завтрак, обед, ужин и кофе в постель, а другим подай, прими, пошла вон. Одним сидень у телевизора двое суток, а другим на кухне толочься. Одним все, а другим ничего. Одним...
- Ладно, Мышь,- сказала я и погладила ее по голове, благо эта голова находилась у меня в районе под мышки. – Прости ее. Ей ведь надо готовиться к опасной работе. Вдруг мы ее больше не увидим.
В этот момент распахнулась дверь, и на пороге гостиной появилась Мурка.
- Ну, все! – крикнула она и пару раз безуспешно попыталась подпрыгнуть. С Бондом покончено!
- Как, Мура! Ты просмотрела все двадцать кассет?
- Ну, да, а что тут такого странного?!! – По перемотке?
- По какой перемотке? Это еще что такое?
- Хм. Ты знаешь, Мура, на каждом видеомагнитофоне есть такая функция – перемотка. Можно смотреть кино как обычно, а можно быстро. Понимаешь?
- Видеомагнитофон? – удивилась Мурка. – А зачем мне видеомагнитофон?
У меня на лбу выступил холодный пот. Тут в наш продуктивный диалог вступила Мышь.
- Между прочим, – еще более сварливо заявила она, – мы рассчитывали на двое суток с перерывами на питание. Ты нас подло обманула. Вали обратно!

Я по собственному опыту знала, что наши родственники кого угодно могут свести с ума. И вот теперь этот Сема Вайнтрауб наконец уезжает в Израиль. Без меня. Какое счастье!
Но мне недолго пришлось наслаждаться своим счастьем. Опять позвонила мама.
- Тетя Ляля будет очень тронута, если мы передадим ей посылку, – в приказном тоне объявила она. – Отъезд Семы – прекрасный повод. Заодно повидаешься с ним на прощание.
- Только не это! – крикнула я.
- Это, это, – сказала мама. – Ты же знаешь Сему. У него такая нежная душа. 0н не простит себе, что ты с ним не повидалась.
- Если он себе не простит, пусть сам и видается. Однако что-то он не спешит...
- Ты всегда была склонна к демагогии, – прервала меня мама. – Подумай хотя бы о тете Ляле. Как она там без сыра!
- Что?!!
- Без сыра! Без сыра! Ты не знаешь, как она его любит.
- А... в Израиле сыр не продают?
- Ну, это совсем не то, – устало произнесла мама и отключилась.
Тут надо сказать несколько слов о моей маме.
Она:
1. Никогда не знала, куда ее занесет в следующий раз.
2. Всегда добивалась того, чего хотела.
3. Всю жизнь была подвержена вдохновенным порывам болезненного воображения.
Когда папа впервые привел ее знакомиться со своими родными, она с порога зацепилась языком с папиной сестрой тетей Лялей и с тех пор вот уже сорок лет не может расцепиться. Свадебное платье мама с тетей Лялей поехали заказывать вместе. Они встретились в метро, сели в поезд, по обыкновению зацепились языками и поехали к портнихе. Ехали, ехали... и наконец приехали на конечную станцию. Все вышли, а мама с тетей Лялей остались, так как не заметили поголовную эмиграцию пассажиров из вагона. Не могу утверждать, что они планировали провести ночь в депо, так как их очень вовремя навестил контролер, проверяющий вагоны, и намекнул, что неплохо бы освободить помещение.
- Ах! – сказала тетя Ляля, оказавшись на станции. – А чего это нас высадили?
Подошел следующий поезд, все вышли, а они, напротив, вошли. Сели и снова зацепились языками. Вошел контролер и сильно удивился, увидев их в той же позиции. После чего еще раз настойчиво попросил освободить помещение.
- Ах! – сказала тетя Ляля, оказавшись на станции и озираясь по сторонам. – А мы, оказывается, ехали не в ту сторону!
Подошел поезд и они поехали в ту сторону. Ехали, ехали и наконец приехали на конечную станцию. Все вышли из вагона, а мама с тетей Лялей, как обычно, остались. Это уже становилось их доброй семейной традицией. Но тут их очень вовремя навестил контролер...
- Ах! – сказала тетя Ляля, оказавшись на станции. – Куда это мы опять заехали? Подошел еще один поезд и они опять поехали не в ту сторону. Ехали, ехали и наконец приехали на конечную станцию. Ну, и так далее. В город они поднялись около полуночи.
Поговорили еще минут сорок и разошлись. Да, а свадебное платье так и не заказали. Мама выходила замуж за папу в старой шерстяной кофточке и клетчатой юбке. (стр. 125-128)

Subscribe

  • Мои твиты

    Вт, 13:07: Ольга Любимова обиделась на Владимира Бекетова за упрек в поддержке Минкультом антироссийских фильмо https://t.co/jTnIVMNihq…

  • Мои твиты

    Пн, 14:16: ОНФ предлагает сделать техосмотр добровольным и добавить к тарифным факторам ОСАГО https://t.co/OeGGnsbymA Пн, 14:34: Сергей…

  • Мои твиты

    Вс, 17:15: Андрей Исаев: Избиратели ждут, что депутаты зафиксируют обязательства, взятые перед выборами https://t.co/OKzdR9rqhL Пн,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments