leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Category:

Интервью - Юлия Щуко: Хотелось бы прожить несколько жизней - окончание

Интервью
Юлия Щуко: Хотелось бы прожить несколько жизней
Граждане, храните деньги в Сберкассе, а рукописи – в ВИНИТИ!
Актуальное интервью к вопросу о том, зачем директору собака. Пудель получился случайно. Оказалось, Гарфилд вывез будущую Web of Science из ВИНИТИ
История жизни Юлии Николаевны Щуко, рассказанная ею самой

окончание, начало см. https://leo-mosk.livejournal.com/7221153.html

Л.М. Все же какая-то работа продолжалась?
Ю.Щ. Институт все равно выжил. Вот это самое главное, он все равно выжил. Самых ценных специалистов он не потерял. Идеи были сохранены. Пострадало техническое обеспечение, потому что любая техника финансировалась по остаточному принципу. А для наших баз данных естественно нужны сервера, сети и так далее. На круглом столе Никонова вы прочитали «Возродить систему реферирования». А чего возрождать, она есть эта система реферирования. Другое дело, что раньше, чтобы стать референтом ВИНИТИ, народ боролся. Вспомните, сколько мы получали МНС. Вы получали 90?
Л.М. Я получал 120, когда закончил МГУ, но это было запредельно и должность была нестабильная.
Ю.Щ. Это было запредельно. Реферат подготовить в те времена стоило от полутора до трех рублей. Хороший был заработок. Тогда реферирование финансировалось отдельной строкой. То есть поступали деньги конкретно на подготовку рефератов. Эта статья ушла, дай бог найти деньги на зарплату основных сотрудников. Получилось так, что постепенно самые высококвалифицированные референты, а в референтах были все академики – поговоришь с любым академиком, Рэмом Петровым, все говорят: я когда-то реферировал в ВИНИТИ! Раньше литература была в ВИНИТИ. Конечно, деньги, но многие готовы были реферировать бесплатно, они получали за это дефицитные статьи, которые невозможно было достать. Это тоже было для людей, если я работаю по этой тематике и мне по ней дают все статьи, я практически нарабатываю полный литературный обзор и я в курсе событий в мире, что происходит конкретно по моей области исследования. А теперь получается так, что за один реферат мы можем максимально заплатить 28 рублей. Сравнение есть: сейчас 28 рублей и тогда от полутора до трех. В это входит, что человек должен написать реферат, указать к нему стандартизированные ключевые слова, проставить рубрикационный шифр. Рубрикатор мы ставим по ГРНТИ – Государственный рубрикатор научно-технической информации. По нему можно перейти в УДК, это разработано в нашем Институте. Государственный рубрикатор разрабатывается постоянно, потому что появляются новые термины, новые понятия. Рубрикатор ведется, он никогда не умирает. Иначе если остановиться, он устареет. Институт является представителями России в консорциуме УДК – Универсальной десятичной классификации. И мы для всей России рубрикаторы. У нас консультируются. В Институте есть бесплатная справочная служба, чтобы получить УДК.
Л.М. То есть если сам не разберешься, можно обратиться в ВИНИТИ?
Ю.Щ. Можно, но только конкретно для своей статьи. Если целый журнал, то извините. На сайте ВИНИТИ контакты есть. Так как сейчас много всяких классификаторов, мы разрабатываем сопоставимые рубрикаторы. ГРНТИ и УДК у нас сделаны. ГРНТИ только три уровня. Сами представьте, в вашей науке три уровня достаточно? Есть еще рубрикатор ВИНИТИ восемь уровней глубина. Мы разрабатываем сопоставимую систему, чтобы можно было нажать УДК и запросить, чтобы, например, математический рубрикатор показал, чему это соответствует. Покажет вам автоматом, не надо думать. Или наоборот. Математики любят свой рубрикатор специальный математический.
Л.М. То есть существуют перекрестные связи между разными рубрикаторами?
Ю.Щ. Да.
Л.М. Я к сожалению в этом вопросе совершенно неграмотный, но это чрезвычайно важно.
Ю.Щ. Это действительно важно, потому что принятые в разных отраслях рубрикаторы разные. Библиотеки требуют свой рубрикатор ББК. Чтобы все это соединялось и не надо было затрачивать интеллектуальные усилия, затрачивают усилия наши сотрудники, чтобы это все пересекалось и перетекало друг в друга. Так легче искать.
Л.М. Бывший заведующий нашей кафедрой генетики Сергей Васильевич Шестаков, который параллельно был директором ИОГен РАН, говорил, что поток данных в генетике растет лавинообразно и обобщить их некому. Я так понимаю, проблема не только в генетике. Обобщить их некому. Нет зашельмованных авторитетов советского времени типа Тимофеева-Ресовского или, например, Льва Гумилева, чью депонированную в ВИНИТИ рукопись «Этногенез и биосфера Земли» прочитал весь и без него начитанный Союз. Советскую научно-популярную журналистику кастрировали до минимума. Чтобы донести открытие до людей, нужны усилия не меньше, чем на открытие. Я например могу каждый день что-нибудь открыть и ничего, даже не побьют. Работа с научной информацией, рубрикаторы, перекрестные ссылки, это как-то способствует извлечению смысла из нарастающего потока данных?
Ю.Щ. Это способствует. Прежде всего, у нас в отличие от Scopus и Web of Science, идет обработка информации независимо от того, вошел журнал в них или не вошел. Да, тут есть определенный субъективный фактор. Но нашему редактору все равно, журнал этот в Scopus, Web of Science, РИНЦ или это пришла какая-то конференция, нигде не заявленная, или это региональный университет, который пока не вошел ни в какие базы данных. Редактор ВИНИТИ выбирает по сути статьи. И по сути статьи это попадает в базу данных. Референт получает то, что редактор отобрал. Тут не играет роли статус журнала. Другое дело, что у нас идет оценка журналов. У нас есть служба, которая оценивает журналы, насколько часто в этом журнале появляются высококачественные статьи по такой-то тематике. Но опять же. Что для нас важно. Вы же знаете закон рассеивания информации?
Л.М. Я не знаю такого закона.
Ю.Щ. Это закон Бредфорда рассеивания информации. Если вы будете читать по своей тематике только чисто биологические журналы, то вы получите примерно только 30-40% информации по вашей тематике. Потому что остальное уйдет в журналы смежной тематики. И например ваша библиотека не получает ваши журналы, потому что они не по вашей тематике. У нас же все естественные и технические науки. И у нас одна и также статья, если она политематическая, она сразу уходит в несколько направлений. Например, эта статья может уйти одновременно в химию, биологию, даже в металлургию и машиностроение, потому что там тоже это затребовано в разных областях. Конечно, это помогает собирать информацию из разных источников, но по одной тематике. Именно то, что индексируется каждая статья вручную, тут прикладывается не автоматическое, а человеческое эвристическое индексирование, интеллект исследователя позволяет все это собирать. Говорили, а зачем вы нужны, Интернет есть, в Интернете набрал, в Интернете все получил. Мы тоже пользуемся Интернетом. Но получается так: специально со студентами, приходящими на практику, руководители для примера искал «успехи органической химии» сначала в Интернете, потом в наших базах данных. У нас политематическая база данных. Вы можете заказать поиск только в базе данных химии. А можете сказать: хочу искать во всей базе данных, но задаю только период таких-то лет в зависимости от того, что интересует. Поставили такую задачу, и из Интернета вышла куча. Смотрели первые пятьдесят работ. В них примерно тридцать были рекламные, научно-популярные и научных настоящих вышло менее пятидесяти процентов. Остальное все шум. Естественно, из нашей базы данных выходит уже конкретно, потому что ищется четко и ясно. А если еще вы сами сомневаетесь в поиске, то вы можете заказать такую услугу, как поиск с помощью специалиста.
Л.М. Это дорого?
Ю.Щ. Нет, это недорого, пятьсот рублей.
Л.М. Копейки.
Ю.Щ. Вы со специалистом разговариваете, он понимает, как составлять запрос, а вы объясняете, что для вас важнее всего. Тогда запрос получается очень релевантным и вы получаете более четкий ответ. Вам уже заранее отсеивают шум, и вы получаете конкретную выборку, какая вам нужна.
Л.М. То есть ваши роботы и ваши специалисты в отличие от роботов Яндекса или Google неподкупны коррупционно?
Ю.Щ. Дело в том, что нам никто не платит. Я честно говорю, нам никто за это не платит.
Л.М. А то б могли? Я тоже говорю: я журналист продажный, но дешевый – и все равно никто не платит.
Ю.Щ. Действительно так. Еще у нас есть очень интересная база данных по структурной химии. В России другой такой нет. Есть заграничные базы – США, международная. Эта база данных позволяет прогнозировать свойства соединений.
Л.М. Это то, что Артем Оганов делает? Он вернулся из США, где у него шикарная лаборатория на берегу океана.
Ю.Щ. Кажется, я слышала эту фамилию, я же сама не химик. Специалисты извлекают из статей по органической химии вот эти структуры и описывают их со всеми их свойствами. Во-первых, это позволяет прогнозировать. Во-вторых, вы сразу видите, что это касается органической химии.
Л.М. Получилось здорово, потому что вопрос о феномене «Зеленой тетради» Тимофеева-Ресовского, Циммера и Дельбрюка, который я не успел задать, уже получил ответ. Кстати, «Зеленую тетрадь» в Интернете найти можно, она видимо так нашумела.
Ю.Щ. Слава богу, хоть что-то можно.
Л.М. Остается такой не очень приятный вопрос. Товарищи ученые академики очень гордятся двойным слепым рецензированием рукописей научных работ перед публикацией Мы через такой журнал признанного уровня «Вестник МГУ» соответствующей серии одну статью пропустили. Полгода вымучивали. Однако судя по содержанию журнала, качество от свирепого рецензирования не повышается, происходит усреднение скучной вторичности. Кроме того, у нас есть опыт тезисов на ежегодной конференции по журналистике. Одну статью отклонил рецензент из ревности, потому что он тем же самым занимается. И ничего слепого, мне тут же добровольная разведка донесла, кто отклонил и почему. Другую по причинам политической цензуры, потому что установка конференции была «Россия напала на Грузию», а у нас было написано – что Грузия на Южную Осетию.
Ю.Щ. Что я могу сказать? Вообще-то мы являемся в свое время всесоюзным, теперь всероссийским депозитарием депонированных рукописей. Сейчас это вроде бы кажется не очень современным. Но на самом деле многие ученые- исследователи используют это для того, чтобы застолбить свое первенство. Они депонируют рукописи у нас, и в обязательном порядке ставится дата депонирования. Об этом сообщается в аннотированном указателе депонированных рукописей. Раньше он был печатный, теперь размещается на нашем сайте в электронном виде. Вы застолбили идею и после этого, сколько бы вас ни мурыжили в каком-то журнале, вы все равно первый. Потому что иначе встает вопрос, я почему-то сталкивалась с химиками и медиками, что у них в момент рецензирования идея уходит на сторону. Наше депонирование обеспечивает первенство публикации, которое гарантирует автору, что он эту идею первый выдвинул.
Л.М. Рецензент журнала может быть не вполне честный?
Ю.Щ. Ну, это бывает. Я не знаю, как в большинстве журналов. Я сама была редактором журнала. Настоящий рецензент, кто подходит к этому делу честно и осознанно, кто будет писать рецензию действительно с замечаниями и с желанием, чтобы автор увидел эту рецензию и поправил. Автору это передается. То человек возьмет мало статей на рецензию, потому что это действительно серьезный научный труд. И в общем-то труд плохо оплачиваемый. А когда это пускается на поток, когда при журнале два-три прикормленных рецензента, извините, что я так говорю, в общем, это формальность, такая рецензия. То да, тут играют роли личные симпатии, конфликт интересов. Что прислана статья из той организации, которая нам конкурент. Что нашей организации грант был не дан, а им дан, на который сделана работа. Им нужно теперь опубликоваться, ну вот они увидят, как опубликуются. И все прочее играет роль. Тут субъективный фактор очень важен.
Л.М. Из этой серии остался совсем неприятный для меня вопрос. Из той темы, о чем научные интеллигенты говорить не хотят, но говорят и говорят, а некоторый даже самоубивались. Мы постарались сделать из него какую-то науку. Это то, что эксцентричный генетик Владимир Павлович Эфроимсон называл неэтичной конкуренцией. Началось это безобразие давно и далеко. Когда моя тетя по имени Юля приехала сюда в Москву впервые в 1957 году из своего Чикаго. Как она попала в Чикаго из немецкого концлагеря, удивлений не вызывало, описано в романах Ремарка. С ее судьбой совпадает. А вот своими рассказами она нас очень удивила. Она с отвращением говорила про США «эта страна» – которая ее спасла. Рассказывала про наушничество и подставы в науке. Будто ученые в США ничего другим не занимаются. Десятилетием позже нам в курсе генетики человека рассказывал о том же Эфроимсон. И вот с начала 70-х, что видимо неслучайно, по генетике ударило во всю мощь. Два последних советских десятилетия стали кошмаром. Я не знаю, как я выжил. Требовали работы, из ревности не давая ни работать, ни публиковаться. Заносили заразу в культуры. Запахивали посадки. Подкручивали контактный термометр, чтобы мухи сдохли. На меня постоянно шли телеги в отдел кадров на увольнение. На себе ощутил центрифугальный отбор Шмальгаузена, обратный дарвиновскому. Довели до депрессии и психушки. Это была школа выживания. Внимание, вопрос: как в науке может появляться что-то новое? И почему при этом наука в России сохраняется до сих пор и остается передовой? Потому что национальная наука в той же Германии не сохранилась.
Ю.Щ. Вот, кстати, меня это и пугает. Начинают говорить, что надо все статьи писать на английском языке и отправлять в лучшие иностранные журналы. Получается, что мы лучшую свою научную мысль поощряем отправить, чтобы ее слизали. В западных журналах зачастую на этапе рецензирования у вас идею уже увели, а потом статью вернули с отрицательным отзывом. То, что мы пропагандируем отдайте сначала туда, мы не только свои журналы понижаем уровнем, кроме того, мы теряем свой научный язык. Отсутствие научной терминологии приводит к гибели науки. Нельзя развивать свои научные направления, не называя их на своем родном языке. И вот это я считаю очень важным.
Л.М. Нам повезло, у нас родной язык русский. Русский все же больше подходит и для науки и для образования, чем большинство остальных языков, начиная с английского.
Ю.Щ. Согласитесь, что немецкий язык давал всегда очень хорошие определения. А теперь, например, физики на немецком не пишут и не говорят. Про физиков я знаю точно. Все только на английском.
Л.М. Английский слишком свободный и фантазийный. Генетическая терминология на английском, и это неудобно. В общем. Держите деньги в Сберкассе. Публикуйте сначала в ВИНИТИ.
Ю.Щ. Мы хотим стопроцентно отражать русскоязычный поток. Раньше мы информировали об иностранной литературе и в этом были ценны, потому что ее мало кто видел. Она же поступала практически только к нам и в ряд закрытых библиотек. И именно мы сообщали всем ученым, что есть иностранные источники, там изложено то-то и то-то, вы можете получить полный текст статьи. Теперь много иностранных баз доступны нам. Поэтому, например, математики говорят, у нас есть своя. В биологии есть база, хотя она охватывает далеко не все отрасли биологические. Хорошая база и в ряде биологических отраслей очень полная. Но возникает вопрос отражения всей русскоязычной литературы. Ставим такую задачу, стопроцентное отражение. Конечно, с условием ее качества. Если мы видим статью, которая не является чисто научной, естественно, мы ее отражать не будем.
Л.М. Такого много?
Ю.Щ. Хватает.
Л.М. Гуманитарные или естественные?
Ю.Щ. Гуманитарных у нас нет. Только естественные, технические, точные. У нас единственное, что есть, экономика. Как ее отнести, к каким наукам, но у нас экономическое направление хорошо развито.
Л.М. На мой взгляд, экономика вполне транспонируется через экологию. Если брать не кликушество полит-экологии, а точную науку, стратегии те же – виоленты, патиенты, эксплеренты.
Ю.Щ. А вообще-то мусорные статьи есть в любой практически отрасли. Например, когда просто идет набор терминов.
Л.М. Какие-то алгоритмы идентификации этого есть или только эвристически?
Ю.Щ. Эвристически. Мы много раз пытались ввести автоматическую процедуру, и все-таки никакой искусственный интеллект не заменяет человека. Можно ввести предварительную обработку, некоторым образом облегчить дальнейший труд. Все равно окончательный вывод должен делать человек.
Л.М. Бывает так, что рукопись принимается к депонированию, а она уже опубликована в ЖЖ?
Ю.Щ. Такое бывает, но, как правило, те, кто депонирует, предпочитают сначала депонировать у нас, чтобы у них была конкретная дата и номер. Если автор собирается на эту информацию ссылаться потом, для него важно, когда она опубликована. На антиплагиат стали недавно проверять, до этого не проверяли.
Л.М. С этим безумием вокруг Big Data, как все же извлекать смысл, когда поток только идет или когда массив уже сформирован?
Ю.Щ. У нас есть несколько этапов оценки потока. Первая оценка идет на входе. Часть поступает в электронном виде, часть в бумажном. На входе идет первая оценка. Там сидят специалисты по широкой области. Быстро просматривается заголовок и аннотация, ставится, например, машиностроение – химия – физика. Дальше это обрабатывается специалистами-библиографами в стандартизированной форме - вы всегда найдете заголовок, автор, где опубликовано, на каком языке. Все основные библиографические данные. Далее это поступает уже в более тонкую разметку. Специалист могут получить на компьютер в удаленном доступе или работать в Институте. Люди разного возраста имеют разные предпочтения. Могут придти и смотреть конкретный журнал. Тут решается, беру – не беру и куда это пойдет. Например, машиностроение в какое – транспортное, робототехнику. Раз беру, это в электронном виде пошло в отдел. Если уже пришло в электронном виде при предпочтении работы на компьютере, но не подошло, просто нажимаю кнопку «отказ». Тогда распределяется другому редактору. Когда отдел взял, в нем идет тонкое индексирование по очень узким областям. Например, химия и конкретно производство пищевой продукции. Редактор распределяет по тонким рубрикам до восьмого уровня.
Л.М. В биологии есть многовековой опыт нумерической систематики. Известны попытки применения автоматических процедур кластерного анализа по Дюрану и Оделу для создания рубрикации? Любая таксономия строится на сочетании эвристики и формализации. Или рубрикация только на основе вкусовщины?
Ю.Щ. Нет, рубрикация без всякой вкусовщины. У нас подробно разрабатывается две рубрикации. Русский вариант УДК, потому что он отличается от международного. Хотя мы состоим в консорциуме УДК и выдвигаем туда свои предложения, он очень консервативен. Очень долго принимаются предложения, в течение двух лет. Процедура забюрократизирована. Поэтому мы делаем свои русские таблицы УДК. Они делаются сначала вручную. Потому что любой новый термин должен быть обкатан не только специалистом-классификатором, но он должен быть еще и со специалистом проговорен. Специалист определяет, что из чего проистекает. Может быть, новым термином надо заменить какие-то устаревшие, а может быть, он развивает другие термины. Это уже чисто интеллектуальная работа. ГРНТИ очень хорошо автоматизирован, потому что в нем всего три уровня. Эти три уровня очень хорошо на компьютере автоматом прорабатываются. Но дальше так называемый рубрикатор ВИНИТИ, в котором восемь уровней. Последние седьмой и восьмой уровни прорабатываются только интеллектуально человеком. Потому что если остановиться, он тоже устаревает. Особенно в быстро развивающихся областях, где быстро идет прогресс. Конечно, в математике все четко, все понятно. У них надолго и даже не стоит такой проблемы, как в других науках, срок отражения материала. То есть если в других начинается катастрофа, как это у вас в 2019 году прошла работа 2017 года? Это же безобразие, допустили, что материал где-то пропущен. Идет разборка. То в математике существует специальное разрешение, что они имеют право использовать материалы любого года, если они считают, что это что-то.
Л.М. Это только в математике?
Ю.Щ. Только в математике. Все остальные должна быть скорость отражения не более двух лет назад.
Л.М. Надо же. То есть то, что мы опубликовали материалы 90-х и 70-х годов, это плохо получается? Они не могли быть опубликованы раньше – по цитогенетике землеройки с уникальным кариотипом или моделированию эволюции in vitro.
Ю.Щ. Понимаете, научная база данных должна отражать актуальную информацию. Например, если эту статью Перельман условно говоря, держал двадцать лет и потом вдруг отдал, это решается индивидуально для данной статьи. Она пойдет, потому что выдающийся автор.
Л.М. Перельман вечный. Так все-таки как получилось, что именно в России наука сохранилась вопреки всему?
Ю.Щ. Мне кажется, это особенности нашего менталитета. Мы умеем работать не благодаря, а вопреки. Потому что вопреки всему мы продолжаем свою деятельность. Вот вы спрашивали, как было в 90-е годы? Откуда мы брали магнитные ленты? Доставали отовсюду. Магнитные ленты клеили-переклеивали, добывали. Все равно работа вся продолжалась. Все равно все выпускалось несмотря на отсутствие средств и возможностей. На то, что людям приходилось работать, подрабатывать в другом месте. Все равно работа продолжалась. И я думаю, что у любых настоящих исследователей так. Мы себя не считаем глубокими учеными и исследователями.
Л.М. Почему?
Ю.Щ. Потому что мы все-таки информационные работники. Конечно, мы аналитики, но это специфическая область исследования. Это не то, что я провожу опыт. Я обрабатываю чужой опыт и делаю вывод на основании чужих результатов. Другое дело, что мой результат обобщающий, может быть очень важно.
Л.М. Обобщение важнее первичных данных. Об этом опыте мог никто не узнать. То есть получается по Арнольду Тойнби теория сжатия-расширения цивилизаций на примере России.
Ю.Щ. Мне кажется, что да.
Л.М. Остался последний вопрос для завершения. Времени хватает на книги, фильмы, театр? Какие предпочтения, какие впечатления?
Ю.Щ. Времени, в общем-то, хватает. По возможности я стараюсь ходить на концерты. Мне больше нравятся концерты классической музыки. Или классический вокал. Очень люблю хоры. Особенно православные хоры.
Л.М. Где это можно послушать?
Ю.Щ. Сейчас много где можно послушать. Например, на меня большое впечатление произвел концерт, посвященный 75-летию Училища Свешникова. Концерт был в Зарядье. Там были все их выпускники, знаменитейшие теперь певцы. Хор мальчиков. Хор юношей. Солисты. Этот концерт можно было слушать сколько угодно, жалко, что он кончился. Часто выступают, например, Московский патриарший хор, Хор Сретенского монастыря. Причем не обязательно с православными песнопениями. Они поют очень много разных хоровых произведений. Поют а капелла, ты слышишь живой голос. Только что в мае прошел фестиваль хорового пения, были хоры из многих стран. Я попала на концерт, где был хор из Чехии, из Венгрии, из Литвы, из Белоруссии. Это было в Зале Чайковского. Литовский хор маленький, всего четырнадцать человек, но они прекрасно использовали акустику этого зала, разойдясь в зал и создав звук, который улетал в купол и охватывал всех. Где бы я еще услышала митрополичий хор из Минского собора с великолепными голосами и потрясающей культурой пения.
Л.М. Та же красота дает такое же удовлетворение. Эндорфины вырабатываются?
Ю.Щ. Да. Вырабатываются. Может быть, ходила бы больше, но у меня сейчас мама тяжело больна. Не всегда я могу позволить себе вечером уйти из дома.
Л.М. Есть желание что-нибудь добавить, если я что-то упустил?
Ю.Щ. Мы можем разговаривать очень долго, потому что проблем, конечно, много. Они связаны частично с непониманиями менеджеров от науки проблем науки.
Л.М. Так и задумано было. Менеджеризация убила страну Великобританию и превратила ее в подобие заштатного штата США. При Сталине над учеными было НКВД в шарашках, теперь круче – манагеры в научных центрах.
Ю.Щ. Я понимаю, стремление во всем поставить менеджеров, есть положительный момент в том, что они действительно отсекают старое. Я согласна, что это положительно, потому что в ряде случаев костенеет научная среда. У нас была ситуация, нам надо было пораньше придти к выводу, что нам в ВИНИТИ нужно провести структурные изменения. Были потеряны примерно пять лет. Но дальше этот менеджеризм не может остановиться. Он не понимает. Что он отсек закостеневшее, а дальше нужно развивать, а не губить. Получается, нет перспективы. Губят старое, но не создают ничего нового. Это создает катастрофу. Тут есть очень большая опасность. Да, нельзя жить по-старому, но и нельзя уничтожать все основы. Надо из этих основ брать здоровые зерна. Надо все же прислушиваться и надо выращивать в старом новое, а не ломать все до основанья. А затем?
Л.М. Прекрасно. Сформулировано ключевое отличие евразийской континентальной и англосаксонской островной цивилизаций. Полный цикл генетической инженерии in populi – удел России. Дериват англосаксов в Новом Свете в форме глобально правящей элиты WASP способен только к запуску катастрофы, что теперь называется социальной инженерией, в том числе для цветных революций. Другими фазами Макроэволюции не владеет – дирекция и стабилизация. Катастрофа это один из макроэволюционных режимов, единственный, который может порождать новое. Наша задача оптимизировать соотношение обновления и гибели. В России этому научились.
Ю.Щ. Хотелось бы, чтобы она еще в своих внутренних задачах достигла того же. Потому что внутренние задачи требуют умения вычленить полезное, не уничтожая то, что было создано до этого.
Л.М. У нас получился общий принцип генетико-инженерной биотехнологии. Я это моделировал in vitro, в чем суть моего эксперимента. Спасибо, я получил большое удовольствие.

Информация о ВИНИТИ
О перспективах использования самого крупного в России массива научной информации – базы данных ВИНИТИ РАН
Основным информационным продуктом ВИНИТИ РАН является политематическая база данных (БД), которая включает:
- 28 тематических фрагментов по различным отраслям знаний, 217 проблемно-ориентированных разделов БД, в том числе по приоритетным направлениям науки, технологий и техники.
БД ВИНИТИ генерируется с 1981 года и содержит свыше 36 млн. аналитических записей (метаданные и рефераты) с ежегодным пополнением 700 тыс. документов.
БД ВИНИТИ формируется на основе результатов аналитико-синтетической переработки входного потока отечественной и зарубежной научно-технической литературы (НТЛ), интеграции разнородных информационных ресурсов, тематической и предметной систематизации НТЛ.
Входной поток включает:
- около 7000 периодических и сериальных изданий ежегодно, около 12000 изданий книжного типа ежегодно, российские патентные документы из БД ФИПС, зарубежные патенты из БД Questel, труды конференций, депонированные работы, монографии, стандарты и нормативы, справочники, терминологические словари, >авторефераты диссертаций.
По своим функциональным и технологическим возможностям, а также по спектру представляемой информации БД ВИНИТИ РАН сопоставима с такими крупными банками научно-технической информации как Scopus, Web of Science, Dialog и др.
Входной поток Scopus – свыше 22 тысяч наименований
Входной поток WoS – свыше 12 тысяч наименований
Отличительной особенностью БД ВИНИТИ РАН являются её:
- политематичность (широкий охват отраслей знаний), – подокументная индексация (кодами классификационных систем ГРНТИ, УДК, Рубрикатора ВИНИТИ, ключевыми словами)
общая структура элементов описаний для разных видов документов (не только для журнальных статей), обеспечивающая представление всех фрагментов БД и всех видов документов (от статей до монографий) как единого массива данных, – всего свыше 150 полей в зависимости от вида документа.
Политематическая БД ВИНИТИ РАН по объему, видам и странам издания первоисточников, форме представления реферативно-аналитической информации, предметной и классификационной индексации документов является глобальным – информационно-аналитическим ресурсом по естественным, техническим и точным наукам.
Тематические и проблемно-ориентированные БД, формируемые на основе БД ВИНИТИ, выполняют информационно-поисковые и науковедческие функции, нейтрализуя действие закона рассеяния статей определенной тематики (закона Брэдфорда) по всему массиву научных изданий.
Использование БД ВИНИТИ как аналитического информационного ресурса столь значительного объема для дальнейшей постобработки методами интеллектуального анализа данных и наукометрическими методами представляется весьма перспективным в решении следующих задач:
- анализ структуры отечественной и мировой науки;
- определение тенденций и процессов, происходящих в мировой и региональной науке;
- выявление наиболее актуальных или, напротив, теряющих свою актуальность научных направлений;
- отслеживание генезиса конкретных научных идей и истории их развития;
- определение продуктивности работы исследователей и эффективности материальных затрат в конкретной научной области;
- анализ структуры научного сообщества и изучение науки как социального организма.
Внедрение в процесс аналитико-синтетической переработки первоисточников научно-технической информации (НТИ) и генерации БД ВИНИТИ Системы взаимосвязанных классификаций НТИ, разработанной в институте, позволяет серьезнейшим образом подойти к решению проблемы создания онтологии единой информационной среды и в целом к созданию единого информационного пространства знаний.
Ядром Системы взаимосвязанных классификаций является Государственный рубрикатор научно-технической информации (ГРНТИ), через который осуществляется взаимосвязь таких классификаций, как Рубрикатор ВИНИТИ, международная классификация УДК, классификатор ВАК, классификаторы научных фондов (РФФИ и РНФ), классификации WoS и Scopus, международная классификация по математическим наукам MSC.
Современное развитие направления производства информационно- аналитических продуктов, как составляющей научно-информационной системы нового уровня, невозможно без прогнозно-аналитической оценки научных исследований.
В этой связи подготовка информационных продуктов прогнозно-аналитического и обзорного характера, в том числе на основе БД ВИНИТИ и с использованием Системы взаимосвязанных классификаций, является на сегодняшний день в деятельности ВИНИТИ РАН важнейшим приоритетом.
Использование результатов этой деятельности создает реальную основу для:
- определения тенденций и процессов в научно-технической сфере;
- выявления точек роста, наиболее актуальных и/или стажирующих научных направлений;
- мониторинга структуры (программ) отечественного научно-промышленного комплекса.

Краткая история, текущее положение и некоторые аспекты развития ВИНИТИ РАН
СССР и США имели сопоставимое количество людей, занятых в сфере научной информации, однако разница на порядок в финансовом обеспечении приводила к недостаточному информационному обеспечению наших научных работников. Если в США 90% публикаций была доступна практически сразу после их выхода, то в СССР задержка доходила до полутора-двух лет. Тем не менее с момента появления Реферативного журнала ВИНИТИ его наполнение неуклонно повышалось, достигнув в 1990 г. своего максимума – полутора миллионов документов в год. Дальнейшие четверть века характеризуются определенным спадом и в наполнении РЖ, и в сроках отражения документов. Обсуждаются шаги по реструктуризации деятельности ВИНИТИ Делается упор на совершенствование отражения русскоязычной части мирового потока научной литературы, слабо представленной в западных информационных системах. Ключевые слова: научно-техническая информация (НТИ), государственная система научно-технической информации, аналитико-синтетическая обработка, реферативный журнал, база данных, проблемно-ориентированные базы данных, система взаимосвязанных классификаций, единое пространство знания, электронный информационный продукт, индексированный массив русскоязычных первоисточников
Раньше, во времена СССР, для того, чтобы почитать работы других авторов в интересующей области, а также и в смежных областях ходили в научную библиотеку и просматривали подшивки журналов, книги, труды конференций. Со вторичной информацией знакомились по рефератам реферативных журналов или по специализированным изданиям типа сигнальной или экспресс-информации. До 1941 г. таких выпусков было довольно много: «Центральный реферативный медицинский журнал», «Химический реферативный журнал», «Реферативный биологический журнал» и «Физико-математический «журнал», а также библиографические издания «Научная литература СССР», «Новости технической литературы» и «Систематический указатель статей в иностранных журналах» [1]. Основной упор делался на информационное обеспечение отдельных отраслей науки.
Централизованная же система полного обеспечения научно-технической информацией началась в нашей стране с учреждения в 1952 г. Института научной информации Академии наук СССР (впоследствии получившего широко известную аббревиатуру ВИНИТИ – Всесоюзный институт научной и технической информации). За образец была выбрана французская модель, которая и поныне остается лучшей для национальной системы научно-технической информации. Такие системы есть во всех развитых, а теперь и во многих развивающихся странах, причем их основой является мониторинг и реферативное отражение потока научной литературы.
ВИНИТИ создавался, как «фабрика» Реферативного журнала (РЖ) по всем областям науки» [2]. На первоначальном этапе в его задачу входили подготовка и выпуск РЖ, обеспечивающего «исчерпывающий охват мировой научно-технической литературы» [3]. С 1956 г. начали выходить сборники экспресс-информации с сокращенными переводами наиболее важных статей из зарубежных периодических изданий. В 1957 г. начался выпуск «Итогов науки и техники», изданий монографического типа.
Одним из важных этапов в ранней деятельности ВИНИТИ было включение в его состав в 1957 г. лаборатории электромоделирования (ЛЭМ) для компьютеризации информационной деятельности. Её руководитель Л.И. Гутенмахер ещё в 1952 г. опубликовал в одном из престижных академических журналов статью об использовании цифровых машин для обработки информации (основные аспекты – создание баз данных, информационный поиск, электронные библиотеки и т.п.). На эту тему есть интересные публикации [6-8].
Постепенно, не сразу ВИНИТИ стал центром, вокруг которого образовались отраслевые и региональные центры научно-технической информации. В 1966 г. Верховный Совет СССР сформулировал основные принципы развития научно-технической информационной системы нашей страны. Основные принципы включали:
- создание единого государственного контроля над научной и информационной деятельностью под руководством Госкомитета по науке и технике и Академии наук СССР;
- развитие отраслевой системы информационно-технического обеспечения, которое было делегировано соответствующим министерствам и ведомствам;
- охват всех типов документальных источников для всех областях науки и народного хозяйства (полный охват был провозглашенной целью, но на практике существовала и существует большая разница в степени охвата в отдельных отраслях);
- централизованная система аналитико-синтетической переработки информации, сосредоточенная в ВИНИТИ;
- унифицированная индексация (классификация) естественных и технических наук на основе единого государственного рубрикатора научно-технической информации (ГРНТИ);
- использование современных технологий для улучшения качества и скорости предоставления информационных услуг и продуктов;
- финансирование из госбюджета практически всех услуг (выпуск РЖ, сборников НТИ, Итогов науки и техники);
- развитие международного сотрудничества.
Какие-то из этих принципов не были или не в полном объеме были воплощены в жизнь, но все-таки к середине 1960-х годов по всей стране насчитывалось 2500 отраслевых центров научно-технической информации, а к середине 1970-х уже 11500 [4].
...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments