leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Стенограмма пленарное заседание ГД 04.03.20 правительственный час глава ФАС Игорь Артемьев - часть 1

Стенограмма пленарное заседание ГД 04.03.20 правительственный час глава ФАС Игорь Артемьев о конкуренции в ТЭК – часть 1
Уважаемые коллеги, а мы с вами переходим к следующему вопросу повестки. "Правительственный час". 3-й вопрос. "О развитии конкуренции в отраслях топливно-энергетического комплекса, ценообразовании и тарифном регулировании монопольных видов деятельности, стоимости энергоресурсов".
Выступит Игорь Юрьевич Артемьев руководитель Федеральной антимонопольной службы с информацией в рамках "правительственного часа".
Пожалуйста.
Коллеги, обращаю внимание, что в зале пленарного заседания присутствует только один руководитель фракции — Сергей Иванович Неверов, руководитель фракции "ЕДИНАЯ РОССИЯ".
Пожалуйста.
Артемьев И. Ю., руководитель Федеральной антимонопольной службы.
Уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемые депутаты! Я, прежде всего, хотел бы поблагодарить Государственную Думу и депутатов за внимание к проблемам развития конкуренции в топливно-энергетическом комплексе России. Я также хотел бы сказать слова благодарности всем ведущим фракциям парламента, которые сочли возможным встретиться с нашей командой для того, чтобы предварительно перед заслушиванием нашего доклада на пленарном заседании провести оживлённые дискуссии. И мы действительно их провели, и действительно мы очень много интересного услышали и очень многое возьмём в нашу работу. За это большое спасибо.
Очевидно, что топливно-энергетический комплекс России является одним из флагманов российской экономики и также верно, что это системы жизнеобеспечения, от которых зависят судьбы всех наших граждан в нашей стране, потому что они, эти системы, потому и называются системами жизнеобеспечения, потому что они обеспечивают людям тепло, свет, электричество, что в наших условиях климатических, безусловно, является ключевым фактором нормальной человеческой жизни.
Действительно мы понимаем, что в топливно-энергетическом комплексе в силу разных причин, сложившихся ещё в советское время, конкуренция недостаточна. А конкуренция, как известно, всегда ведёт к повышению производительности труда, всегда приводит к инновационным результатам, всегда снижаются соответствующие издержки, в конечном итоге служит на пользу потребителя и в целом всей страны.
И именно об эффективности в этой сфере и возможных мерах для того, чтобы улучшить ситуацию в этой сфере, мне хотелось бы сегодня сказать.
Ну, прежде всего, я хотел бы сказать о ЖКХ, о людях, то, с чего я начал. Государственной Думой и Советом Федерации были приняты в прошлом году два ключевых закона, которые остановили, на наш взгляд, вакханалию безудержного и бессистемного роста тарифов, которая продолжалась 20 лет в пашей стране.
Согласно законодательству, которое было принято ещё в 1990 годах и, несмотря на то, что правительство устанавливает ежегодно так называемый "предельный уровень роста тарифов па коммунальные услуги", а правительство в последние годы устанавливает в размере 5,4 и 3-х с небольшим процентов, 12 позиций в прежнем законодательстве 1990 годов позволяло и главам субъектов Федерации, и муниципалитетам превышать этот уровень, на сколь угодно любую величину.
Так, в соответствии с законом "Об электроэнергетике", в старой редакции предполагалось, что если та или иная коммунальная компания имеет у себя инвестиционную программу, то тариф может расти сколько угодно и куда угодно. Какая инвестиционная программа? Кто её утверждал? О чём идет речь? Понять невозможно.
Также всё время шла речь о том, что такое экономически обоснованный тариф? До последнего времени это никто не знал.
И вот это всё приводило к тому, что только в 2016 году таких превышений предельного уровня, установленного правительством, которое было тогда порядка 4,5 процента, значит, в регионах и в муниципалитетах эти превышения составляли, во-первых, на десятки и сотни процентов. Во-вторых, примерно в тысячу 800 случаях.
Вы приняли необходимые поправки и закрыли все эти дыры. Сегодня повышение тарифов сверх предельного уровня более невозможно без разрешения федеральных властей, а именно Федеральной антимонопольной службы, и мы несём полную ответственность перед вами за то, что мы делаем.
Действительно, есть ситуации, когда в отдельных регионах, занимаясь популизмом, снижали тарифы, отменяли тарифы и там действительно их нужно очень плавно и осторожно поднимать до экономически обоснованного уровня. Но в целом я хотел бы вам доложить, что с принятием этих законодательных актов в закон "Об электроэнергетике" и в закон о ЖКХ, эта история закончилась.
На что хотелось бы обратить внимание, с точки зрения вообще тарифообразования.
Во-первых, я хотел бы доложить, что приняты все нормативные акты, позволяющие устанавливать всем субъектам естественных монополий, то есть тем самым системам жизнеобеспечения, долгосрочные тарифы на 10 и более лет.
Первый такой тариф мы выдали железной дороге, и мы намерены в ближайшее время всем крупнейшим нашим компаниям, во-первых, выдать 10-летние тарифы по принципу: инфляция минус 0,1 и ввести для строительных программ и пополнения инвестиционных программ так называемый специальный инвестиционный тариф. Это на самом деле означает примерно то же самое, что разделить числитель на знаменатель. Сегодня и раньше было огромное количество разных тарифов, региональных, сезонных, каких только не было, останется только два и в этой ситуации можно будет достаточно легко разобраться.
Кроме того, опыт РЖД показывает, что на каждый рубль тарифной выручки, которая формируется в пределах длинных контрактов и длинных тарифов, которые устанавливаются по специальным формулам, на каждый рубль компания может привлечь 3 рубля кредитных средств, которые может вложить в окупаемые проекты. То есть, вообще говоря, финансовая стабильность и долгосрочность — это важнейшие направления, которые мы должны осуществить. И в этом году мы очень активно будем этим заниматься вместе с региональными энергетическими комиссиями.
Каждый год в России утверждается 42 тысячи тарифов. Ну представляете, какая это коррупционная среда. Каждый раз нужно собирать эти документы, сколько этой бюрократии, всего. Мы полагаем, что нам удастся вместе с РЭКом в ближайшее время выдать основополагающим федеральным компаниям все долгосрочные тарифы на 5-10 лет и то же самые смогут сделать РЭКи, исходя из того, что все нормативные акты на эту тему Правительством Российской Федерации приняты, и мы хотим об этом доложить.
Мы хотели бы сказать, что ключевым вопросом всей тарифной системы и, соответственно, всей работы нашего ТЭКа, которая относится, в первую очередь, к системе естественных монополий и, соответственно, их доходы-расходы тарифицируются, учитываются в необходимой валовой выручке, ключевым вопросом является внедрение эталонов.
Что такое эталон? А это и есть определение того, что такое экономическая обоснованность. Путём очень скрупулёзных, тщательных подсчётов с учётом разных территорий, сезонности, с учётом разных технологий, используемых в отраслях ТЭК, мы приходим сегодня к тому, что может быть сформирован по принципу себестоимость плюс наценка соответствующий эталон, подходящий для этой технологии этого региона. И, собственно, это и есть та нулевая точка, которая является экономически обоснованной.
Согласно тем традициям, которые существуют в тарифообразовании у компаний ТЭКа, как правило, не бывает у естественных монополий высокой доходности и прибыли, поэтому наценка, которая может быть к нему установлена, должна варьироваться от 5 до 7 процентов. Это, собственно, и есть эталон, который сразу покажет, и он сегодня показывает, потому что ряд эталонов правительство уже внедрило, и будет внедрять. Сейчас в ближайшее время предстоит электросетевой кодекс и там внедрение соответствующих эталонов, показывает, что в значительном случае текущие и действующие тарифы, которые были утверждены ещё много лет назад, превышают соответствующие эталонные значения, а, значит, компании получают за счёт потребителей необоснованные доходы и на самом деле здесь нужно приводить все в порядок.
Вместе с тем, проводя эту реформу, связанную с эталонами, нужно позаботиться о том, чтобы компании имели материальную и экономическую заинтересованность в том, чтобы деньги, которые они сэкономят на уменьшении своих собственных издержек, оставались в распоряжении самих компаний. Такие решения сегодня также приняты Российской Федерацией и компании понимают, что, если они оптимизируют свою сеть, если они предпринимают решения для того, чтобы снизить эти издержки, которые связаны с плохой работой, с плохим управлением и так далее, эти деньги останутся в их распоряжении и, прежде всего, должны направляться на инвестиционные программы, то есть на развитие, на стройку, на создание новых дополнительных рабочих мест.
Важнейшим направлением демонополизации в сфере ТЭК является биржевая торговля. Уже более 10 лет на основании законов, принятых российским парламентом и актов правительства, осуществляется много лет уже соответствующая торговля газом, нефтепродуктами, удобрением, лесом и многими, многими другими очень важными элементами, которые базируются сегодня в ТЭКе и, которые имеют важнейшее значение для ценообразования во всей экономике, потому что ТЭК это основа, это хлеб экономики, который дает базовые затраты, с которыми считаться должны все предприниматели, вся промышленность нашей страны.
Биржевая торговля это один из великолепных способов демонополизации, я попробую это пояснить на простом примере. Если раньше наши предприятия, осуществляя техническую модернизацию и нуждаясь в газе на долгосрочный период, должны каждый год были приходить в соответствующие региональные подразделения Газпрома, и они никогда не знали, дадут ли им газ, получат ли они его через год или через два, то сегодня они могут его покупать ежедневно на бирже и быть совершенно уверенными, что они не зависят от Газпрома и по той справедливой цене, которая складывается на двойном встречном аукционе. То есть это будет тот самый бейчмаркинг, который, то есть метод сопоставления цен, который складывается в рыночных условиях и является действительно и подлинно рыночным. То же самое с нефтепродуктами.
Иными словами наша промышленные предприятия, работая через биржу, получили независимость от естественных монополий в части соответствующих поставок энергоносителей. Это продолжается уже более 10 лет и вашими решениями также было установлено, и решениями правительства, что внебиржевые контракты подлежат регистрации на бирже, они сегодня регистрируются, и мы знаем свой индекс по каждому из нефтепродуктов, по каждой разновидности газа и так далее, и тому подобное. То есть сегодня есть с чем сравнивать, появилась база сравнения в ведущих отраслях ТЭК и относительно этого и нужно делать эту работу.
Я хотел бы сказать, что в последнее время усилиями правительства Федеральная антимонопольная служба соединила в единых руках и антимонопольное, и тарифное регулирование, и контроль за государственными закупками.
Почему это имеет такое важное значение? Потому что мы теперь можем смотреть на любую естественную монополию как с точки зрения правонарушений, и видим, когда они нарушают, когда нарушают права предпринимателей, специально замедляя или не подключая к соответствующим энергосистемам, не поставляя продукцию, что они обязаны делать, в силу закона "О защите конкуренции". Но мы видим всю их себестоимость, мы видим всё, когда утверждаем им тариф.
И наконец, мы понимаем, как и что они и по каким ценам покупают, сравнивая цены соответствующих поставок, которые осуществляют в рамках 223-го закона наши компании, мы видим, что эти цены, ну, например, на электроэнергию, часто просто завышены, и мы тем самым просто срезаем в тарифе соответствующую составляющую, делая ссылку на неэффективную работу и судебную практику.
Вот такая практика, она является достаточно уникальной для мира. В последние пять лет главный тренд, который существует сегодня в антимонопольном законодательстве мира и соответствующих ассоциаций, это соединение трёх этих функций в руках одного регулятора. Именно поэтому мне приятно вам сообщить, что Российская Федерация по результатам международного рейтинга 2019 года вошла в десятку самых лучших стран с гармонизированным, лучшим... отвечающим лучшим практикам законодательством антимонопольным и соответствующим правоприменением. Это действительно большая победа, но это связано как раз с таким, прежде всего, комплексным подходом, о котором я сказал.
Я хотел бы сказать, что целый ряд важнейших законодательных актов, которые открывают новые возможности в реальных реформах, позитивных для населения, прежде всего, не реформах ради реформ, в настоящее время подготовлены и готовятся к внесению в парламент, Правительство Российской Федерации.
Во-первых, это закон "Об основах регулирования тарифов в Российской Федерации". Ни в Российской Империи, ни в Советском Союзе, ни в новой России не было никогда такого закона, и не мне вам говорить, что это означает. Это означает, что нет общих правил установления тарифов, не всегда понятно, что должно быть в тарифе и чего в тарифе быть не должно ни в коем случае, непонятно, где и как должны нормироваться соответствующие расходы и по каким установленным нормативам.
И сегодня мы имеем в тарифообразовании, к сожалению, ярко выраженный узковедомственный подход, когда в разных отраслях и между отраслями возникают чудовищные диспропорции, которые измеряются десятками раз. Тарифы для сопоставимых технологий в тепле, в электричестве, в воде, в водоотведении могут различаться друг от друга в 10, 20 и выше раз. Это означает полный винегрет. И вот это нужно всё сегодня свести к простым, упрощенным достаточно, но понятным и ясным, прозрачным процедурам. И сделать это может только законодатель, чтобы все абсолютно субъекты Российской Федерации, правительство и все системы, которые работают в этом секторе, получили ясные и понятные, и прозрачные правила игры, утвержденные актом высшей юридической силы.
Мы надеемся, что в 2020 году правительство внесет этот закон в российский парламент, в Государственную Думу.
Кроме того я хотел бы отметить ещё одну очень важную вещь. Мы хотели бы, чтобы специальным федеральным законом упразднен вообще закон о естественных монополиях 1996 года. Почему он должен быть упразднен? Не только потому что он в 1996 году принят. Есть законы, действующие ещё и раньше. На самом деле они хороши, и по-прежнему используются. Но дело всё в том, что сам принцип формирования и определения, что такое естественная монополия, порочен. В этом законе говорится о том, что если занимаешься вот таким видом деятельности, значит, ты естественная монополия.
Что это означает? Записано — если вы занимаетесь аэропортовой или портовой деятельностью в широком смысле, то есть работаете с портом, работаете с аэропортом - вы естественная монополия. Это влечет за собой колоссальные ограничения хозяйственной самостоятельности предприятий, повышенные риски и невозможность реализовывать никакие программы, связанные с инвестиционными привлечениями за счет продажи акций практически. То есть они находятся практически в законсервированном состоянии.
В то же время мы с вами понимаем, что, например, аэропорты московского авиаузла: Шереметьево, Домодедово, Внуково, они конкурируют совершенно как сумасшедшие.
Мы понимаем, что порты, находящиеся в России на одном побережье, конкурируют как сумасшедшие, как на юге, так и на востоке.
Мы понимаем, что мобильная связь сегодня конкурирует с электрической и стационарной связью. И уже даже сегодня мобильные тарифы ниже, чем тарифы на электросвязь. Зачем нам всё это держать в состоянии естественной монополии, когда можно просто говорить о доминирующих субъектах и дать им гораздо большую хозяйственную самостоятельность.
Более того, мы предполагаем, согласно этому закону, что необходимо определить понятие естественной монополии, как протяженный линейный сетевой объект, как это сделано во многих странах Европы. И это будет очень правильно. И это резко ограничит сферу компетенции, кстати, и самих антимонопольных органов, и избавит эти компании от излишнего контроля.
Это также означает, что, например, в компании "Газпром" естественной монополией будет признаваться только труба. А уже добыча и сбыт, уже не будут признаваться системой сферы естественной монополии, и там не нужно будет регулировать тарифы, за исключением специальных решений и оговорок, которые будут сделаны в федеральном законе.
Наконец, я хотел бы сказать еще об очень важной вещи, и, может быть, даже завершая вот это свое короткое вступление. И надеюсь, что в наибольшей степени нам будет интересно провести дискуссию и ответить на вопросы уважаемых депутатов. Я хотел бы напомнить, что 2020 год — это год завершающий по работе над исполнением указа президента о развитии конкуренции в нашей стране, которым в 2016 году был утвержден национальный план по развитию конкуренции России, первый в истории российского государства.
Мы, почему так и торопимся с этими законами, потому что в 2020 году этот срок истекает. И согласно поручению президента и поручению правительства мы обязаны, как ФАС, до 1 апреля внести в Правительство Российской Федерации для уже последующего представления президенту новый национальный план развития конкуренции до 2025 года. И, соответственно, вопросы о том, что будет в этом плане, какие реформы в ТЭКе, какие реформы в новых системах, опять же реформа не ради реформ, повторяю, а для того, чтобы повысить эффективность нашей экономики, будут туда заложены.
Мы подготовили проект указа президента, в ближайшее время мы внесем в Правительство Российской Федерации. Но на встречах со всеми уважаемыми фракциями и уважаемыми депутатами я просил о том, что, помогите нам, пожалуйста, коллеги. Давайте уже сейчас на самой ранней стадии, как вы работаете по нулевому чтению по бюджету, мы вместе с вами посмотрим эти основные направления и с фракциями, и с профильными комитетами Государственной Думы, и, соответственно, с Советом Федерации.
Мы считаем, что невозможно принять широкомасштабные, грандиозные реформы без участия и причем своевременного участия нашего парламента. И вот там мы с вами должны будем взвесить, что на самом деле мы сможем представить Президенту Российской Федерации. Напомню, что из актов стратегических, которые подписал наш уважаемый президент, можно вспомнить фактически две большие группы. Это майские указы и последующие указы о нацпроектах, это и указ о развитии конкуренции в нашей стране -документ стратегического планирования, который уходит на долгие годы вперед. И мы все больше и больше уходим и как правительство, и как антимонопольный орган, от формул простого тотального контроля к развитию и созиданию в сфере конкуренции. Без этого у нас не будет ни высокой производительности труда. Без этого у нас не будет инноваций. Без этого у нас будет очень медленный экономический рост.
Поэтому одним из ключей, который открывает вот этот ларчик, который позволяет нам ускорить экономическое развитие, одним из ключей, является, без сомнения, развитие конкуренции в топливно-энергетическом комплексе.
Спасибо.
Председательствует Первый заместитель Председателя Государственной Думы А. Д. Жуков
Председательствующий. Спасибо, Игорь Юрьевич. Выступает аудитор Счётной палаты Алексей Александрович Каульбарс. Пожалуйста.
Каульбарс А. А., аудитор Счетной палаты Российской Федерации. Уважаемый Александр Дмитриевич, уважаемые депутаты! Основные направления государственной политики по развитию конкуренции определены указом президента от 21 декабря 2017 года № 618.
Основополагающим принципом этой политики является проведение такого государственного регулирования цен, которое основывается на достижении окупаемости деятельности организаций, осуществляющих регулируемые виды деятельности, при одновременном повышении эффективности этой деятельности и снижении издержек, что в долгосрочной перспективе должно обеспечить соблюдение долгосрочных интересов конечных потребителей.
В своём выступлении Игорь Юрьевич подробно остановился на деятельности ФАС по развитию конкуренции в отраслях ТЭК.
Необходимо отмстить, что Федеральной антимонопольной службой действительно проводится большая работа в данном направлении.
Вместе с тем на основании результатов мероприятий, проведённых Счётной палатой в последнее время, считали бы необходимым обратить внимание на следующие моменты, которые свидетельствуют о том, что не всегда удаётся достигать соблюдения принципов, установленных 618-м указом.
Прежде всего, следует отметить, что динамика изменений показателей, характеризирующих уровень развития конкуренции в нефтяной и газовой отрасли за последние несколько лет, не позволяют говорить о том, что здесь произошли существенные изменения.
Так на рынке нефти доля 11 крупнейших вертикально интегрированных компаний в 2019 году составляла порядка 85 процентов общего объёма добычи, что не сильно отличается от показателей прошлых лет, 87 процентов в 2016 году, 86 процентов в 2017 году и те же 85 процентов в 2018 году.
Высокой концентрацией объёмов добычи у основных участников характеризуется рынок газа.
Так в 2016 году на долю "Газпрома" и вертикально интегрированных нефтяных компаний приходилось 85,9 процента, а в 2018-м - уже 87,9 процента всех добыч.
Аналогичная ситуация характерна и для внутреннего рынка топлива, где доминирующее положение также занимают вертикально интегрированные компании.
Очевидно, что важным сдерживающим фактором развития конкуренции в отрасли является недостаточное обеспечение свободного и недискриминационного доступа независимых участников рынка к существующей инфраструктуре.
В сфере электроэнергетики ежегодно увеличиваются объемы надбавок к тарифам, носящих нерыночный характер. Как следствие, происходит увеличение объемов перекрестного субсидирования, которое в 2019 году в целом можно оценить на уровне около 400 миллиардов рублей. При этом действующие в настоящее время методики по формированию тарифов пока не в полной мере обеспечивают оптимальное перераспределение объемов перекрестного субсидирования между потребителями.
Всё это свидетельствует о том, что в целом усилия, направленные на увеличение конкуренции на рынке ТЭК, пока к существенному изменению ситуации не привели. Тем не менее, наши проверки показали удачные примеры работы в этом направлении, а также то, что успешность политики по развитию конкуренции на данном рынке зависит не только от антимонопольной службы.
Так, в качестве одного из положительных примеров можно привести деятельность ПАО "Транснефть", которая в 2015-2019 годах обеспечила гарантированный доступ нефтяных компаний к транспорту нефти по трубопроводной системе "Восточная Сибирь - Тихий океан". Как показала наша проверка, все заявки нефтяных компаний на получение услуг по транспортировке нефти по ВСТО были исполнены.
Здесь необходимо отметить, что затраты на строительство ВСТО компенсируются за счет выручки, которая получается за транспортировку нефти, при этом индексация тарифов на услуги ПАО "Транснефть" должна была осуществляться с применением принципа "инфляция минус", то есть рост тарифов не должен был превышать уровня инфляции, однако фактический рост уровня тарифов в 2016-м и 2017 годах превысил уровень инфляции. Детально разобравшись в данной ситуации, мы пришли к выводу, что причина заключается в том, что прогнозные уровни инфляции, установленные Минэкономразвития на 2016-й и 2017 год, были выше их фактических значений по результатам этих лет.
Безусловно, достижение уровня инфляции ниже прогнозных значений -это прекрасный результат, однако в нашем конкретном случае недостаточное качество макроэкономических прогнозов фактически привело к несоблюдению установленного принципа формирования тарифов, а в конечном итоге — к повышенным затратам компаний, которые осуществляли транспортировку нефти.
Этот пример наглядно свидетельствует о том, что достижение установленных целей по развитию конкуренции зависит не только от деятельности ФАС.
Как я уже сказал, в электроэнергетике важной проблемой продолжает оставаться перекрестное субсидирование, его объем в электросетевом комплексе в 2019 году оценивается на уровне более 230 миллиардов рублей. Очевидно, что основной причиной этого является значительная социальная нагрузка, которую несет на себе электросетевой комплекс при больших различиях в уровнях экономического развития регионов.
Энергетической стратегией страны предусмотрена поэтапная ликвидация перекрестного субсидирования в электроэнергетике. Вместе с тем включение в тарифы на оплату услуг по передаче электроэнергии доходов выпадающих, в связи с введением льгот по технологическому подсоединению потребителей до 150 киловатт, по сути, является скрытым видом перекрестного субсидирования между видами деятельности.
Проверка Счётной палаты показала, что только за период с 2016-го по 2018 годы затраты ПАО "Россети" на исполнение договоров технологического присоединения, в результате реализации которых возникали выпадающие доходы, составили 64,7 миллиарда рублей, из них в тарифе на передачу электроэнергии были компенсированы только 41,2 миллиарда. И в данном случае можно сделать вывод, что фактическое наличие выпадающих доходов и скрытое перекрестное субсидирование негативно повлияли на экономику компании, что не соответствует принципам, заложенным в 618-й указ президента.
В целом необходимо констатировать, что действующие в настоящее время подходы по формированию тарифов не обеспечивают оптимального перераспределения объемов перекрестного субсидирования между потребителями на всех уровнях напряжения. При сохранении данной ситуации можно спрогнозировать, что крупные потребители по экономическим соображениям будут вынуждены принимать решение о строительстве объектов собственной генерации.
По информации ФАС уже сегодня потребители электроэнергии на уровне высокого и среднего напряжения в 54 субъектах России могут строить объекты распределенной генерации со сроком окупаемости 10 лет. Уход крупных потребителей на собственные автономные источники может создать риски для развития единой энергетической системы России из-за снижения потребления электроэнергии, на что, по нашему мнению, должны обратить особое внимание, как ФАС, так и Минэнерго.
В целях упорядочения деятельности по перераспределению объемов перекрестного субсидирования Правительством Российской Федерации принято постановление, предусматривающее установление ФАС России единого порядка расчета величины и ставки перекрестного субсидирования в учитываемых тарифах на услуги по передаче электрической энергии.
Полагаем, что при разработке данного единого порядка ФАС России необходимо точно оценить, как вводимые меры повлияют на изменение тарифов в каждом из регионов, а также учесть возможные негативные последствия для бюджетов регионов, что связано с необходимостью компенсации выпадающих доходов территориальных сырьевых организаций.
Полагаем, что положительное влияние на снижение размера тарифов могли бы оказать такие меры, как внедрение тарифного регулирования на долгосрочный период - до 10 лет, ускорение перехода на метод эталонных затрат при установлении сбытовых надбавок для всех гарантирующих организаций. В настоящее время сбытовые надбавки со 100-процентной долей эталонной выручки установлены только для 20 процентов таких поставщиков.
Также, по нашему мнению, необходимо рассмотреть вопрос об усовершенствовании методики расчёта экономически обоснованных тарифов на передачу электрической энергии, прежде всего, в части учёта степени загрузки оборудования и категории надёжности энергоснабжения.
В настоящее время экономическое обоснование тарифов базируется, как правило, на достигнутых уровнях затрат. На практике это приводит к тому, что на сегодняшний день в регионах России тарифы на передачу электроэнергии между уровнями напряжения отличаются в разы.
Кроме того, при рассмотрении подходов по обеспечению поддержки отдельных групп потребителей при определении размеров тарифов на энергоресурсы полагаем целесообразно применять целевой характер предоставления таких льгот, при этом должна существовать возможность обеспечения действенного контроля.
Считаем целесообразным, чтобы Федеральная антимонопольная служба в своей дальнейшей работе вышеуказанные подходы учла.
Доклад окончен. Спасибо за внимание. Председательствующий. Спасибо.
Доклад Александра Александровича Авдеева, Комитет по контролю и Регламенту.
Пожалуйста.
Авдеев А. А., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".
Уважаемый Александр Дмитриевич, уважаемый Игорь Юрьевич, уважаемые коллеги! На предыдущем "правительственном часе" в Государственной Думе с участием руководства ФАС было сказано: должен быть принят закон об основах тарифного регулирования, он унифицирует все основные подходы, принципы, расчёты, сделает всё открытым и прозрачным, хроническая проблем — это отсутствие базового федерального закона, акты правительства и методики на их основе часто противоречат друг другу. Но это было сказано в 2016 году и повторено сегодня.
В январе 2019 года был опубликован проект федерального закона "Об основах государственного регулирования цен (тарифов)", сегодня уже март 2020 года, законопроект так и не поступил в Государственную Думу.
Также на "правчасе" в 2016 году мы, как и сегодня, слышали заявление о том, что закон "О естественных монополиях" устарел и должен быть отменён, вместо него должна появиться глава в законе "О защите конкуренции".
В конце 2017 года ФАС уже анонсировала разработку данного закона, но в Госдуму этот законопроект также не поступил и содержание его нам пока также неизвестно.
В Стратегии развития конкуренции антимонопольного регулирования в России на период до 2030 года сказано: "Система государственного тарифного регулирования монополий, основанная на отраслевом подходе и определении правил установления тарифов на подзаконном уровне, приводит к существенной тарифной дискриминации и неопределенности правового регулирования (тарифы в сопоставимых условиях различаются в десятки раз)".
Игорь Юрьевич это в своём выступлении также подчеркнул.
Далее в документе изложен ряд предложений, призванных изменить ситуацию. Например, сократить сферы деятельности естественных монополий, ввести административную ответственность за нарушение правил недискриминационного доступа к услугам по передаче тепловой энергии и много-много других, однако мы до сих пор не видим существенного прогресса в совершенствовании нормативной базы.
2020 год действительно является завершающим для реализации национального плана "Развитие конкуренции" и планом было предусмотрено внесение в Думу в 2019 году восьми проектов федеральных законов. В установленные сроки был внесён, по сути дела, только закон об ограничении деятельности ГУПов и МУПов.
В рамках парламентского контроля Комитет по контролю и Регламенту осуществляет мониторинг хода разработки и сроков принятия нормативных правовых актов, в работе у ФАС находится на 1 января 2020 года семь нормативно-правовых актов. Предполагаемый срок принятия всех семи актов перенесён опять-таки с 2019-го на 2020 год.
Мы, комитет рекомендует принять меры к исполнению сроков принятия этих актов.
Вместе с тем, что мы наблюдаем в сфере, в отрасли. Только несколько ярких примеров из-за отсутствия времени в докладе.
На наших глазах розничный рынок нефтепродуктов монополизировался несколькими крупными игроками: произошла массовая скупка независимых АЗС, таким образом вертикально-интегрированные компании доминируют на рынке, устанавливают правила игры и цены и тем самым хоронят независимую розницу.
Это яркий пример деприватизации и огосударствления этой сферы. Очевидно, что это не повышает уровень конкуренции в отрасли, кроме того, это существенно увеличивает вероятность картельных сговоров.
Алексей Александрович в докладе Счётной палаты это тоже подчеркнул.
В тарифном регулировании вопросы в этой сфере решаются с большим трудом. И даже вот вопрос регулирования сельхозтарифа, тарифа для сельхозпроизводителей у нас в Госдуме, между Минсельхозом и Минэнерго находится на рассмотрении уже больше года.
За время ручного управления процессами в топливно-энергетическом комплексе мы видим, как отсутствие конкурентных механизмов буквально выдавливает малый и средний бизнес из отрасли. Аналитическим центром при Правительстве Российской Федерации в 2019 году был проведён опрос представителей малого и среднего бизнеса в этой сфере, и на слабую конкуренцию чаще всего как раз жаловались представители ТЭКа и сферы производств распределения электроэнергии, газа и воды.
В конце 2019 года был принят Федеральный закон о микрогенерации, но, по мнению экспертов, это никак не повлияет на развитие малой генерации и развитие возобновляемых источников энергии. Рост есть, но это такой, знаете, эффект низкой математической базы и малых цифр. Доля малой генерации в Российской Федерации сейчас от 7 до 10 процентов по разным данным и растёт темпами менее 1 процента в год. Для сравнения, в Германии эта доля более 30 процентов, мировые темпы роста — более 6 процентов в год. И ведь это не только конкуренция, но это и инвестиции, которые так нужны нашей экономике.
Инвестиции в малую энергетику ничтожно малы и непривлекательны. Крупные компании требуют всё больше льгот и индивидуального подхода и в состоянии влиять, в отличие от малого бизнеса, на нормативную базу.
Подводя итоги, можно сказать, что время уходит, а мы опаздываем с регулированием в этой сфере. Мы констатируем... Можно ещё 20 секунд? Мы констатируем, что с 2016 года ситуация с конкуренцией в отрасли точно не улучшилась. Даже приняв законодательную нормативную базу, по сути дела, ничего не изменится, политику определяют крупные игроки. Сначала нужно создать условия для роста сегмента частного малого и среднего бизнеса в этой отрасли, а этих условий пока нет. Более того, мы видим огосударствление этого сектора. И вот эта проблема и задача комплексная, она и для ФАС, и для Минэнерго, и для Минэкономразвития. Мы видим, что небольшое количество крупных игроков на рынке, по сути, доминирует...
Председательствующий. Добавьте время.
Авдеев А. А. ...по сути дела, доминирует и в доли рынка, и в возможности осуществлять нормотворчество. И регулирование приходится осуществлять в ручном режиме и это объяснимо, так как для Минэнерго в первую очередь важно обеспечить надёжность функционирования топливно-энергетического комплекса, а задача развития конкуренции в отрасли уходит на второй план. И мы видим, что из национального плана реализуется та часть, которая не получает серьёзного сопротивления от монополий, к примеру, закон о МУПах и ГУПах.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments