leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Стенограмма пленарное заседание ГД 27.05.20 правительственный час Максим Решетников – часть 3

Стенограмма пленарное заседание ГД 27.05.20 правительственный час Максим Решетников – часть 3
Ну, первое. У нас с вами вся отчетность малых, средних предприятий там, где она есть, она у нас с вами квартальная, у нас нет с вами оперативной месячной отчетности, которую представляли бы малые и средние предприятия, будь то во внебюджетные фонды или в налоговую службу. Более того, у нас с вами по многим режимам, будь то и ЕНВД, или патентная система, вообще нет системы учета выручки как таковой.
Поэтому отсюда был вот этот вот момент использования ОКВЭД. Если ждать, когда появится выручка, ну мы все решения с вами разрабатывали и вот эту систему запускали вторая половина марта, начало апреля. По итогам I квартала еще никаких, так сказать, цифр не видно и этого падения не видно.
Говорить о том, что бизнес ты подожди, вот сейчас, значит, по II кварталу как упадешь, мы потом посмотрим, ну это значит... предоставить первую поддержку только в августе, это было, ну, неадекватно той ситуации, которая сложилась.
Поэтому взяли за основу механизм ОКВЭД, прекрасно понимаем, насколько он несовершенен, коллеги, прекрасно понимаем, что действительно ряд ОКВЭДов, нам предприниматели говорят: ну, это мы были еще на ОКВЭДе версия один ноль, потом перешло в автоматический переход, когда это было, мы никогда и внимания на это не обращали. Поэтому как-то уточняем, вот сейчас в качестве предложения дать возможность внутри одной группы, если есть более мелкие ОКВЭДы, которые попали в пострадавшие, уточнить, двигаемся вот этими вот, так сказать, ну, уточнениями.
Но мы прекрасно понимаем, что это, ну, лучшее из тех механизмов, которые есть. И нам по выходу из этой ситуации надо очень серьёзно посидеть и подумать, а какие нам... какой нам еще инструментарий нужен вот для такого рода ситуаций, для того чтобы более дифференцированно, более точечно поддерживать малый и средний бизнес. Ведь это вопрос не просто антикризисной поддержки, это ведь еще и вопрос сознательного развития тех сфер, значит, малого бизнеса, которые нам нужны.
И пользуясь тем, что у меня еще есть 45 секунд, я бы еще один вопрос по малому и среднему бизнесу, коллеги, стратегически подчеркнул. Мы с вами, после того как существенно снизили налоговую нагрузку на малый и средний бизнес по соцвзносам, мы сделали очень большую дифференциацию между упрощённым режимом налогообложения и 25-й главой Налогового кодекса, общим режимом налогообложения.
У нас эта ступенька стала настолько высокой вот при переходе от одного к другому, что мы опасаемся, у нас может сложиться такая в некотором смысле ловушка малого и среднего бизнеса, ну, выгодно будет оставаться МСП и невыгодно будет расти, потому что вот этот вот скачок в налогообложении очень большой. Поэтому мы, вот как министерство, активно внутри сейчас своих коллег продвигаем тему с промежуточным режимом налогообложения. Спасибо.
Председательствующий. Максим Геннадьевич, но это не значит, в ущерб той схемы, которая сейчас принята и соответственно стимулирует и сохраняет малый бизнес. Это дополнительно. Это должен быть еще один шаг. А если только мы возьмём с вами и перечеркнём ранее принятые решения, это будет и несправедливо, и неправильно. Надо сейчас малый бизнес поддержать, и то, что решение такое принял президент, оно и своевременное, и во всех отношениях обоснованным является.
Коллеги, фракция «ЕДИНАЯ РОССИЯ», Кидяев Виктор Борисович.
Подготовиться Епифановой.
Кидяев В. Б., фракция «ЕДИНАЯ РОССИЯ».
Уважаемый Максим Геннадьевич, мы совместно с муниципальным сообществом провели мониторинг работы региональной и муниципальной власти в условиях пандемии. Я вам его передавал. Надеюсь, вы с ним познакомились.
Мы установили, что зачастую в местных бюджетах нет свободных денег на борьбу с вирусом. Наиболее эффективный способ решить проблему -изменить муниципальные программы. Но этот процесс не скорый. Ведь программы в основном финансируются за счет региональных средств. Регионы сегодня заняты неотложными мероприятиями. Мы понимаем, что не все они смогут поддерживать свои муниципальные образования. У муниципалов одна надежда – на федеральную поддержку местных бюджетов, например, за счет резервных фондов. Вы хорошо знаете, как непросто на местах.
Максим Геннадьевич, скажите, пожалуйста, как сегодня можно поддержать местные бюджеты, чтобы муниципальные полномочия были выполнены? И можно ли создать механизм, чтобы в экстренной ситуации... (Микрофон отключен.)
Решетников М. Г, Да, уважаемый Виктор Борисович, действительно ситуация в муниципалитетах сейчас складывается тоже непростая. Но в то же время надо понимать, что муниципальные и местные бюджеты в каком-то смысле сейчас больше защищены. Почему? Потому что те налоговые источники, которые за ними закреплены, они более или менее стабильны. Это у нас НДФЛ, это у нас ЕНВД, патенты и так далее. И плюс поступления от земли. И главным образом, конечно, это дотации со стороны регионов. Это, в общем, защищенные.
У нас с вами сейчас самые уязвимые – это региональные бюджеты, которые столкнулись с существенным падением налога на прибыль, это уже видно, которые у нас столкнулись или столкнутся с сокращением поступлений по упрощенке, по упрощенной системе налогообложения. Многие регионы, чтобы поддержать сферу торговли, как-то сохранить там торговые места, стимулировать торговые центры, предоставлять скидки арендаторам, субъектам МСП, снижают налог на имущество от кадастра. То есть мы понимаем, что у нас именно вот эта вот сейчас зона риска. И в первую очередь, конечно, нужно сосредотачиваться на поддержке регионов.
Ну, и в целом, понимаете, как бы из Москвы тут внутри Садового кольца определять, где, в каком районе, какого субъекта, кому, сколько средств надо, ну, мне кажется, все-таки у нас настолько многообразная страна, настолько большая, настолько разные условия, что даже внутри одного-то субъекта многие губернаторы стремятся к разумной децентрализации. А мы со стороны федерального центра, если сейчас возьмем мы там... пусть какое-то трижды умное министерство будет распределять эти деньги, ну, мне кажется, это породит гораздо больше вопросов и завышенных и несбывшихся... завышенных ожиданий и несбывшихся надежд, чем вот мы будем помогать регионам и вместе с регионами будем выстраивать разумную политику относительно местного самоуправления. Потому что, еще раз подчеркну, ни один разумный губернатор не будет на себя пытаться натянуть все вопросы местного значения и вообще вопросы местного значения будет стараться вместе с разумным финансовым ресурсом оставить на местах и вместе, так сказать, уже с населением спрашивать с местных чиновников за то, чтобы те действительно эффективно работали.
Председательствующий. Максим Геннадьевич, все это так, вы правильно говорите. И говорите это с позиции министра, и в том числе учитывая ваш опыт в прошлом губернатора.
Виктор Борисович Кидяев, возможно, вы его не так близко знаете, возглавляет Ассоциацию местного самоуправления. Он у нас не просто депутат, он депутат, который представляет интересы всех органов местного самоуправления нашей страны: депутатов местного уровня, глав поселений. Поэтому он, в общем-то, вопрос правильно ставит, такая проблема есть. Кто ее будет решать, губернатор? Если он ее решает, хорошо, но если у губернатора не получается эту проблему решать, значит, в том числе через такую ассоциацию правильно было бы вести диалог с министерством* Но Виктор Борисович, наверное, не просто эту тему поднял. Он знает, что именно вашему министерству переданы полномочия вести вопросы, связанные с развитием органов местного самоуправления.
Поэтому этот диалог не случаен. И, может быть, здесь истина-то лежит посередине.
Нам надо в рамках федеральных возможностей создавать условия развития местного самоуправления, в том числе, финансовую основу.
Мы в своё время принимали здесь закон, который, допустим, фиксировал, что передача такого налога, как НДФЛ, в регионы будет передана полностью на уровень местного самоуправления. Потом было ограничение порядка, по-видимому, 50 процентов. А сейчас эта норма уже не работает, и каждый регион по-своему определяет судьбу этого источника. И у тех же органов местного самоуправления нет заинтересованности развивать, в том числе, и предприятия, потому что им остаётся в лучшем случае, если брать там первый уровень, может быть, 5-10 процентов, где-то это 15 процентов.
Поэтому брать и отметать то, что сказал наш коллега, нельзя. Правильнее было бы посмотреть и на будущее, возможно, принятие решения, которое сформирует базу для местного самоуправления с тем, чтобы они не были заложниками, в том числе, вот решений на региональном уровне, когда захотели – сформировали им базу, значит, другая конъюнктура – забрали эту базу, чтобы они, в том числе, были сторонниками ухода от «серых схем» в тех же предприятиях, потому что сейчас этот вопрос их не касается, они не получают практически от этого ничего.
Это одна сторона. Это в поддержку того, что говорил Кидяев.
И вторая. То, что мы, наверное, также должны предусмотреть, понимания, что органы местного самоуправления разные.
Вот предложена модель, она сейчас зафиксирована ? шконе • • городские агломерации. У нас этих городских агломераций не так много. По-видимому, где-то 23, наверное. По они объединяют порядка 100 крупнейших муниципальных образований. А меры поддержки дли того, чтобы развивать эти агломерации, кроме программ ы федеральной «Безопасные и качественные дороги», какие? В том числе, налоговые регуляторы. В том числе, вопросы, связанные с поддержкой за счёт средств федерального бюджета. Мы же с вами должны сформировать эти агломерации привлекательными для бизнеса, чтобы больше там деловая активность развивалась, это всё также возможно.
Поэтому вот тема, связанная с местным самоуправлением, преломление вопроса и развития малого бизнеса, потому что малый бизнес, он развивается там, где мэр небольшого городка делает всё для этого, и если только мы не обратим свое внимание на эти проблемы, поэтому думаю, что мы должны быть благодарны Виктору Борисовичу за то, что вообще тему подняли.
А со своей стороны нам, может быть, подумать совместно с министерством, тот, кто у вас занимается местным самоуправлением, также создать рабочую группу и посмотреть и агломерации, и налоговые отношения с органами местного самоуправления, потому что сегодня нам это делать придется, потому что не только регионы пострадали в плане снижения налогов, но и органы местного самоуправления, потому что регион всегда свои полномочия и обязательства защитит в первую очередь, а орган местного самоуправления по остаточному принципу сформирует свой бюджет. Поэтому нам правильно было бы это обсудить, коллеги.
Отдать должное, решение принято, и мы в рассмотрении его принимали участие через своих представителей трехсторонней группы, 100 миллиардов выделено на поддержку как раз регионам, для того чтобы они сбалансировали свои бюджеты, учитывая выпадающие. В ближайшее время ещё 100 миллиардов на эти цели будет выделено, но нам важно посмотреть, а как эти средства дошли до потребителя: и до больниц, и до школ, и до муниципалитетов.
Поэтому вот этот разговор нам было бы правильно продолжить, потому что действительно, вот насколько знаю, вы встречались со всеми фракциями, и отзывы положительные. Спасибо вам вот за эту открытость, за то, что вы этот диалог выдержали, и сегодня мы понимаем друг друга. Но нам важно его продолжить в будущем, чтобы у нас вот с этим огромным министерством, которое, в общем-то, практически является штабом экономическим правительства, был постоянный диалог, и мы бы чувствовали свою ответственность за этот диалог, но и при этом вы этот диалог поддерживали, инициировали рассмотрение вопросов.
У нас сейчас, коллеги, с вами завершающий вопрос от фракции «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ».
Пожалуйста, Епифанова Ольга Николаевна.
Епифанова О. Н., заместитель Председателя Государственной Думы, фракция «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ».
Уважаемый Максим Геннадьевич, хочу вернуться к теме ОКВЭДов. Сейчас в Интернете набирает поддержку петиция к правительству с просьбой разрешить бизнесу в разумные сроки под контролем налоговой уточнить свой основной ОКВЭД, чтобы он соответствовал фактическому виду деятельности, поскольку у многих указан обобщенный трехзначный код ОКВЭДа, а не детализированный четырех- и пятизначный, либо фактически основная деятельность в реестре юридических лиц указана в качестве дополнительной, либо в ЕГРЮЛ вообще не те коды, которые правительство внесло в перечень пострадавших, хотя фактически они ведут такую деятельность. Получается, что просто по формальным признакам многие предприниматели пострадавших отраслей экономики не могут получить предусмотренную правительством помощь, поэтому они просят разрешить им уточнить свой основной ОКВЭД.
Уважаемый Максим Геннадьевич, какое отношение у вас, у Министерства экономического развития к этой проблеме и какие меры рассматриваются правительством для ее решения?
Председательствующий. Пожалуйста.
Решетников М. Г. Ольга Николаевна, я отчасти ответил на этот вопрос. Мы тоже прорабатывали вопросы по возможности смены ОКВЭДов, там мы сталкиваемся еще с одним таким ограничителем. У нас реально у предпринимателей нет, скажем так, есть только какая-то внутренняя неструктурированная неподтвержденная отчетность по поводу того, а от чего они получают выручку, но там, где используется ККТ, там действительно, там что-то можно еще подтвердить, но и то это зачастую не вся выручка.
Поэтому здесь, если будут какие-то конкретные механизмы предложены, может быть, мы чего-то не видим, да. Мы уж и смотрели всю отчетность, которую они во внебюджетные фонды, в Соцстрах подают, еще куда-то, да, пытались там найти какие-то решения. Пока не видим, но, может быть, мы тут не семи пядей во лбу, если есть какие-то предложения, давайте вместе с вами посмотрим.
Сейчас пока мы видим выход, еще раз подчеркну, вот в этом режиме, когда мы крупные ОКВЭДы, когда есть у бизнеса, ну, по каким-то причинам не детализирован основной ОКВЭД, вот дать возможность его детализировать в том случае, если есть там пострадавшие отрасли.
Плюс там, где это возможно, где это финансово и, в общем, с иных точек зрения допустимо, дать возможность использовать вспомогательные ОКВЭДы, как мы это сделали в кредитных программах для малого и микроуровня.
Ну и плюс большое решение, которое мы сейчас готовим, оно смежное, но тоже I очень важное, по социально ответственным некоммерческим организациям, мы сейчас готовим реестр, вносим в правительство уже все необходимые документы, нашли формулировки для того, чтобы вот эту систему и действующих инструментов распространить и на социально ориентированные некоммерческие организации. Я немножко забегаю, просто на фракциях этот вопрос тоже возникал.
Спасибо, Вячеслав Викторович.
Председательствующий, Спасибо.
Переходим к выступлениям представителей фракций.
Фракция КПРФ – Арефьев Николай Васильевич.
Подготовиться Жириновскому Владимиру Вольфовичу.
Арефьев Н. В., фракция КПРФ.
Уважаемые коллеги! Хотел бы отметить, что Минэкономразвития наконец-то повезло: пришел человек, который знает предмет и с которым приятно общаться.
Вчера фракция КПРФ встречалась с министром онлайн, мы поставили многие вопросы, определили наши приоритетные направления работы, и я думаю, что все эти направления в особенности в отношении аграрно-промышленного комплекса будут министерством поддержаны.
Также хотел бы еще добавить к вопросу о планировании, что, Максим Геннадьевич, у нас ни одно высшее учебное заведение сегодня плановиков не готовит. Поэтому если к планированию переходить будем, надо обучать людей.
В феврале мы провели экономический форум, на котором приняли социально-экономическую программу КПРФ, которая, в общем-то, созвучна с теми направлениями, которые были озвучены Максимом Геннадьевичем. Но коронавирус изменил ситуацию в экономике у нас в стране, и сегодня вряд ли кто-то будет отрицать, что экономика у нас будет падать, хотя бы потому что 39 дней карантина – это 15,7 процента рабочего времени, которое мы уже потеряли, это значит – падение где-то около 3 процентов ВВП будет.
Значит, падение мировых цен на нефть принесет нам около 14 процентов падения ВВП. Падение доходов населения, которые составляют 0,56 процента ВВП, ВВП падает, доходы тоже будут падать, соответственно, и ВВП падает, нужна помощь как народу, так и предприятиям. Но мы посчитали, эта помощь должна быть где-то около 12 триллионов рублей. Большая сумма, да. Но Германия выделила в пересчёте на рубли – 52 триллиона, Великобритания – 61 триллион. Я уже не хочу говорить о Соединённых Штатах Америки, которые выделили намного больше.
Поэтому если мы хотим действительно экономику восстановить и выйти с потерями намного меньшими, чем я даже сегодня обозначил, то надо всё-таки около 12 триллионов потратить.
При этом нужно отрегулировать критерии оказания помощи, потому что эти критерии ставятся таким образом, как помните, во 2-м классе в «Родной речи» был рассказ: надо так дать, чтобы можно было взять. А вот у нас так дают, чтобы взять невозможно было никому.
Ну статистика у нас, к сожалению, работает очень в замедленном темпе и добиться от неё что-либо невозможно. Я вынужден был разослать по всем торгово-промышленным палатам региональным запрос по малому бизнесу.
Я получил ответы довольно развёрнутые, ну приводить их у меня нет достаточного времени, а скажу так, что (здесь уже звучали некоторые вещи) 59 процентов субъектов малого бизнеса вообще не попали под программу помощи, совсем. 33 субъекта малого бизнеса ответили, что стало ещё хуже, они увольняют людей и ликвидируют предприятия.
10 процентов сказали, что им удалось взять кредит под ноль процентов, а налоговые каникулы, попали всего 4 процента. Ну вот если мы так будем такие рогатки и такие критерии ставить для получения помощи, то, конечно, мы никакого эффекта oi такой помощи, во всяком случае, не получим. Поэтому критерии должны быть какие-то более нормальные.
Я вот позвонил в немецкое посольство в наше, мне там привели пример, что наш российский предприниматель в Берлине получил SMS-сообщение о том, что Минфин готово ему оказать материальную помощь.
Он представил также через онлайн необходимую информацию, через три дня получил 2,5 тысячи евро помощи. Это он, гражданин России, в Германии получил такую помощь. Но у нас надеяться на то, что... даже граждане России, половина, не могут получить никакой помощи, значит, надо что-то менять в этом плане.
Значит, у нас даже без коронавируса гибель субъектов малого бизнеса была величайшей. На сегодняшний день у нас смертность предприятий малого бизнеса в два раза опережает их рождаемость. Ну, наверное, вы статистику открываете, знаете, демография, экономическая демография сейчас существует. В год мы теряем около 600 тысяч предприятий малого бизнеса. Немалая вина здесь – это арендная плата. Если вы проедете по Москве, посмотрите, почти в каждом окне первых этажей висит аншлаг: «Аренда». То есть малый бизнес выехал, потому что арендную плату повысили в два, в три раза и все эти парикмахерские, аптеки вынуждены бросать эти помещения. Стоят пустые, не приносят никакого дохода арендаторам, но тем не менее цена не снижается. Ну зачем же такие вещи делать? Мы угробим весь малый бизнес, который существует сегодня.
Мы должны оказать помощь народу, детям войны. Дело в том, что наш народ нищий. Ну 36 тысяч, а в регионах где-то 22-24 тысячи средняя зарплата и 14 тысяч пенсия, а она в регионах тоже меньше, вы извините, она не даёт возможности накопить какие-либо деньги для того, чтобы на коронавирус отложить. Нет этих денег.
На сегодняшний день долговые обязательства нашего народа 16 триллионов рублей, Надо решать вопрос о том, чтобы как-то компенсировать вот эти нерабочие дни, которые люди потеряли, для того, чтобы восполнить им те недостающие доходы, которые они не получили из-за того, что 39 дней просидели без работы. Л кто его знает, может быть сейчас это будет и больше.
Кстати, должен сказать, что наши олигархи за время коронавируса умножили свое состояние, 62 миллиарда долларов получили сверх нормы. Спасибо за внимание. (Аплодисменты.)
Председательствующий. Спасибо, Николай Васильевич. Пожалуйста, фракция ЛДПР, руководитель фракции Жириновский Владимир Вольфович.
Подготовиться Сазонову Дмитрию Валерьевичу.
Жириновский В. В. Я уже с утра сказал, что единственный парламент в мире, где сидит так много депутатов. Почему? Потому что анархия у нас. Тысячу лет Россия живет в рамках анархии, поэтому революции все у нас и воюем со всеми подряд каждые 10 лет. Должен быть, конечно, порядок.
Хочу сказать, что слово «аншлаг» означает, что все занято, а когда висит, что сдаем в аренду, это наоборот, что все свободно, заходи, сдаем. Давайте русский язык как-то, чтобы было понятно всем, как и онлайн, когда фракция встречается с министром, это называется видеоконференция, а не онлайн. Хватаем чужие слова, а не понимаем значения.
Хотелось бы, чтобы Министерство экономики больше внимания уделило проблемам управления в стране. Вот экономика управления. Нам сколько нужно депутатов, чиновников, субъектов РФ, мы то укрупняем субъекты, то, наоборот, разделяем, 100 лет туда-сюда гоняем, названия меняем. Значит, должна быть какая-то позиция.
Что у нас за ученые, не смогли предусмотреть эту пандемию, хоть один ученый чего-то делал ... там чего-то выступал Билл Гейтс, кто-то еще, где-то разработали этот вот Джон или как его Либер, он вроде бы автор этого вируса. А наши что делают? А у нас закрыли Институт вирусологии и всё, убрали и воссоединили с Институтом микробиологии. Кто это решение принял? Наказали его? Имя его сказали? Нет. В этом смысле надо, конечно, действовать по-другому.
Экономика наша. Вот 30 лет с этой трибуны мы говорим, ЛДПР, транспортная, придайте ей характер транспортной экономики.
Сколько до Дагестана добирались наши, помощь, врачи, военные, и так далее? Сколько? Полутора суток, наверное? Что это такое? Где дороги-то? Нам же обещали поезд «Сапсан» до Сочи – 12 часов, до Симферополя – 8 часов. Где?
Туризм. Это доходная часть бюджета, у нас она, так сказать, никуда. Надо прекращать выезжать за границу и эти турагентства закрывать надо, которые наши деньги с туристами направляют туда. Мы до сих пор вывозим туристов, вы понимаете, что единственная в мире страна, которая уже два месяца собирает своих граждан со всей планеты. Это что такое? Анархия в чистом виде. Ведь они поехали через турагентства в апреле или в марте, когда уже была пандемия, и никто не запретил выезд, никто не остановил деятельность турагентств.
Цифра должна везде прийти. Эту вот эпидемию как можно было предотвратить? Если бы всё превратили в цифру и всё было бы на табло, весь мир бы увидел: а, Китай, город Ухань, 10 человек обратились, какая-то болезнь, 20, 30, 100. Закрывайте Ухань! Тысяча человек – закрывайте Китай! Почему мы должны все болеть, вся планета? Мы должны видеть на табло, сколько в какой стране, в каком городе обращаются по одному и тому же диагнозу, и началось это, этого не было раньше. Ни в коем случае не посылать людей в страны, где в пищу употребляют всякую гадость, всё, что ползает по земле. Нам зачем это нужно? Там, где в пищу употребляют летучих мышей. У нас уже через Интернет продают сушёную летучую мышь. Вы что делаете вообще?
Коллекционирование. Бабочки. Все, я помню, лет 50 назад, все хвалились, у кого лучше коллекция бабочек. Так бабочку вы засушили вместе с этими, с вирусами, она же заразная, эта коллекция.
Археология, нужно быть осторожными, археологические раскопки могут приводить к тому, что мы увеличим заболеваемость. И сибирская язва, и корь, и чума, и тиф, и вот этот вот коронавирус, это всё находится в животных, которые погибли, и люди, которые погибли, а мы раскапываем. И нравится ему, вот нашёл, 5 тысяч лет, там 2 тысячи, а он заболевает, потом другие заболевают.
Нужно быть осторожными. Нужно понять, что главное, из чего мы должны выйти, из позора и страха этой пандемии. В космос летают и мы, и американцы, а на земле не можем остановить вирус. Потому что не остановили ни один вирус. Ни один вирус мы не победили. ОРВИ ставят диагноз – острая респираторная вирусная инфекция. Вот и всё. Как красиво. Вирусная инфекция. Так мы должны победить, а мы ничего не делаем с вами.
Поэтому, конечно, надо об этом думать, чтобы кто управляет у нас, и как управляют, и какие цели управления.
Интернет, мы почему отстали? При Брежневе решили, что не надо нам Интернет, А до него другой товарищ, которого носят портреты до сих пор, решил, что кибернетика не нужна, генетика не нужны. Всё это буржуазная наука, а мы с сохой. У нас серп и молот. Вот всё. А что там генетика да кибернетика? Это ж надо понимать. Понимать надо.
Мы празднуем 75 годовщину Победы. А 1941 год, когда дадим оценку? Весь мир сказал – война начинается вот-вот. Нет, не надо. Войны не будет. 15 мая Сталин пишет – войны не будет. Всё это провокация, i Ну и хорошо. Поехали в отпуск офицеры, выпускные балы и так далее. Неужели непонятно, это принцип управления. Двести дивизий отмобилизованы, вся Европа стоит на наших границах, а Сталин говорит – нет, войны не будет. Потому что он не соображал ничего, он не был стратегом. Он ничего не понимал с точки зрения военной опасности, всё это. Ночью шифровка пришла в войска войска привести в полную боевую готовность, но на провокации не отвечать. Что это значит? Ничего не делать. Вот немцы пошли в наступление, а вы ничего не делайте, мы на провокации не отвечаем.
Миллионы погибли. Хорошо, ошибка. Под Киевом окружены войска.
Жуков говорит – надо отступать, все военачальники. Сталин говорит – нет, я Киев не сдам. Шестьсот тысяч погибло под Киевом, под Харьковом, Ростов.
Весь 1942 год всё пропадало. Ошибки управления, ошибки однопартийного режима, ошибки в политических, так сказать, тезисах.
Вы можете понять, что коммунизм – это подлянку нам подсунули на Западе? Его никогда нигде не будет, никогда, это абсурд, но нам подсунули, чтобы мы этим занимались 100 лет, а они идут дальше. Поэтому в этом плане в Министерстве экономики тоже должны заниматься, иначе мы будем все время помогать, помогать, помогать и никогда успеха не достигнем, а нам нужен... (Микрофон отключён.)
Председательствующий. Спасибо, Владимир Вольфович.
Фракция «ЕДИНАЯ РОССИЯ», Сазонов Дмитрий Валерьевич. Подготовиться Миронову Сергею Михайловичу.
Сазонов Д. В., фракция «ЕДИНАЯ РОССИЯ».
Спасибо большое.
Уважаемый Вячеслав Викторович, Максим Геннадьевич! Уважаемые коллеги!
Ну, я хочу свое выступление от фракции все-таки начать, наверное, с хорошей новости. У нас... 26 мая мы отмечаем день предпринимателя, и хочется всех предпринимателей поздравить с праздником, несмотря на те условия, которые сейчас, сложные, мы встречаем... (Аплодисменты.) весь малый бизнес встречает пандемию коронавируса.
При этом я считаю, что это как раз тот самый момент и вызов для всего нашего общества, для государства и для предпринимателей к тому, чтобы принципиальным образом воспользоваться этой ситуацией и обновленными выйти из кризисной ситуации. Я бы разделил вопрос на три блока нынешней государственной политики по вопросам мер поддержки малого и среднего предпринимательства.
Первое. Это те вопросы, которые необходимо оперативно принимать, которые сейчас уже предпринимаются. Максим Геннадьевич о них говорил, три пакета мер поддержки малого и среднего предпринимательства. Эти меры поддержки действительно охватили собой и финансовую поддержку, и вопросы, связанные со стимулированием занятости, и выделяется МРОТ для малых предпринимателей, которые оказались в кризисной ситуации.
Но при этом есть очень много проблем, которые вот сегодня уже с этой трибуны и в вопросах звучали. Принципиальная проблема, связанная с тем, что у нас нет совершенного механизма определения предпринимателей, которые могут воспользоваться действительно в случае, когда у них сложная финансовая ситуация. И та модель, которая сейчас принята по кодам ОКВЭД, она, конечно, не решает в полной мере проблему доступности мер поддержки для малого и среднего бизнеса. И, конечно, нужно говорить о некой, может быть, нынешней ситуации в смешанной системе. Комиссия Государственной Думы по вопросам поддержки малого и среднего предпринимательства и ряд рабочих групп уже давали тоже свои предложения, в том числе, дополнительными реестрами расширить такие категории предпринимательского сообщества. Скажем, вы говорили о СНКО. Допустим, есть социальный предприниматель, у нас здесь тоже реестр формируется. Это вполне чёткий и ограниченный круг предпринимателей, при этом решающих очень важные для государства задачи, в частности, создания рабочих мест для людей, находящихся в тяжёлой социальной ситуации, либо для инвалидов. Поэтому, конечно, эта категория предпринимателей точно требует поддержки. И здесь существует механизм, по которому можно их выделить и этими мерами поддержки наделить.
Другой важный блок – это стимулирование спроса.
У нас есть 44-й федеральный закон, 223-й федеральный закон. Это деньги государственные по большому счёту. И у нас выделены квоты для субъектов МСП. И, конечно, контроль за тем, чтобы не снижались закупки в отношении малого бизнеса, здесь для нас является ключевым, принципиальным. И корпорация «МСП», кстати, сейчас ведёт такой... весь механизм, который позволяет в еженедельном режиме мониторить, сравнивать, сопоставлять спрос прошлогоднего периода и нынешнего периода. И, конечно, очень важно, чтобы шло не снижение, а, наоборот, наращивание закупок у субъектов МСП госкомпанией и в государственных, и муниципальных закупках.
Но при этом очень важно открывать и новые рынки. Вы, Максим Геннадьевич, говорили про экспорт. У нас есть большие возможности внутреннего рынка. У нас есть государственные и муниципальные предприятия, которые работают в социальной сфере. Задачу никто не отменял о том, чтобы увеличить долю негосударственных организаций. И в этом смысле законопроект «О государственном (муниципальном) социальном заказе...» тоже является таким ключевым, который позволяет расширить доступ малого бизнеса к закупкам.
Хочется сказать про второй блок.
Рано или поздно режим изоляции заканчивается во всех регионах. И поэтому здесь очень важно говорить о том, чтобы предприниматели могли воспользоваться финансовыми инвестиционными ресурсами. И вот эта их кредитная история не всегда хорошая, она не позволяет им получить доступ к этим финансам.
Здесь, конечно, надо работать и с бюро кредитных историй совместно нам с вами, и с Центральным банком, и с банками для того, чтобы вот эта ситуация, когда предприниматель попал в кризис, она ему шла в плюс. Мы знаем, что за рубежом, если предприниматель один, два раза, три банкротился, он потом, в конце концов, имеет возможность даже больше как бы условий по получению кредита с учётом того, что он гораздо более опытный предприниматель. У нас есть хорошая русская пословица: «За одного битого двух небитых дают». Вот надо, в первую очередь, поддержать тех самых битых, которые уже накопили этот самый опыт. Мне кажется, это очень важная задача.
Ну и третий блок – это, наверное, самый главный, это изменить принципы отношений государства и бизнеса в нашей стране. У нас сегодня государство очень хорошо научилось работать в рамках фискальной системы взаимоотношений, когда мы выстроили в уведомительном порядке возможность получения в личном кабинете ФНС штрафов, пеней, налоговых начислений. Но при этом у нас уже даже в ФНС наработаны хорошие решения, та же самая система для самозанятых полностью автоматизированная, когда предприниматель может получить стимулирующую меру поддержки в виде возврата, зачета своих оплаченных налогов.
И здесь нужно двигаться дальше. Даже та же самая реформа контрольно-кассовой деятельности, она тоже имеет положительный опыт. То есть здесь принцип, о котором говорил Михаил Владимирович Мишустин здесь, на этой трибуне, о том, что государство должно стать сервисной платформой для бизнеса, должен быть реализован в полной мере, то есть для прозрачного бизнеса мы должны создать условия, стимулировать его через реформу и контрольно-надзорной деятельности, через совершенствование как раз через стимулирующие механизмы нашего налогового законодательства.
Хочу сказать, что реализовать это возможно, безусловно, только совместными усилиями, поскольку необходим серьезный сдвиг, и в общественном сознании поменять, да, и в отношении государственных органов.
И вот, Максим Геннадьевич, мы с вами вчера на заседании комиссии говорили о том, что у нас в правительстве в любом случае должен быть адвокат в лице Министерства экономического развития, который будет защищать интересы предпринимателей внутри правительства со стороны контрольно-надзорных органов, со стороны других ведомств.
И вы говорили про то, что необходимо отраслевую тематику тоже двигать и развивать по мерам поддержки, и здесь необходима будет консолидация. Создание вот такой единой платформы, причем сервисной, стимулирующей, проактивной, мы с Татьяной Александровной об этом говорили, является очень задачей, но приоритетом, по котором} мы с вами сможем системно, сейчас воспользовавшись условиями кризиса, изменить отношения государства и малого и среднего предпринимательства.
Коллеги, спасибо большое.
Председательствующий. Спасибо.
Пожалуйста, фракция «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ», Миронов Сергей Михайлович.
Миронов С. М., руководитель фракции «СПРАВЕДЛИВАЯРОССИЯ».
Уважаемый Вячеслав Викторович! Уважаемый Максим Геннадьевич! Уважаемые коллеги!
Как мы видим с вами, необходимые ресурсы для борьбы с коронавирусом, мы их собрали, мобилизовали, и в целом видно, что у нас это получилось.
Но, а теперь нам необходимо примерно то же самое делать с нашей многострадальной экономикой.
Теперь абсолютно убежден, что нужно по-другому смотреть на все, что происходит в экономической сфере в нашей стране. Я не устаю повторять и с большим удовольствием в очередной раз с этой трибуны, пользуясь присутствием Министра экономического развития, кстати, хочу сказать, что действительно вот опыт такого взаимодействия, даже в режиме онлайн, это очень позитивно. Спасибо за вчерашнюю беседу, а было видно, что разговариваю с профессионалом, с профессионалом, убежденным в своей логике. И то, что профессионал, это хорошо, но вот логику, с моей точки зрения, все-таки необходимо менять.
Так вот то, что я повторял и повторяю вновь и вновь – только повышение платежеспособного спроса населения даст нам рост экономики. Можно сколько угодно заниматься инфраструктурными проектами, решать проблему с инфляцией, решать проблему с налоговым прессом, решать проблему с курсом рубля, все, что угодно, решать проблему по развитию инвестиций, но если у людей не будет денег покупать товары и услуги – ничего работать не будет. Только если у людей будут деньги, тогда у нас будет двигаться наша экономика.
И мы абсолютно убеждены, что, говоря о необходимых переменах нужно думать и нужно готовить, есть же поручение президента, к 1 июня правительство должно подготовить план развития нашей экономики в целом, нужно думать о новой экономической политике. Именно новая экономическая политика, которая возьмет в себя лучшее и от рыночной экономики, и обязательно государственное управление с очень мощной социальной защитой всех наших граждан.
Сегодня в области экономики государство должно действовать, как главный мотор. Здесь уже с этой трибуны и в устах министра абсолютно правильно звучала мысль о необходимости планирования, да, и у нас есть закон о стратегическом планировании, это хорошо. И здесь как раз вот, опираясь на все это, опираясь на новейшие достижения необходимо следовать той логике, о которой я уже сказал. Главный принцип развития экономики – любое решение нужно оценивать с одной простой точки зрения: это дает доход гражданам нашей страны или не дает доход гражданам нашей страны, не олигархам, не киким го сферам, значит, н экономике, а именно конкретно людям, потому что еще раз повторю, это главный движитель всей нашей экономики.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments