leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Category:

Стенограмма пленарное заседание ГД 23.06.20 отчет ЦБ Эльвира Набиуллиниа - начало

Стенограмма пленарное заседание ГД 23.06.20 отчет ЦБ Эльвира Набиуллиниа - начало
А сейчас переходим к 3-му вопросу повестки о проекте постановления Государственной Думы «О годовом отчете Центрального Банка Российской Федерации за 2019 год».
Коллеги, с докладом выступит Председатель Центрального банка Российской Федерации Эльвира Сахипзадовна Набиуллина, затем содоклад председателя Комитета по финансовому рынку.
Мы определили регламент. Если вы с ним согласитесь, доклад составит 20 минут, продолжительность его, содоклад – до 3-х минут.
Затем вопросы депутатов к докладчику; по два вопроса от фракции, выступления от фракций до пяти минут каждое.
Нет возражений, коллеги? Нет возражений.
Пожалуйста, Эльвира Сахипзадовна.
Набиуллииа Э. С, Председатель Центрального банка Российской Федерации. Спасибо.
Добрый день, уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемые коллеги!
Сегодня, представляя годовой отчёт Банка России за 2019 год, я хотела бы остановиться, прежде всего, на тех аспектах нашей деятельности, которые определяют возможности финансовой системы по преодолению последствий коронавируса.
Действительно, за несколько месяцев наша жизнь очень изменилась, экономика столкнулась с необыкновенным по своей природе и по своим последствиям шоком. И то, в какой форме мы встретили новые вызовы, это результат работы последних нескольких лет.
Эпидемия достаточно ясно показала, где у нас сильные места, где мы хорошо проходим проверку!на прочность – это и макроэкономическая стабильность, и устойчивость финансовых институтов, и сформированный базис финансовых технологий.
Одновременно сейчас наиболее ярко видны нерешённые вопросы, и по многим из них нам нужна помощь законодателей – защита прав потребителей финансовых услуг, их информирование, это касается и защиты неквалифицированных инвесторов, и стандартов продаж финансовых услуг, и проблемы ультиматумов по комиссиям и лимитам на переводы со стороны банков. И, с другой стороны, нам нужно развитие дистанционных финансовых услуг и цифровых финансов в целом.
Перед тем, как подробнее перейти к итогам нашей деятельности и состоянию дел на текущий момент, я бы хотела поблагодарить Думу за постоянную работу с Банком России, и профильный комитет, и рабочие группы по отдельным направлениям вносят существенный вклад в развитие регулирования в финансовом секторе.
Вопросы деятельности Банка России рассматриваются очень подробно, и не только, надо сказать, на площадке, собственно, Думы, но, например, и в рамках деятельности Национального финансового совета, куда входят представители всех четырёх парламентских фракций. И особенно я хотела бы отметить то, как оперативно Дума принимала решения, необходимые для реализации мер поддержки граждан и предприятий в период пандемии.
Полтора месяца назад у нас была очень плодотворная встреча с руководством Думы по неотложным мерам. Сейчас и экономическая, и бюджетная политика правительства и денежно-кредитная политика Банка России сосредоточены на том, как обеспечить максимально быстрое возвращение экономики к росту, восстановление пострадавших бизнесов и, главное, доходов граждан.
Российский ВВП в этом году неизбежно упадет, к сожалению, как и в других странах мира, но наши потери, скорее всего, будут меньше чем во многих других странах и меньше чем в прошлый глобальный кризис 2007-2009 годов. Наш сейчас прогноз – это снижение ВВП России в этом году на 4-6 процентов. Это тоже весьма глубокий экономический спад, но с учетом обстоятельств это всё-таки заметно меньшая чувствительность к мировому экономическому кризису. Наша экономика и финансовая система подошли к этому кризису куда более подготовленными: у нас стабильно низкая инфляция, низкий госдолг, плавающий курс, сбалансированный бюджет, работает бюджетное правило, снижающее зависимость от цен на нефть, и у нас сейчас есть ресурс для восстановления.
Правительство готовит общенациональный план восстановления экономики. С самого начала пандемии вводились меры поддержки пострадавших отраслей и граждан. Банк России со своей стороны перешел к мягкой денежно-кредитной политике. В прошлую пятницу мы снизили ключевую ставку до 4,5 процента годовых. И с учетом снижения ключевой ставки с середины прошлого года (напомню, с прошлого июня мы снизили ключевую ставку с 7,75 процента) кредитные ресурсы для предприятий и населения должны становиться дешевле. Благодаря итогам прошлых лет, доверию населения и бизнеса к ценовой стабильности у нас сейчас есть возможность делать такие шаги без риска инфляционной спирали, то есть мягкая денежно-кредитная политика не обернется обесцениванием зарплат и сбережений наших граждан, а будет способствовать поддержанию инфляции на нашей цели вблизи 4 процентов.
Банковская система также сейчас куда в большей степени способна поддержать экономику. Накоплен буфер капитала – 5,4 триллиона рублей, или около 10 процентов от кредитного портфеля банков. Это дает банкам возможность поглощать убытки от неплатежеспособных клиентов и от реструктуризации кредита без угрозы для финансовой устойчивости и, соответственно, для вкладчиков, кредиторов банка, и что особенно важно для восстановления экономики выдавать новые кредиты, потому что банки с недостатком капитала были бы вынуждены сокращать выдачу новых кредитов, закрывая свои дыры.
Сейчас банки реструктурировали кредиты более чем на 3 триллиона рублей, это большая сумма для экономики в целом. И, например, если говорить о малом бизнесе из пострадавших секторов, то реструктурировано более трети всего портфеля.
Для того чтобы обеспечить масштабные реструктуризации для заемщиков Банк России принял решение о регуляторных послаблениях. Мы начинали с послаблений по кредитам гражданам и компаниям из пострадавших отраслей, затем мы их распространили и на другие отрасли. Сейчас регуляторные послабления фактически охватывают 85 процентов кредитного портфеля.
Но возможности банков по абсорбированию убытков экономики небезграничны. И, конечно, не нужно пытаться за счет банков решить все проблемы. Важно помнить, что если у банков возникают серьезные проблемы, то в итоге это оборачивается или очень большими затратами государства в случае санации, или еще большими потерями предприятий и граждан, размещавших в банках свои средства.
В прошлые годы мы последовательно проводили политику по снижению рисков банковского кредитования, в частности вводили ограничения на кредитование бизнеса собственников, в потребительском кредитовании ввели показатель долговой нагрузки заемщика, чтобы дестимулировать кредитование людей, для которых бремя уже взятых кредитов было опасным. В итоге в конце прошлого года темпы роста потребительских кредитов несколько замедлились, и эти меры обеспечили достаточно хорошее качество кредитного портфеля банков.
Особенно хочу обратить внимание, что если бы качество кредитного портфеля было хуже и если бы не было сформировано в прошлые годы запаса прочности, то реализация крайне важных для граждан и предприятий мер по реструктуризациям не была бы возможна и обернулась бы рисками для финансовой стабильности.
Сейчас для банков на первое место выходит кредитный риск и именно поэтому аккуратная кредитная политика банков это нормально и правильно.
У заёмщиков, которые не смогут после пандемии восстановиться, а такие всё равно будут, этого не избежать, могут возникнуть сложности с погашением кредита. И рост плохих долгов это риск для банков и вкладчиков-кредиторов, поэтому так необходимы государственные меры поддержки заёмщиков. Мы видим, как они востребованы и особенно последняя программа кредитов под 2 процента.
Осторожная кредитная политика банков и одновременно осторожное поведение самих заёмщиков неизбежно снизят темпы роста кредитования, поэтому необходимы специальные меры поддержки прежде всего для кредитования малого и среднего бизнеса и для ипотеки.
Что сделал с этой точки зрения Центральный банк. Мы, во-первых, ввели специальный инструмент рефинансирования для банков по льготной ставке с большим лимитом – это 500 миллиардов и ставка по нему сейчас 2,5 процента. Использовано уже 345 миллиардов рублей.
В поддержке ипотеки большую роль играют программы правительства, программы 6,5 процента. И со своей стороны мы также, кроме роспуска надбавок, что высвободило для банков около 126 миллиардов рублей, планируем снизить коэффициенты риска по ипотечным кредитам и это позволит банкам высвободить около 300 миллиардов рублей капитала для расширения кредитования.
Продолжая говорить о банках, я хотела бы вернуться к ключевым событиям прошлого года. В начале прошлого года вступило в силу важное решение: система страхования была распространена на малый бизнес.
Сейчас полностью покрыты страховой защитой 89,5 процента счетов малых предприятий, защищено подавляющее большинство совсем небольших предприятий, у которых мало свободных средств, нет «подушки безопасности» и для которых потеря средств на счёте в банке могла бы закончиться банкротством.
Уже в этом году Дума приняла, и мы ей очень благодарны за это решение, изменения в законодательство, которые распространяют страхование средств на счетах на общественные и благотворительные организации и увеличивают в отдельных случаях возмещение для граждан до 10 миллионов рублей.
Это касается случаев, когда человек не успел распорядиться поступившими суммами: наследством, страховыми, социальными выплатами, выплатами по решению суда и в некоторых других схожих ситуациях.
Далее. Заметная тенденция последнего времени – это увеличение числа розничных инвесторов. Сейчас их уже почти 5,5 миллиона человек. Индивидуальными инвестиционными счетами пользуются более двух миллионов человек, 2 миллиона 200 тысяч человек. Ещё три года назад их число было всего 236 тысяч, и это качественный скачок в развитии финансового рынка.
Важно, чтобы люди, которые выходят на финансовый рынок, не разочаровывались, не были бы обмануты и, наоборот, могли бы воспользоваться благами финансового рынка.
И по мере снижения ставок, которое будет происходить, для некоторых людей те доходности, которые просто немного обгоняют инфляцию, этих доходностей будет недостаточно. Они будут идти на фондовый рынок, им будут предлагать сложные инструменты, которые неспециалист не может оценить, и могут быть потери, с ними разочарования, и кому они обратят свои претензии и обоснованно. Ответ, мне кажется, здесь очевиден, и поэтому это делает вопрос о скорейшем принятии закона о защите неквалифицированных инвесторов особо актуальным.
Закон был принят в первом чтении ещё год назад, и можно долго спорить, предела совершенству нет. Но я бы очень просила этот закон принять, чтобы защитить базовые права граждан, а по мере накопления опыта закон можно корректировать.
Далее. Страховой рынок. Здесь остановлюсь только на таком социально значимом сегменте, как ОСАГО.
Позвольте также поблагодарить Думу за поддержку в вопросе индивидуализации тарифов (вы помните, сколько было споров). Но уже первый этап реформы, который завершился в прошлом году, показал эффективность этого более гибкого подхода. Средняя стоимость полиса ОСАГО снизилась в прошлом году на 4,8 процента, хотя многие опасались, что реформа может привести, наоборот, к росту тарифов.
В этом году в большинстве регионов она продолжает снижаться, хотя небольшой рост тарифа из-за ожидаемого подорожания запчастей сейчас есть, но меньше одного процента, что существенно ниже инфляции.
Далее. Негосударственные пенсионные фонды. По итогам прошлого года доходность для будущих пенсионеров составила 8,2 процента, что в два с половиной раза выше прошлогодней инфляции и также в прошлом году мы начали применять фидуциарную ответственность к пенсионным фондам и фонды в полной мере отвечают за эффективность вложения средств будущих пенсионеров.
И вы помните, была очень острая тема переходов между негосударственными пенсионными фондами, непрозрачный механизм, который часто базировался на том, что людей вводили в заблуждение, иногда откровенные махинации. И депутаты поднимали этот вопрос борьбы с этой практикой, чтобы граждане уже не теряли накопленный инвестиционный доход.
В результате введенных нами ограничений в 2019 году было 260 тысяч досрочных переходов. Это в шесть раз меньше, чем в 2018 году и в 18 с лишним раз меньше в 2017 году. И сумма потерянного инвестдохода снизилась в пять раз до 3 миллиардов, но она все равно есть.
Поэтому, на наш взгляд, необходимы дополнительные меры. И Минтруд сейчас разработал законопроект об ограничении деятельности агентов, и мы его поддерживаем.
Здесь, в Государственной Думе неоднократно поднимался вопрос о микрофинансировании. Может ли этот рынок развиваться цивилизованно и в случае абсолютно неадекватных требований микрофинансовых организаций к своим заемщикам, обсуждала практически вся страна. Естественно ставился вопрос, может быть нам, вообще, запретить микрофинансовые организации?
Наша позиция заключалась и заключается в том, что обойтись без легальных кредиторов в сегменте небольших займов просто нельзя. Если людям в силу их низкой кредитоспособности отказывают банки, что им делать? Но нужно вводить соответствующее регулирование, чтобы не было недобросовестных практик. И мы видим, .что за два с лишним года постепенного введения ограничений, ставки опустились с начала 2019 года в 2,3 раза и сейчас максимальная задолженность не может превышать полтора тела долга.
Одновременно Дума приняла поправки в законодательстве о преследовании незаконных кредиторов, что очень важно. И в прошлом году псевдофинансовых организаций стало почти на 20 процентов меньше.
Также был введен запрет для микрофинансовых организаций в выдаче займов под залог недвижимости. Это тоже создает дополнительную защиту для граждан. И, вы помните, мы это обсуждали во время прошлого годового отчета, и хорошо, что эта мера принята.
И сейчас, на наш взгляд, очень важно принять изменения в законодательство, которые также обсуждались, которые бы еще больше усиливали ответственность для «черных» нелегальных кредиторов.
Следующая тема. Финансовые и платежные технологии.
Вы помните, еще несколько лет назад, совсем в недалеком прошлом Россию считали страной наличных, и мало кто верил тогда, что это может измениться. Но, посмотрите, как всего за пять лет мы прошли путь от 30 процентов безналичных платежей в расчетах до 70 процентов. Это произошло именно благодаря новым технологиям, которые сделали безнал удобным и доступным для всех.
У нас есть карты «Мир», которые успешно развиваются, ими пользуются люди и на них приходится уже больше 20 процентов всех внутрироссийских транзакций по картам. И пользоваться картами, благодаря, в том числе карте «Мир», повседневно стали не только те, кто легко осваивает в силу возраста, новые технологии, но и вообще все.
Система быстрых платежей – это один из наших важнейших проектов, и люди получили возможность переводить деньги между любыми банками дешевле тарифов обычных переводов до 100 тысяч рублей сейчас в месяц бесплатно.
Сейчас к СБП подключено 70 банков, и, в том числе благодаря законодательству, всесистемно значимые банки. Ну, конечно, ряд банков должны донастроить свои сервисы, чтобы людям было удобно, и на деле проявить свою клиентоориентированность.
Еще два законопроекта, которые я не могу упомянуть и которые, на наш взгляд, нужно принимать быстрее, это расширение применения биометрии и закон о защите неквалифицированных инвесторов (я об этом говорила) и закон о цифровых финансовых активах.
Здесь ситуация похожая – жизнь уходит вперед, мы регулированием никак её не догоним, поэтому наше предложение отделать тему криптовалют, которые вызывают споры, принять законопроект о цифровых финансовых активах, по которым практически нет споров и дать возможность и дать новое дыхание развитию технологий.
И технологии, конечно, означают рост финансовой доступности. Я помню, как депутаты каждый раз ставят этот вопрос, когда я прихожу в Думу.
И здесь наша политика заключается в комбинации двух направлений действий. Это и расширение физического доступа к простейшим операциям в малонаселенных, труднодоступных регионах, и одновременно развитие онлайновых дистанционных услуг.
Что касается физического доступа. За год в сельской местности базовые финансовые услуги в почтовых отделениях сейчас есть уже в 26 тысячах населенных пунктах. За год рост 35 процентов. А проект по снятию наличных на кассах сельских магазинов охватывает 4 тысячи 200 точек. Начинали мы всего со 100 точек в начале 2019 года. Мы планируем этот проект расширять и на другие операции, на пополнение карт, переводы платежей, и вопросы финансовой доступности всегда будут оставаться в центре нашего внимания.
И в завершение позвольте ещё раз поблагодарить Думу за поддержку ключевых инициатив Банка России, развернутые дискуссии по сложным темам, поиск решений в интересах наших граждан и предприятий.
Нас действительно ждет непростой путь восстановления после пандемии. Но есть все основания полагать, в том числе, опираясь на опыт очень оперативных и гибких мер, которые мы с вами внедряли в последние месяцы, что мы не просто справимся, а поможем экономике вернуться к устойчивому росту.
Большое спасибо за внимание. И, конечно, я буду готова ответить на ваши вопросы. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо, Эльвира Сахипзадовна.
Пожалуйста, Аксаков Анатолий Геннадьевич, председатель Комитета по финансовому рынку.
Аксаков А. Гм председатель Комитета ГД по финансовому рынку, фракция «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ».
Уважаемый Вячеслав Викторович, уважаемые коллеги, Эльвира Сахипзадовна! В общем-то, итоги работы Центрального банка за 2019 год очень выпукло видны из-за пандемии, из-за того кризиса, который проявился в экономике, и мы видим, что финансовые институты, прежде всего, банковская система,! работают устойчиво. И во многом, благодаря этому, нам легче принимать решения по кредитным каникулам, по иным вещам, которые ложатся в принципе на кредитные организации.
Банки накопили серьёзный запас капитала, ликвидности, и сегодня работают устойчиво. При этом пандемия в том числе, ну и кризис, который из-за этого разразился, ставят серьёзные задачи перед Банком России для того, чтобы он с помощью своего инструментария поддержал выход из этого кризиса, восстановление экономики и при этом позволил банкам оставаться и другим финансовым институтам в стабильном состоянии. Для того нужна и стимулирующая, и денежно-кредитная политика, и макропруденциальная.
Эльвира Сахипзадовна рассказала о том, что снижается ключевая ставка, мы это, естественно, приветствуем. Надеемся, что эта линия будет продолжена. При этом надо понимать, что важна и финансовая стабильность, то есть здесь надо очень всё аккуратно проводить. Рассчитываем, что и на следующем заседании совета директоров Центральный банк даст хороший сигнал всему рынку в этом отношении.
Далее. Регуляторные требования также были ослаблены по отношению к финансовым институтам, при этом они имеют временный характер и важно, чтобы выход из этих послаблений Банк России осуществлял очень плавно. При этом, может быть, заранее объявить об этом, чтобы рынок понимал, как это будет происходить, ну и соответственно готовился к иной ситуации, в том числе с точки зрения регулирования.
Проблема с конкуренцией, в то же время, мы видим, обостряется. И здесь, на наш взгляд, Центральный банк мог бы занять более твёрдую позицию, потому что программы, в том числе в рамках борьбы с пандемией, идут через крупнейшие финансовые институты. В результаты конкуренция сужается на этом рынке и, на мой взгляд, здесь надо действовать более последовательно, более твёрдо, помогая в том числе, поддерживая региональные малые и средние банки.
На наш взгляд, надо продлить, мы здесь в рекомендациях, в проекте постановления прописали вопросы продления поддержки сельской ипотеки, поддержки ипотеки под 6,5 процента. Мы считаем, что она должна быть продлена и на следующий год.
Комитеты в целом одобрили работу Центрального банка... (Микрофон отключён.)
Председательствующий. Добавьте, пожалуйста, полминуты. Вы сами предлагали, сами предлагали... Понимаем.
Аксаков А. Г. Комитеты в целом поддерживают, одобряют работу Центрального банка, предлагают его принять к сведению. И вам роздан проект постановления, в котором предложен ряд мер, которые, с нашей точки зрения, Банку России необходимо реализовать, для того чтобы более эффективно выходить из создавшейся ситуации.
Спасибо.
Председательствующий. Спасибо, Анатолий Геннадьевич.
Пожалуйста, коллеги, вопросы.
Фракция КПРФ. Шурчанов Валентин Сергеевич.
Подготовиться Маркову.
Шурчанов В. С, фракция КПРФ.
Да. Спасибо.
Уважаемая Эльвира Сахипзадовна, вот мы все за политику проведения длинных и дешевых денег для российского сектора экономики, вот в этой связи вопрос.
А не предусматривает ли Центральный банк восстановление валютного контроля, имея в виду ввести разрешительный порядок осуществлений операций капитального характера, как необходимое условие перехода к политике длинных и дешевых денег для российского сектора экономики, ну и безусловно, борьбы с набегом краткосрочных спекулятивных капиталов, при этом сохранив свободную конвертацию рубля по текущим операциям? Спасибо.
Набиуллина Э. С. Спасибо большое за вопрос.
Проблема длинных денег, это действительно очень важная тема, это наш приоритет, но мы считаем, что длинные деньги создаются прежде всего, когда люди верят в ценовую стабильность, они зарабатывают в рублях, и если понимают, что рублевые их сбережения не обесцениваются, это удлиняет кредиты, удлиняет длинные деньги. Мы это видим на примере ипотеки.
Вот как появилась вера в то, что инфляция под контролем, у нас стали удлиняться и расти ипотечные кредиты.
Что касается валютного контроля, мы все-таки пришли к плавающему курсу, переход был болезненный, но тем не менее мы сейчас видим позитивные последствия этого перехода.
И наоборот, когда случаются какие-то негативные события на внешних финансовых рынках, у нас люди более-менее спокойно относятся, мы не видим таких набегов и попыток поменять рубли на доллары и обратно, потому что и люди, и бизнес понимают, курс плавающий, определяется воздействием не административно, под воздействием рыночных факторов, может ходить и вверх, и вниз, и не надо пытаться поймать спекулятивный доход, потому что можно получить большие потери. На наш взгляд, как раз режим плавающего курса одновременно с тем, что инфляция под контролем, стабилизирует ситуацию на валютном рынке и создаёт условия для «длинных денег», которые, безусловно, важны и необходимы для экономики, для экономического роста. Спасибо.
Председательствующий. Пожалуйста, Марков Евгений Владимирович -фракция ЛДПР.
Подготовиться Дивинскому. Марков Е. В., фракция ЛДПР.
Уважаемая Эльвира Сахипзадовна, планирует ли Центральный банк донастройку работы Банка плохих долгов в интересах не только банковского сектора, но и заёмщиков, ставшими проблемными в силу различных обстоятельств?
Не секрет, что последствия пандемии поставят на грань банкротства большое количество компаний в основном малого и среднего бизнеса. С высокой долей вероятности кредиты таких компаний попадут на баланс Банка плохих долгов и впоследствии их имущество (этих компаний) просто распродадут за копейки. Работники таких компаний, как правило, потеряют работу, руководители и собственники получат урок на всю жизнь и отбитое желание заниматься бизнесом. Анализ показывает, что институт санации таких предприятий, попавших в трудную экономическую ситуацию, он практически не работает.
Набиуллина Э. С. Банк плохих долгов был создан для определённой ситуации, санации крупных банков, и мы считаем, что он именно для этого должен применяться, именно в случае санации банков. И я напомню, это не помощь собственникам банков и не помощь банкам, это помощь кредиторам и вкладчикам, то есть были спасены деньги вкладчиков, кредитов предприятий, граждан. При этом собственники потеряли собственность свою, и банки были санированы государством.
Что 1 касается проблемы плохих активов сейчас, в пандемию, да, безусловно, к сожалению, ситуация многих предприятий ухудшилась, они будут восстанавливаться, не все, видимо, и не все восстановятся, хотя я думаю, что меры поддержки, которые осуществляет правительство, помогут большему количеству предприятий восстановиться, но тем не менее, конечно, плохие долги могут появиться на балансах банков.
Для того чтобы это не стало системной проблемой, а мы сейчас не видим здесь системной проблемы, мы как раз предприняли меры по регуляторным послаблениям. Мы стимулируем банки реструктурировать такого рода кредиты, и при этом они не создают дополнительные резервы.
И мы видим, что банки этим пользуются, и вот такие послабления, я уже говорила, касаются 85 процентов портфелей.
Мы, Анатолий Геннадьевич попросил, чтобы мы выходили из этих регуляторных послаблений плавно. Мы так и будем делать, будем мониторить эту ситуацию с тем, чтобы банки сами справлялись с проблемой этих плохих активов. И у банков есть возможность это сделать, тем более у них есть буфер капитала, большая сумма, они могут абсорбировать эти убытки. Но больше всего, на мой взгляд, поможет реструктуризация, которая позволит предприятиям продолжать свою деятельность, соответственно, сохранять рабочие места. И, конечно, здесь очень важны правительственные программы поддержки, которые, напомню, прежде всего, они, у них критерий у многих программ господдержки такой, чтобы сохранить рабочие места, чтобы люди сохранили занятость и доходы.
Поэтому комплекс этих мер, которые принимают банк и правительство, мы здесь всё это вместе обсуждаем, на наш взгляд, позволит проблему плохих долгов ограничить и поддержать экономику. Спасибо.
Председательствующий. Пожалуйста, фракция «ЕДИНАЯ РОССИЯ», Дивинский Игорь Борисович.
Подготовиться Емельянову.
Дивинский И. Б., фракция «ЕДИНАЯРОССИЯ».
Уважаемая Эльвира Сахипзадовна, современный мир характеризуется стремительным развитием цифровых технологий во всех сферах экономики, включая банковский сектор, усовершенствовались и мошенники. Ну, как известно ещё со школьной скамьи, на каждое действие есть противодействие.
В отчете Банка России за 2019 год не отражено количественное выражение борьбы с кибермошенничеством. Сколько их было? Какие меры приняты? Сколько лиц привлечено к ответственности? Какой ущерб? И сколько средств возвращено? Разъясните, пожалуйста. Спасибо.
Набиуллина Э. С. Спасибо большое за вопрос.
Действительно, проблема важнейшая, вы её правильно подняли, и мы, наверное, в следующем году дадим больше информации в годовом отчете, она очень востребована. И вот сейчас нашла справку, сколько, какие данные у нас.
В 2019 году объем всех операций, который был совершен без согласия клиентов с использованием электронных средств платежа (то, что мы относим к кибермошенничеству), составил 6,4 миллиарда рублей. Количество таких операций – 576 тысяч, это достаточно большой объем. Сейчас мы имеем данные за первые пять месяцев этого года, сумма – 1 миллиард 600, количество – 165 тысяч. Если сравнить с прошлым годом, мы видим, что всё-таки объемы и количество уменьшаются и уменьшились.
Средняя операция, которая совершается без согласия клиента-гражданина, она составляет около 10 тысяч рублей, а если клиент – юридическое лицо, тоже такие есть операции без согласия клиентов, – 152 тысячи.
Что важно? Большая часть операций вот таких без согласия клиента – это при покупке товаров и услуг через Интернет, около 50 процентов случаев, где-то треть – это операции, связанные с дистанционным банковским обслуживанием, и около 10, может быть, чуть меньше процентов – это когда используются банкоматы, POS-терминалы.
Но что важно? Социальная инженерия. 69 процентов, по нашей информации, совершается как раз с помощью социальной инженерии, когда мошенники используют доверие людей, граждан, и люди, и граждане сами сообщают мошенникам персональные данные. Поэтому, к сожалению, возврат не очень большой, то есть банк никаких... со стороны банка нет никаких нарушений, люди сами отдают мошенникам свои данные, коды, пароли и так далее. Поэтому здесь очень важна, с одной стороны, правоохранительная деятельность, пресечение такого рода деятельности мошенников, и второе – финансовая грамотность. И мы, где можем, разъясняем людям, как надо себя вести, если вам позвонили и просят данные, поэтому это очень важно. Мы видим, что это дает результаты, финансовая грамотность, информирование людей о таких рисках, очень важно, когда развиваются финансовые технологии и информационные технологии. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо.
Пожалуйста, Емельянов Михаил Васильевич.
Подготовиться Шайхутдинову Рифату Габдулхаковичу.
Емельянов М. В., фракция «СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ».
Уважаемая Эльвира Сахипзадовна! Мы позитивно оцениваем последние шаги Центрального банка по снижению ключевой ставки, это должно помочь реальному сектору экономики. Но остается другой фактор торможения экономического роста – это низкий потребительский и инвестиционный спрос. Совершенно очевидно, что для его стимулирования необходимо смягчать и бюджетную политику.
Вот на ваш взгляд, насколько совместимо одновременное смягчение денежно-кредитной и бюджетной политики? И какой, скажем, есть манёвр у правительства, оценивал ли Центробанк, насколько можно увеличить бюджетные расходы, чтобы не вызвать всплеск инфляции?
Спасибо.
Набиуллина Э. С. Спасибо большое за вопрос.
Мы когда принимаем решение по денежно-кредитной политике, мы конечно учитываем, какой будет бюджетная политика, потому что это один из важнейших факторов, который влияет на наши решения при прочих равных.
Понятно, что в жизни не бывает прочих равных, при прочих равных более жёсткая бюджетная политика может приводить к более мягкой денежно-кредитной политике.
Пандемия при этом нам диктует особые требования. Почему? На мой взгляд, бюджетная политика наиболее эффективна, когда действовали и продолжают действовать ограничительные меры, потому что здесь важна очень адресная поддержка. Денежно-кредитная политика не может осуществить адресную поддержку – это прерогатива правительства, субсидий, налоговых льгот и так далее.
И когда бизнес в силу ограничений закрыт, снижение ставок по кредитам менее эффективно чем бюджетная политика, но на стадии восстановления экономики, когда бизнес открывается, конечно, важно удешевление кредитных ресурсов, когда банки начинают брать кредиты, люди начинают брать кредиты.
И мы принимаем решение по смягчению денежно-кредитной политики уже с июня прошлого года, мы, правда, весной делали паузу из-за ситуации на валютных рынках и финансовых рынках из соображений финансовой стабильности.
Сейчас мы продолжили это смягчение, оно действует у нас с лагом во времени: 3,6 квартала накапливается во времени. И мы считаем, что такое смягчение поддержит спрос в экономике, а его нужно поддерживать, потому что он резко снизился и мы видим преобладание дезинфляционных факторов, не видим риска инфляции на данный момент, поэтому это надо делать.
Что касается бюджета. У бюджета, я это всегда говорила, есть «подушки безопасности», есть возможность в условиях пандемии помочь людям, но, конечно, нужно постепенно бюджет приводить также к консолидации и к полному действию бюджетного правила для того, чтобы не возникало каких-то рисков макростабильности.
Поэтому взаимозависимость бюджетной и денежно-кредитной политики, конечно, существует, мы это учитываем. Ещё раз, это не мешает нам проводить мягкую денежно-кредитную политику, к которой мы перешли в этом году. Спасибо.
Председательствующий. Пожалуйста, Шайхутдинов Рифат Габдулхакович. Подготовиться Казанкову.
Шайхутдинов Р. Г.
Уважаемая Эльвира Сахипзадовна!
Функция денег, как известно, не сводится только к расчёту за торговые операции, есть ещё функция накопления и сбережения. Вот я про неё, про эту функцию.
С 2013 года, вот с начала свободного такого денежного курса, рубль по отношению к доллару упал на 50 процентов. Доходность валюты в рублёвых вкладах, упала она соответственно в два раза. Всё больше увеличиваются вложения, собственно, в валюте, да, там, в банках до 21 процента уже эти вложения дошли.
Не думает ли Центробанк о создании такой двухконтурной финансовой системы, в которой мог бы существовать инвестиционно-накопительный рубль, в котором был бы обеспечен материально там или цифрой, и в котором могли бы накапливать и хранить деньги наши предприятия и наши граждане? Спасибо.
Набиуллина Э. С. Спасибо.
Наша задача – сделать рубль именно той валютой, в которой гражданам и предприятиям выгодно и удобно накапливать. И мы проводим политику девалютизации. У нас где-то с 2013 года, например, вклады в валюте, долларизация уменьшилась (было около 30 процентов, сейчас около 20 процентов).
И мы видим, что с учётом того, что инфляция под контролем, люди считают рублёвые вклады привлекательными. И наша задача именно поддерживать -такую привлекательность рублёвых, а не долларовых сбережений людей.
Кроме того, и сейчас, несмотря на снижение ставок, мы видим, что банковские депозиты остаются привлекательными, но люди выходят на фондовый и на финансовый рынок, я уже об этом говорила. Некоторые ищут большей доходности, чем может предложить банковская система, и здесь очень важно их защитить, чтобы получать ту доходность, они её соизмеряли с рисками, которые люди готовы, граждане, понимать по тем или иным инструментам.
Тем не менее, еще раз повторю, на наш взгляд, контроль инфляции делает рублевые сбережения привлекательными и мы видим, что, кстати, длинные сбережения становятся более привлекательными, чем короткие. И это может поменять структуру как раз в ту сторону, о чем вы сказали, длинные сбережения и рублевые сбережения. Это как раз вся задача нашей и денежно-кредитной политики, и регулирования, этого добиться. Спасибо.
Председательствующий. Спасибо.
Пожалуйста, фракция у нас...
Казанков Сергей Иванович, вам слово?
Да, пожалуйста.
Казанков С. И., фракция КПРФ. Спасибо.
Председательствующий, Приготовиться Зайцеву Максиму Сергеевичу. Казанков С. И, У меня вопрос, Эльвира Сахипзадовна, такой, возможно, кеганожкс какое-то рвеожвжекке., вы считаете, в голосе, но не в ваш адрес, а па ситуацию.
До наступления пандемии у нас долги граждан составляли 17 триллионов рублей и около 5 триллионов признали невозвратными, потому что людям тяжело возвращать, ситуация была непростая. От того, что мы ушли в самоизоляцию, многие бизнесы закрылись, и люди стали испытывать еще большие сложности.
При этом примерно половина обращений в банк о предоставлении кредитных каникул, она получила отказ. То есть граждане и малый бизнес не смогли продлить. И параллельно с этим идет процесс, который вызывает в людях негодование, это как пир во время чумы. То есть люди идут под банкротство, простые граждане, а при этом выплаты менеджеров ТОП-банков только растут, например, в Сбербанке.
И это, я считаю, негодование у людей справедливое. Потому что, когда одни рискуют потерять бизнес, действительно, остаются без денег, другие получают...
Набиуллина Э. С. Первое. С одной стороны, конечно, мы мониторим ситуацию в банках для того, чтобы банки реструктурировали кредиты и людей, и малого, среднего бизнеса, который попал в тяжелую ситуацию, либо потеряли работу, либо снизились доходы.
Поэтому вы приняли законодательство, где, если говорить о гражданах, при снижении доходов на 30 процентов, банки обязаны реструктурировать эти кредиты.
И мы осуществляем мониторинг. Действительно уровень одобрения где-то около 60 процентов, он разный. По ипотеке выше уровень одобрения, а по автокредитам, например, низкий, потому что там есть лимиты по стоимости, по сумме кредита выданного, и люди чаще не вписываются в эти кредиты, поэтому есть отказы.

окончание см. https://leo-mosk.livejournal.com/7795228.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments