leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Categories:

Журналистика в 2020 году: с основным сообщением на ежегодной конференции выступил кот, соавтор

Эпоха постправды, постмодернизма и всего «пост»
Журналистика в 2020 году: с основным сообщением на ежегодной конференции выступил кот, соавтор замдекана.
Ежегодная Международная научно-практическая конференция «Творчество, профессия, индустрия. Журналистика в 2020 году» проходила на Журфаке МГУ 4-6 февраля на излете фазы строгого карантинного режима.
Наполнение конференции отражает спектр реакций страны на инфодемичный 2020 год: проблемно-успешный прорыв журналистики на дистант, демонстрация упадка и утраты смысла профессии и обучению ей, повышение качества дискуссии в описаниях обострения недугов общества в 2020 году и ряда многолетних тенденций, которые им предшествовали.
Конференция прошла неровно и местами недоброжелательно, что для нас привычней неискренних славословий, но в целом чрезвычайно полезно и познавательно.
Журфак стал лидером формирования стандартов высшего образования, и в этом журналистике как направлению обучения повезло. Измученное реформами министерство без боя сдало бразды правления на Моховую. До этого представители Минобрнауки отделывались общими докладами, на этот раз и вовсе отсутствовали.
Тематика кодируется формулой, которую каждый участник Конференции выстрелит назубок, даже если его резко поднять в четыре утра: «ФУМО по УГСН 42.00.00 «Средства массовой информации и информационно-библиотечное дело»
Представители факультетов журналистики отчитались по итогам перехода на дистант. Итоги неоднозначны, есть позитивные и негативные стороны. Обобщая сказанное и оставленное за кадром, можно заключить, что сенсаций не произошло, и страна, как всегда, пережила очередную революцию с оптимальным соотношением успеха и жертв. Кто хотел учить и учиться, тот выиграл за счет экономии времени. Платформы использовались разные из одной страны – Zoom, Skype, Moodle.
Дистанционное обучение в России состоялось, но единой стратегии не получило. Лекции или конференции с участием большой аудитории требуют закупки программно-аппаратного комплекса стоимостью не менее пятидесяти тысяч рублей. Большинство университетов на это пошли, не дожидаясь милостей от министерства. Теоретически вуз должен предоставлять коды доступа не только студентам, но и проверяющим. На конференции мы об этом не услышали.
В любом случае, дистант провел естественный отбор против лентяев по обе стороны образовательной баррикады. Декан Журфака Вартанова сделала предупредительный вывод о том, что цифровую грамотность придется вводить в контракт.
Решен вопрос отвратительной акустики Журфака. Наконец-то стало понятно, кто о чем говорит. У преподавателей отсутствует культура представления выступающего для стенограммы. В своем кругу они друг друга знают и чужаков не приветствуют. Те же преподаватели обиделись на студентов, которые слушали их анонимно за черными экранами. Из-за этого Журфак опередил палаты парламента: на конференции все участники выходили на дискуссию под своими именами. Исключение мы заметили одно – ведущая секции новых медиа Дарья Соколова именовалась как room-room. Она же пыталась провести цензуру вопросов через чат.
Причина нашлась быстро в идеологической ограниченности представленных исследований. Старая проблема, преподаватели журналистики имеют крен в пользу mainstream media, которые у нас называют либеральными. В описании 2020 года случился прокол. Из-за инфодемии некоторые исследования затормозились, и перенос ведущей роли с Telegram на Tik-Tok прозевали.
Феномен явления молодежных протестов через новый для европеоидов мессенджер остался неописанным. Причем США его не разрабатывали, но по праву геополитического виолента экспроприировали у Китая, то есть ничего особо нового не произошло.
Декан Елена Вартанова отметила то, что нас всех сегодня поразило, что мы должны сдаться: Tik-Tok подсидел журналистику. Мы все учим детей переходить дорогу. Почему мы должны отдать право воспитывать детей Жизнь в мире медиа требует знания медиа.
Преимущества дистанта сказались на первом же пленарном заседании конференции. Например, выступление председателя думского комитета по информационной политике Александра Хинштейна состоялось из региона, который депутат представляет в Госдуме.
Будучи сам выпускником Журфака, Хинштейн заверил Alma mater, что законы не будут изменяться без участия журналистского сообщества, и высказал надежды на предложения.
Преподавали не слишком склонны к паритетному диалогу и призыв своего выпускника не услышали. Насколько нам известно, проблемы внешнего диктата в преподавании журналистики больше, чем в журналистике. Если предотвращение вмешательства в суверенитет стало для Федерального Собрания генеральной темой под действием прежде всего проблем журналистики, то преподаватели журналистики обсуждают только одну несобственную тему права на участие в протестах.
На этот счет председатель думского комитета Александр Хинштейн и председатель Союза журналистов России Владимир Соловьев высказали единую позицию: миссия журналиста и право гражданина на позицию должны быть разделены. Не приветствуются появления журналистов на митингах с заранее заготовленными текстами и провокации в адрес полиции с немедленным появлением главных редакторов по известному списку.
«Может создаться впечатление, что мы защищаем исключительно оппозиционные СМИ», – отметил Владимир Соловьев, отвечая на наши вопросы. Для него неважно, журналист Первого канала или журнала «Мурзилка». Министр внутренних дел Владимир Колокольцев взял под личный контроль пострадавших на митингах, в том числе нападение протестующих на телеканал «Царь-град».
Позиция Хинштейна и Соловьева не нашла понимания юристов. Круглый стол «Правовые риски в работе журналиста и блогера: актуальные проблемы» смешал роли журналистов под защитой закона о СМИ и блогеров, оставшихся с возможностями СМИ вне закона.
Закон о блогерах был принят вопреки протестам автора закона о СМИ Михаила Федотова, быстро сыграл свою роль и был отменен.
Журналисты по мере сил мешали юристам выстраивать гармоничную картину права. Ведущий Павел Яни отбивался анекдотом о двух одесситах на Лубянке и жизнерадостной байкой о классовости уголовного права.
В юридическом языке «одессит» это политкорректное название еврея.
Преподаватель Цыригма Мясникова добивалась понимания правовых границ журналиста и блогера. По закону о СМИ будет нести ответственность редакция?
Дмитрий Люкайтис как бывший фигурант ответил печальной историей из практики. Главный редактор попросила его разместить материал. В номере был указан зам.главного редактора Люкайтис, и все претензии были к нему.
С юристами следовало бы согласиться по части протестов против спешных изменений законодательства, однако даже Пленум Верховного суда не может повлиять на правоприменение, его постановления игнорируются.
Спешные несуразицы в законах в ответ на кривое правоприменение отражают своеобразную гонку вооружений. От Журфака до Думы аж 570 метров, и не слышно, что там депутаты балаболят. Гонка правовых вооружений из разных направлений по квартирному рейдерству, травли детей, бесправия водителей и так далее в 2020 году сконцентрировалась вокруг самого инструмента внешнего влияния.
Председатель комитета СФ по информполитике Алексей Пушков зафиксировал в 2020 году информационно-правовой взрыв. Сенатор намерен ввести ответственность за причинение вреда здоровью и унижения в Интернете, приравняв онлайн к оффлайну. Речь идет о запрете trash-stream.
Очевидный вопрос привел юристов в замешательство.
Как ни противился Яни, дискуссия все равно скатилась в правоприменение. Юристы отвечали неодобрением законодательных новаций. Основной докладчик круглого стола Татьяна Алексеева рассматривает как искажение понятия клеветы в отношении конкретного лица новую ответственность за клевету в адрес индивидуально неопределенных лиц.
После этого на круглый стол вернулась замдекана Журфака Ольга Смирнова и свернула бесплодный спор юристов и журналистов к завершению.
Трудно найти универсальную истину в такое время, когда прав по-своему каждый. Истина, однако, проста, и на прошедшей конференции она проявилась как роль личности в истории и теории журналистики.
Дело в том, что уровень дискуссии на секциях Конференции значительно отличается в зависимости от присутствия двух человек – декана Елены Вартановой и замдекана Ольги Смирновой.
Из-за этого тематика культуры, социологии, рекламы и связей с общественностью, даже телевидения из года в год оказываются не в лучшем тусклом освещении.
Следующим кандидатом в то же русло встал искусственный интеллект, но его спас тот непреложный факт, что в культуре или праве специалисты все, а в цифровой сфере нужны знания и самомнение не спасает. Тему вытащили сторонние специалисты.
Оказалось, что в позитивном направлении, кроме оптимизации дистрибуции, беспилотных автомобилей и автоновостей, особых успехов ИИ пока нет. Прорывных проектов мало, и один из них проводит Сбер.
Андрей Незнамов представил проект Сбера так, чтобы не рассекречивать его суть.
Сбер является стороной соглашения с правительством по развитию технологий ИИ. Для его проекта принят федеральный закон. Аналогично РЖД стали помощником Минэка по квантовым компьютерам.
Ни обсуждение закона в Думе, ни представления проекта на Журфаке не принесли понимания, при чем тут интеллект. Это новый хлесткий мем или в ИИ есть смысл?
Незнамов в ответ объяснил, что в России есть своя школа с 1987 года по развитию ИИ. Если вас смущает слово «интеллект», то и правильно смущает. Никто не понимает, что такое интеллект. Незнамов сравнил интеллект с чемоданом, каждый понимает под этим словом свое. В законе формулировка неидеальна.
Законопроект внесли депутаты Александр Жуков и Ирина Белых под названием «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте РФ – городе федерального значения Москве и внесении изменения в статью 6 Федерального закона «О персональных данных».
В споре первого чтения 27.03.20 Александр Жуков привел определение: «Искусственный интеллект – это комплекс технологических решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека, то есть умственные функции, (включая самообучение и поиск решений без заранее заданного алгоритма) и получать результаты, сопоставимые, как минимум, с результатами интеллектуальной деятельности человека».
Яснее не стало, поиск вывел на когницию как совокупность ментальных процессов.
На Конференции журфака нашлось объяснение, неожиданное по своей простоте.
Может ли ИИ как машина, которая осознала себя, разбомбить человечество за грехи? Люди называют это войной, а ИИ из антиутопии «Вторжение» следует формуле «коррекция внешней цивилизации». Старая больная идея восстания роботов обрела опасный смысл в 2020 году. События в США показали ошибку тех, кто противопоставлял метрополию провинциям. Новая экстраполитарная империя противопоставила миру людей феномен deep state на основе программы PRISM. Экстремальная форма эмерджентности (невыводимость поведения системы из поведения элементов) технологически оптимизирована программой PRISM враждебно человечеству.
В ответ на наши вопросы на круглом столе Конференции главный редактор Russia Beyond Всеволод Пуля разогнал всю муть вокруг ИИ. По его словам, в английском языке artificial intelligence определяет совокупность навыков для решения задач.
Души там нет. Душа не от глагола душить. Это название неизвестного в России боевого отравляющего вещества «Новичок» происходит от английского «choke». Разница национальной ментальности опять и опять позволяет копирайтерам политической рекламы играть сознанием народа.
В остальном все просто. Всеволод Пуля объяснил, как алгоритмы поощряют радикальный контент и соответственно экстремизм. На что-то простое аудитория не реагирует, и машина подбирает более острую тематику, наращивая накал страстей с каждой итерацией. Ответственность несет тот, кто готовит алгоритмы.
Например, люди, которые громили Капитолий, лайкали «Теория заговоров» и «Америкой правит банда педофилов».
Всеволод Пуля предлагает не отдавать алгоритмы ИИ на откуп Big Tech. Но и государству тоже нельзя.
Речь идет о большой пятерке GAFAM или Big Tech, пяти ТНК США онлайн-сервисов или компьютерных и программных компаний, которые доминируют в киберпространстве: Google, Amazon, Facebook, Apple и Microsoft.
Доцент Института Массмедиа РГГУ Максим Корнев подчеркнул, что абсолютно бредовый контент толкает людей на агрессивные действия. Кто тренирует алгоритмы? Илон Маск сделал фонд Open AI так, чтобы патенты технологий машинного обучения были открытыми. ИИ должен быть открыт всем.
Мы сами определяем, как ИИ будет нам служить, строить детские сады или лагерные бараки с газовыми камерами. Можно сделать из людей роботов и заставить набивать таблички Excel, потому что это проще, чем программу написать. А можно сделать так, чтобы было меньше рутины и больше творческих возможностей человека. Будет меньше ошибок, и никто на улицу людей выгонять не будет.
Можно сделать бота, который помогает систематизировать архивные новости. Люди за семьдесят смогут пообщаться с мудрым собирателем данных. Или можно научить Facebook отличать женские соски от мужских, коль женские запрещены для демонстрации. Но тогда можно одним законом обязать сеть удалять весь запрещенный контент, экстремистский или порнографический. Бот сделает то, что не под силу законодателю – ввести юридически обязывающее определение.
Декан Елена Вартанова отсутствовала, и круглый стол прошел к успеху тяжело. Стало понятно, почему ИИ не используется для контент-анализа. Слишком много проблем можно было бы решить от идентификации маркеров тревожности и выбраковки экстремистского контента до наведения порядка в системе жанров с помощью алгоритмов кластерного анализа. Мы сами, в данном случае преподаватели журналистики, работаем на власть deep state, использующую алгоритмы для бытовой розни, провокации протестов и моральных паник.
Следующим шагом цифровизации в искусственный интеллект надо создать цифровое бессмертие декана Елены Вартановой для повсеместного участия во всех секциях конференции. Тогда качество и интерес будут запредельными: декан рядом!
Такие алгоритмы используются для создания искусственных сотрудников и телеведущих, они бюллетень не берут и кушать не просят, всегда в позитивно-конструктивном настрое подобно декану Вартановой.
Многочисленные исследования показали, как формируются деструктивные неологизмы с эволюционной судьбой мемов. Их поток в 2020 году настолько усилился, что сознание россиян продуцирует ответный поток.
Что происходило в 2020 году на поле новых мемов, на Конференции рассказала доцент Журфака МГУ Лариса Касперова в пленарном докладе «Неологизмы в речи современного журналиста».
Докладчик провела классификацию и привела примеры: афтершок, бьютиблогер, вжоперти, инфлюенсер, ковидиоз, койкоместность, контаминанты, лонгслив, майнер, мовомученник, свайпать, сидидомены телебачение, тиктокер, торгпредоносцы,. хоумскуллер.
Об искусственном введении слова инфодЕмия через ВОЗ известно, но даже очевидный ковидиот оказался не родным, а заимствованным. А вот испаноязычного происхождения мундиаль так и не прижился, с 1982 года пытаются его внедрить.
Подавляющее большинство неологизмов заимствованы из английского. Есть опасность потерять национальную идентичность. Некоторые страны бьют тревогу и от англицизмов защищаются. Глобализация влечет унификацию,и Касперова не думает , что это хорошо. Когда ребенок растет в условиях билингвизма, если родной язык мамы и папы разный, он переключается. Когда человек учит второй язык, грань стирается.
Язык не умрет, - утверждала Лариса Касперова. Елена Вартанова шире сказала: медиа не умрут. Если у меня не будет этого идеализма, надо уходить в отставку, - личная установка декана Журфака.
Другая опасность лингвистической войны, кроме утраты идентичности, связана с темой деструктивного использования ИИ. Мемы-хештеги-лозунги тройного назначения готовят через те же алгоритмы. Для провокации фобий могут использоваться мемы с ковидной тематикой. Но в целом феномен мема утратил чисто негативную коннотацию, которую ему насильственно придавали несколько лет.
«Тематика мемов показывает, что повестка, связанная с пандемией и вытекающими из нее явлениями, оказалась максимально широкой рамкой для бытового осмысления и научной рефлексии», – показало исследование Софьи Стебловской. Через призму мемов ковидной тематики видно, что явление глобально.
Екатерина Зверева из Тамбовского университета на примере журнального иллюстрирования «Esquire» описала прежде нетипичную для глянца игру на понижение эстетизма. Возрастные модели, пожилые лица с морщинами, фотографии бродяг в дорогой одежде мировых домов моды.
«Фотографии некрасивых предметов становятся ключевыми иллюстрациями для проблемных материалов в журнале «Esquire». Например, иллюстрация в виде старых, истертых, выброшенных в мусор фотографий в материале о японской компании, сдающей в аренду идеальных отцов, партнеров для фиктивных браков, друзей», – Зверева описала новацию журнала как общее направление эволюции деэстетизма в связи с усталостью от идеального и стремлением быть непохожим.
Направление эволюции «Esquire» подхватил французский «Vogue», которые возник на сорок лет раньше и под давлением извне утратил свое первоначальное предназначение поиска идеала в пользу чего-то противоположного.
Паритетное противопоставление безобразного прекрасному Екатерина Зверева связывает с выходом в свет книги «Эстетика безобразного» немецкого философа Карла Розенкранца в 1853 году. Автор проводит параллели деэстетизации с антиповедением, которое становится настолько модным, что его критика воспринимается как проявление неполиткорректности.
Однако много мы этого деэстетизма видели в Центре фотографии на Остоженке, ГММИ им.Пушкина, Центральном Манеже.
Замдекана Журфака МГУ Ольга Смирнова утверждала, что деэстетизация происходит во всей нашей жизни. Серьезный тренд требует анализа. Побеждает эстетика постмодернизма. В эпоху постправды, постмодернизма и всего «пост» нам надо искать новые формы коммуникации.
Востребованность неприятного заметно отличается от жажды прекрасного. Наслоение абортивных попыток поиска неизведанного будущего привел к ситуации, когда наибольшей востребованностью могла бы пользоваться норма – если бы она была представлена и доступна в искусстве. У людей отбили способность придумывать что-то самим и «свое мнение» они повторяют за тем, что уже прозвучало.
Фактически их мысли одевают в слова инфлюэнсеры подобно тому, как формируется мода на одежду. Все это не новость. Новость в том, что моду указанным персонажам готовят алгоритмы ИИ.
Век тому назад инфлюэнца означала смертельную болезнь, теперь источник фанатизма.
По словам Зверевой, есть отклик потребности: «я не такой, как другие». Журналы уловили фишечку.
На этом моменте в кадр ведущей Ольги Смирновой вышел кот окраски «русская голубая».
Кот с совершенными формами идеальной красоты, от которой как-то никто еще не устал, без единого слова «Мяу!» в критику деэстетизма внес свой молчаливо весомый вклад в дискуссию и остался над схваткой.
В мире побеждает эстетика постмодернизма. На основе естественной самопрезентации кота против деэстетизма Ольга Смирнова предположила, что в эпоху постправды, постмодернизма и всего «пост» нам надо искать новые формы коммуникации.
К сожалению, в журналистское образование проникают те же подходы, что и в журналистику или блогосферу. Причем сфера образования более консервативна и менее критична.
В прошлом профессор СПбГУ Сергей Корконосенко поднимал тему доминирования североамериканских моделей медиа. С тех пор прошла определенная эскалация, но мы не слышали, чтобы преподавателей это волновало, они сами служат проводниками англосаксонских моделей.
Острый кризис доверия к так называемым mainstream media под контролем USAGM породил модель с противопоставлением широко распространенному феномену disinformation очередного англоязычного изобретения с претензией на мем «misinformation».
Подразумевается «не создание, а только распространение ложной информации, при котором отсутствует намерение причинить какой-либо ущерб».
Цитата взята из статьи о глобальном беспорядке кандидата философских наук Натальи Калининой (Амурский государственный университет).
Проводники англосаксонских моделей в конференциях Журфака не участвуют и к себе не приглашают, это другой мир. Однако англосаксонские модели проводятся в образование через ЮНЕСКО и обязательны для всех вопреки факту: никакого беспорядка на информационном поле нет, потому что disinformation готовится и распространяется с умыслом и за деньги.
Исчезновение плюрализма в 2020 году с усилением цензуры Big Tech вызвали чувство утраты профессии журналиста и бессмысленности обучения для работы в ней.
Согласно установке декана Елены Вартановой о связи образования с производством на Конференцию приглашаются представители медиаиндустрии. Однако разрыв не поддается сокращению, в 2020 году он усилился. На сей раз причина не в образовании, в нем кардинальных изменений не произошло. Идеологический кризис в медиаиндустрии вызвала политика Big Tech рестрикций информирующей журналистики.
Общее настроение выразили в своих докладах на пленарном заседании Конференции директор по двум направлениям работы Интерфакса Юрий Погорелый, гендиректор RT Алексей Николов и председатель Комитета по предпринимательству в сфере медиакоммуникаций ТПП Игорь Потоцкий.
Погорелый сообщил, что четверть новостей пишут роботы и тем не менее они не менее значимы. Понимание, что клиенты делают с новостями, дает система распознавания объектов внутри новости, чтобы привлечь клиентов. Сотни тысяч юридических лиц один человек не видит, а система Интерфакса видит. Retentions в результате лучше.
Потоцкий несколько раз сказал о признаках «системного кризиса» и заявил, что не рассматривает журналистику как творчество.
Докладчик обратил внимание на несколько существенных моментов, показывающих как состояние общества, так и журналистики. Мы только что видели уход Трампа. Приток мигрантов ы США такой, что латинос превысили афроамериканцев. Растет статистика самоубийств белых мужчин без образования среднего возраста. Это электорат Трампа. В России мужчины по статистике самоубийств абсолютный лидер.
Алексей Николов обещал более оптимистичное выступление и рассказал о маразме регулирования СМИ. Меседж индустрии Журфаку: вы не думайте, что все плохо, все на самом деле еще хуже. Зачем учить журналистике, если будущего нет? С 16 века было понятно, что на Венецианском базаре вам расскажут любые новости, но никто за базар не отвечает. Надо было купить листок за мелкую монетку и там за базар отвечают.
По Николову, крушение модели журналистики началось не с пандемией Для него слом начался с бомбежек телецентра в Белграде 1999, когда на рабочем месте погибло 16 журналистов. Коллегв тихо ушла и не предупредила.
Нас окружают fake-news, Николов называет их липовыми новостями. Следующий этап ядреная липа deep news.
Чтобы как-то повернуть миф, что RT враг человечества и свергает президентов, сделали ролик и Николов его показал участникам Конференции.
Декан Елена Вартанова получила заряд бодрости от мощного десерта на пленарном заедании.
Как мы были глубоко погружены в роль и функции журналистики, так и должны продолжать это делать, - сечтоимение «мы» в заключении Вартановой относится скорее к ней, чем к Журфаку в целом. Сегодня вроде бы не было регулирования журналистики, но так или иначе оно проявлялось. Рекламная бизнес-модель продолжала оплачивать серьезную журналистику. Мы переходим от материального потребления к нематериальному. На удовлетворение спроса претендуют цифровые платформы. Может быть уйти от рекламной бизнес-модели, которую уже не отдадут цифровые платформы? Если мы финансируем дороги, может быть поставить вопрос о финансировании качественной журналистики?
Если посмотреть практику индустрии, ответ на вопрос декана кажется очевидным. Доцент Журфака МГУ Сергей Смирнов представил итоги исследования медиа-холдингов 77 регионов России. Автор выявил конкуренцию коммерческого и бюджетированного начал. Связь модели финансирования с качеством контента не прослеживается в каком-то однозначном виде. Известны случи, когда выеденные деньги разворовываются и новый проект быстро закрывается.
В обратном случае в зависимости от концепции издания СМИ административным решением лишают дешевой аренды, доступ к частоте и дистрибуции, что равносильно закрытию. Искусственный кризис 15-16 годов устранил издания с вековой историей и закалил выжившие к инфодемии 2020-го, повысив толерантность к установкам, о чем и как сообщать людям. Достаточно закрыть киоски в городе и газета умрет. Перевод телевидения на цифру изначально было поводом для отклбчения от частоты, чтобы понизить информационную связность огромной страны. Россия была лидером по числу региональных каналов ВГТРК. Сохранить сеть регионального вещания удалось благодаря усилиям председателя комиссии СФ по информполитике Алексея Пушкова и особенно замминистра Алексея Волина.
Этот персонаж вошел в историю конференций Журфака, когда в 2013 году смел грамотно выстроенной провокацией встряхнуть уютный покой преподавательского междусобойчика. Что сейчас происходит в Минцифры, Журфвку неведомо. На Моховой ждут, когда за ними придут. Пока можно поговорить о вкладе СМИ в провокации моральной паники.
Научный сотрудник Журфака Сергей Филиппов с беспощадной точностью представил роль медиа в создании пандемии и паники. Автор подчеркнул, что его доклад не ковид-диссидентский. Болезнь опасная, но пытаться остановить инфекцию, передающуюся воздушно-капельным путем, все равно что обнести болото рабицей от комаров. Тем не менее, в прессе транслировался только вариант изоляции. Предпочли панические настроения. О проблемах с логикой говорить не приходится. Статистическая безграмотность позволяла путать количество заболевших с количеством выявленных. Игнорирование позитивной информации. Люди продолжают потеть в перчатках, потому что СМИ им так сказали.
Прямое нагнетание паники: breaking news заболел миллион, два миллиона, три миллиона. Эпидемию ковида чаще всего сравнивали с испанкой. Об этом Сергей Филиппов прочитал на сайте BBC. С испанкой сравнивать интереснее, чем с другими патогенными вирусами, чтобы устроить панику. Ковиду повезло, у него корона Легко предположить, если бы назвали мышиный грипп, коль корона от летучих мышей, меньше паника. Использовали военную лексику: слово победивший вместо выздоровевший, погибший вместо умерший.
Картина лживая, – утверждал Сергей Филиппов. Налицо заболеваемость и некоторый рост смертности, все остальное из-за реакции на пандемию. Когда мы, журналисты, ретранслируем эти слова, сеем панику.
С мрачными выводами согласились далеко не все, но и опровержений не последовало.
Преподаватели не склоны копать глубоко, редкие диалоги ограничивают выражением благодарных восхищений, высказывают удивительно много общих суждений универсального применения и мало интересуются, как воспринимается их чтение с листа под презентацию с текстом, прочитать который невозможно за отведенное время.
Соответственно содержательная дискуссия на Конференции возникает редко. Поэтому придется нам, используя последнее слово журналиста.
Согласно нашим исследованиям, картина не столь однозначна и выглядит далеко не такой мрачной.
Опасность может быть и больше прошла в 2020 году, но не оттуда и не так. Вместе с постмодернизмом, постправдой и деэстетизмом буквально во все сферы жизни проник так называемый центрифугальный отбор. Deep state для своих алгоритмов программирования сознания не нужны сильные лидеры, нужны слабые, зависимые и управляемые.
Атаки могут повторяться в разных формах, но первую страна выдержала, и есть опыт. На его основе следует построить адекватную концепцию генетического определения волн психики. После Федорова Достоевского и Владимира Бехтерева мы знаем достаточно, чтобы сделать полноценную верифицируемую модель. PRISM США – это оружие глобального поражения, современный аналог ядерной бомбы. Во время той гонки вооружений СССР смог продвинуть в сознание программу «Мирный атом».
Сейчас у России еще больше оснований для переориентации алгоритмов ИИ с целей порабощения человечества на развитие. Нам представляется, конференция «Журналистика в 2020 году» обоснованно показала вектор исследований. Запрос общества на мирное сосуществование сформирован, люди устали от войны и давно скучают по идеальному.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments