leo_mosk (leo_mosk) wrote,
leo_mosk
leo_mosk

Category:

Вакурова Н.В., Лебедева Е.Г. Конфликтны современного мира и их освещение в СМИ

Вакурова Н.В., Лебедева Е.Г. Конфликтны современного мира и их освещение в СМИ // Социальные и политические коммуникации в современном обществе: монография, [электронное издание сетевого распространения] / Авторский коллектив [текст]; под редакцией И.А. Герейхановой. – М.: «КДУ», «Добросвет», 2021. – 185 с. – URL: https://bookonlime.ru/node/43164 – с. 28-38
doi: 10.31453/kdu.ru.978- 5-7913-1200-6-2021-185

КОНФЛИКТЫ СОВРЕМЕННОГО МИРАИ ИХ ОСВЕЩЕНИЕ В СМИ
Вакурова Н.В., Лебедева Е.Г.
АНО ВО «Институт Современного искусства», г.Москва
Противоречия и конфликты в современном мире охватывают всю социально-политическую сферу – от военных конфликтов до масштабного протестного движения. Актуальность изучения данной проблемы связана с тем, что именно конфликты различного уровня и характера являются движущей силой развития общества. В настоящее время конфликты все чаще становятся не только предметом освещения СМИ, но возникают и развиваются непосредственно в медиапространстве.
Средства массовой информации, будучи неотъемлемым функциональным компонентом системы информационного общества, выступают в качестве значимых субъектов современного медиадискурса, становясь площадкой развертывания, распространения и возможным инструментом урегулирования конфликта. Как отмечает В.А.Ачкасова, в условиях российской действительности публичные социально-политические конфликты вынесены за пределы властных структур в сферу медиапространства [1, с. 150].
Журналистика может выступать как в качестве инициатора, так и участника конфликтов, которые в современном мире играют роль своеобразной «новостной ценности», так как являются одним из критериев информационно привлекательных (релевантных) тем: «Конфликт присутствует во всех современных классификаторах отбора событий для новостей. Наряду с другими новостными ценностями, такими как своевременность, пространственная близость, масштаб события, присутствие знаменитостей, человеческий интерес, он описывается как очевидный критерий выбора информационно привлекательной темы. Даже несмотря на то, что с течением времени критерии новостной ценности пересматривались и пополнялись новыми, конфликт, точнее социальный конфликт, всегда остается обязательным элементом теории новостных ценностей» [6, с.312].
Исследователи спорят о миссии журналистики и функциях СМИ, но одно остается незыблемым: медиация конфликта с целью его разрешения способствует взаимопониманию и снятию социальной напряженности. «Диалектика конфликта такова, что выгоды от него отложены на какой-то горизонт времени, а страдания конкретных личностей или групп сиюминутны и невыносимы.
«Вписываясь» в конфликт, журналист (как член общества) в рамках своей профессиональной работы может способствовать обострению ситуации (почти всегда из лучших побуждений) либо, наоборот, содействовать разрядке напряженности и разрешению проблемы» [8, с. 301-302].
Все конфликты в современном мире можно разделить на международные и внутренние, социальные и межличностные, открытые и скрытые. По актуальной значимости и по объему представленной в СМИ тематики в настоящее время преобладают:
1. Военные конфликты (в том числе гибридные и так называемые proxy war – удаленные, войны «чужими руками»);
2. Политические (идеологические, политико экономические, предвыборная борьба);
3. Социальные (социально-экономические, социокультурные, гендерные и поколенческие);
4. Этнические (расовые и межнациональные);
5. Ценностно-ориентационные;
6. Религиозные (межконфессиональные).
Особое место в освещении СМИ занимают социальные конфликты. Исходя из анализа различных конфликтологических концепций, Г.И.Козырев дает такое определение: «Социальный конфликт – это открытое противоборство, столкновение двух и более субъектов (сторон) социального взаимодействия, причинами которого являются несовместимые потребности, интересы и ценности» [5, c.40].
Структура социального конфликта состоит из субъектов (стороны конфликта), объекта (причина столкновения сторон), инцидента (повод для перехода в открытую стадию конфликта), окружающей среды и самой конфликтной ситуации.
Средства массовой информации вступают во многие социальные взаимодействия, занимая определенные позиции и отстаивая при этом собственные интересы, интересы различных групп или всего общества. Таким образом, СМИ участвуют в информационных войнах, играя роль «прямых или косвенных участников конфликта посредством осуществления информационного сопровождения конфликтной ситуации» [9, c. 86]
Телевидение, радио, газеты и Интернет-ресурсы, осуществляя информационное сопровождение конфликта, формируют само представление о конфликте, а зачастую прогнозируют его развитие и методы решения. Деятельность средств массовой информации по освещению конфликта формирует общественное мнение, удовлетворяя потребность общества в получении социально значимой информации. Однако, осуществляя информационное сопровождение конфликта, СМИ формируют «особый конфликтологический дискурс, обладающий свойством неоднородности» [9, c. 88]. Если говорить об аудиторном факторе, можно выделить обыденные (освещающие конфликт с точки зрения «хорошо или плохо») и специализированные медиаресурсы, которые напрямую зависят от типа аудитории и подходят к освещению конфликта с точки зрения эффективности или неэффективности его решения. В результате информационного влияния на целевую аудиторию начинает формироваться механизм действий: вырабатывается общественное мнение, появляются экспертные оценки, которые начинают оказывать давление на конфликтантов, способствуя разрешению конфликта. Исследователи мотивации журналистской деятельности сходятся во мнении, «что в системе факторов, побуждающих журналиста к конкретной профессиональной деятельности, ключевым является желание «влиять». Влиять на ситуацию, на человека, на развитие событий, на социально значимые обстоятельства и процессы» [4, c. 116].
М. А. Мельников предлагает две модели информационного сопровождения конфликта – идеальную и реальную, сконструированные на основе ряда медиаисследований [7, c. 26]. По его мнению, идеальная (позитивная) модель состоит из следующих элементов:
- воспроизведение (описание, показ, отражение) реальных проблем, вызвавших конфликт;
– реалистичное отображение всех стадий конфликта (скрытая, поведенческая, постконфликтная, стадия возврата);
- объективный образ сторон конфликта, отсутствие стереотипов;
- полная ретроспектива конфликта с использованием альтернативных источников (исторический фон);
– точное и полное информирование о конфликтных событиях;
– воспроизводство всех реально существующих инициатив и шагов по урегулированию конфликта, поддержка социальных технологий редукции (ослабления) конфликта.
Реальная (негативная) модель включает в себя следующие элементы:
- воспроизводство мнимых (ложных, воображаемых) проблем конфликта;
- ложная трактовка стадии конфликта (непосредственное конфликтное взаимодействие замещается представлением о «борьбе идей» или драматизируется столкновение мнений, позиций;
напряженность отношений выдается за враждебность или агрессию, конкуренты – за врагов);
- ложный образ сторон конфликта, акцентированная негативная стереотипизация одной стороны и позитивная стереотипизация оппонента;
- избирательная ретроспектива конфликта, отказ от использования альтернативных источников, обращение к псевдонаучным работам, - необъективное информирование о конфликтных событиях;
- избирательное отражение инициатив, решений и действий оппонентов по урегулированию конфликта, поддержка намерений и шагов, направленных на эскалацию конфликта, на повышение «градуса» противоречий.
Задача журналиста и СМИ состоит в том, чтобы всеми доступными средствами способствовать смягчению конфликта. От журналиста зависит способ подачи информации, расстановка акцентов, количество и характер ссылок на достоверные источники.
Активность СМИ как субъектов конфликта может иметь конструктивный характер и быть направленной на консолидацию общества. Но чаще (в основном для привлечения внимания аудитории «горячими» новостями) журналисты являются и «разжигателями» конфликта, приводя к деструктивным последствиям своим отношением к проблеме, провокационными вопросами и информацией, усугубляющей конфликтную ситуацию.
Подобные явления стали особенно заметны в период пандемии, который можно назвать кризисным в том числе и для журналистики: «Информирующая журналистика оказалась в тройной блокаде: неспособность осознать причинно-следственные связи новой реальности, недоступность инструментария, способов донесения информации до аудитории и переполненность публичного информационного поля постправдой» [2, с. 21].
Особенности медиатизации конфликта зависят от типа СМИ.
Государственные СМИ не должны и не могут дискредитировать власть и способствовать нарушению порядка. В свою очередь, государство влияет на такие СМИ, оказывая им финансовую поддержку. В независимых СМИ (либо позиционирующих себя как независимые) отсутствуют цензурные ограничения, но существуют финансовые обязательства, связанные с коммерциализацией медиарынка. Однако чаще всего издания руководствуются конкретными политическими решениями, которые приходится выполнять на уровне формирования контента соответствующей направленности: «Пресса, зависимая от политически ангажированных предпринимательских структур, более озабочена отстаиванием интересов учредителей, чем выполнением социальных функций журналистики» [4, c. 118]. Независимые частные СМИ добровольно возлагают на себя политические функции, отодвигая на второй план информирующую миссию журналистики. Тем не менее, в каждом типе СМИ можно встретить элементы социально ответственной журналистики. Речь идет об особом типе журналистской деятельности, ориентированной на формирование гражданской позиции, нравственное воспитание и выработку социально значимых решений, направленных на устранение конфликтов. СМИ, выступая в качестве объекта социального конфликта, увеличивают объем негативной информации и тем самым оказывают мощное воздействие на сознание людей с целью придания определенного вектора их политическим действиям. В этом случае можно говорить о сложившейся системе политического маркетинга, в которую интегрирована журналистика в качестве эффективного инструмента продвижения тех или иных взглядов и идеологических позиций [3, с. 55]. Субъекты конфликта подталкивают СМИ к контраверсийности, освещению только одной («выгодной») стороны конфликта, вынуждая журналистов использовать такие методы, как распространение фейковых новостей, недостоверной или неполной информации, а иногда и прямой лжи. Такой подход приводит к снижению ответственности журналиста, а также препятствует налаживанию социального диалога и усилению напряженности в обществе. Таким образом, средства массовой информации выполняют не журналистскую, а политическую функцию некоего «защитного клапана». СМИ являются важнейшими участниками любых конфликтов и способны либо обострить ситуацию, либо, наоборот, содействовать разрешению проблемы.
Все военные конфликты, например, в Афганистане, Пакистане, или Сирии активно освещались средствами массовой информации. Примеры позитивного влияния на процессы урегулирования конфликтов встречаются редко. Тем не менее, так называемой «журналистике войны» должна быть противопоставлена журналистика мира, уравновешивающая негативные стороны конфликта позитивной информацией, нацеленной на цивилизационные перспективы общественной эволюции.
Теория миротворческой журналистики впервые была обоснована Йоханом Галтунгом [10]. Трехсторонняя модель Галтунга отражает взаимодействие государства, гражданского общества и капитала. Отдавая СМИ приоритетную роль в развитии этого взаимодействия, автор данной теории сформулировал основные принципы, которыми должны руководствоваться СМИ при освещении конфликтных ситуаций, и предложил конкретные рекомендации журналистам, освещающим войны и конфликты, важнейшая из которых – нацеленность на конструктивное завершение кризиса, поиск путей разрешения противоречий противоборствующих сторон.
Урегулирование конфликтов должно основываться не на определении виноватых и их наказании, а на поиске путей решения противоречий, создании условий диалога, приемлемых для всех участников конфликта.
Отмечая огромный потенциал средств массовой информации в процессе урегулирования конфликтов, Галтунг назвал доминирующий стиль современной журналистики «журналистикой войны и насилия». Он впервые предложил определение теории мирной журналистики как способа освещения в СМИ любой войны или конфликта, основанное на четырех индикаторах: исключении негативных и позитивных маркеров, отсутствии ангажированности СМИ какой-либо политической силой, ориентации на многообразие мнений и отказе от использования экспрессивно окрашенной и излишне эмоциональной лексики.
Зачастую само упоминание определенных тем или персоналий является конфликтогенным фактором. В свое время это была пенсионная реформа, поправки к Конституции и пандемические ограничения. Что касается конкретных медийных личностей, то такие персоны, как Алексей Навальный или Ксения Собчак вызывают диаметрально противоположные оценки, инициируя конфликты как в сетевом пространстве, так и в широкой общественной дискуссии. Даже при обычном описании событий очень многое зависит именно от того, какие выбраны факты. Также при освещении того или иного конфликта журналистам следует учитывать следующее:
- Кто пострадал от этого конфликта? Кто имеет выгоду от него? Какие между ними отношения?
- Что стало предметом разногласий? Что привлекло общественное внимание? Что должны для себя решить участники?
- Когда начался конфликт и как долго длился период, приведший к этому конфликту?
– Каким образом подобные проблемы решались в других местах?
- Почему участники придерживаются именно этих позиций, какие у них потребности, интересы, страхи и убеждения? Кому адресованы претензии участников конфликта?
– Какими методами предполагается решать сложившуюся ситуацию (суд, переговоры, военные действия)?
- Дополнительные возможности: какие опции были рассмотрены участниками? Какие из них связаны с выявленными интересами?
- Общее: что есть схожего между всеми участниками конфликта? К чему они пришли до данной кризисной ситуации?
Также следует иметь в виду ряд ключевых моментов в освещении событий с точки зрения миротворца: ориентир на мир, ориентир на правду, ориентир на людей, ориентир на решение проблемы. Журналистика войны содержит в себе противоположные подходы: ориентир на войну, ориентир на пропаганду, ориентир на элиты, ориентир на победу.
В качестве примера можно привести заголовки некоторых материалов, свидетельствующие об их принадлежности к журналистике войны: «Военные США выразили уверенность в скором начале масштабной войны», «Путин счел возможным обойтись без масштабных боевых действий», «НАТО открывает огонь по электронной прессе», «Абхазия. Война под пальмами», «На Украине призвали готовиться к военному захвату Крыма», «В Сирии группа детей подорвалась на мине» и т.п.
Лексика заголовков эмоционально окрашена, слова и выражения, такие как: «скорое начало масштабной войны», «призвали готовиться к военному захвату» − воздействуют на аудиторию негативно, вызывают ощущение тревожности и неуверенности.
Публикация, которая соответствует принципам журналистики мира, вышла с таким заголовком: «Ночь мира: как Армения и Азербайджан поделили Карабах». И заголовок, и текст статьи носят позитивный характер. В тексте не даются оценки действиям сторон и раскрываются позиции всех участников конфликта. Не используется и эмоционально окрашенная лексика. Также авторы пытаются определить наиболее приемлемый для всех участников способ урегулирования ситуации.
Одна из основных проблем не только журналистики, но и всего современного мира – ощущение утраты истины. Внимание общества достаточно искусственно концентрируется на заведомых фабрикациях дезинформации в различных вариантах фейковых новостей, пост-правды и конспирологии. Разделение строится хаотично по мере диверсификации потока фабрикаций и не может рассматриваться в качестве объективной классификации.
Фабрикации сравниваются друг с другом в зависимости от политической ангажированности темы, источника или транслятора, но не с возможной истиной. Наличие в новостях информации или дезинформации, как правило, не рассматривается, или рассматривается только в связи с претензиями и неадекватно.
Понятие истинности информации является важнейшим в описании и решения конфликта. Истинность сообщения не определяется наличием признаков фабрикации. Кроме того, во время физической турбулентности отдаленные системные эффекты приводят к появлению известного на бытовом уровне феномена «ложь во спасение». Роль процессов самоорганизации повышается.
В то же время журналистский корпус находится под политическим давлением и действует в условиях традиционных ограничений и искусственных презумпций, предписывающих использование заготовок (штампов, стереотипов, мифов) в зависимости от темы и источника.
Длительная адаптация к внутреннему психологическому конфликту развивает у журналиста агрессивное отторжение альтернативной информации, опровергающей заданную, и, зачастую, негативное отношение к собственной стране.
Представители власти и государственных СМИ получают ментальный маркер «одиозная фигура» или экстремальные характеристики, в которых используются ярлыки «упыри», «палачи», «убийцы».
Для преодоления когнитивного диссонанса в осознании невозможности разрешения конфликта распространяется банальность «у каждого своя правда». В журналистике по умолчанию принят англосаксонский стандарт двух мнений. Нередки утверждения, что истина никому не нужна и люди не ждут ее от журналиста, предпочитая иллюзии.
В какой-то степени так и есть, если отделять феномен идеала от истины. Ситуация 2020 года далека от поисков идеала.
Независимо от количества приведенных мнений конструкции лжи приобретают свойство «эгоистичности» и ведут себя агрессивно относительно правды. В результате общество лишается базы взаимопонимания.
Исходя из вышеизложенного, можно сделать следующие выводы:
1. Заголовки и тексты публикаций масс-медиа о конфликтах часто имеют «уклон в сторону насилия» (информируют о насилии, показывают жестокие сцены, демонстрируют последствия агрессии).
2. Журналисты фокусируются не на поисках рациональных решений урегулирования ситуации, а на устрашающих аспектах происходящего, создавая шоковый контент.
3. Масс-медиа тиражируют тезисы об угрозах разрастания войны, тем самым негативно воздействуя на массовое сознание, подавляя конструктивный настрой с целью более эффективного управления людьми.
4. Действенный подход к разрешению конфликтов основан на эффекте жизнестойкости, который возникает у части популяции под действием совокупности кризисных явлений и негативных факторов. В этом отношении информирующая журналистика может способствовать разрешению социальных конфликтов, а не нагнетанию фатализма.
5. Поиск истины и правдивой информации остается абсолютной прерогативой в деятельности журналиста, несмотря на цензуру, различного рода презумпции и распространение фейкового контента.
6. Успешный в прошлом алармистский подход должен постепенно замещаться предоставлением аудитории верифицированных фактов для формирования адекватной картины происходящего. Принятые законодательные меры против экстремизма и разжигания конфликтов в медийном пространстве поставили вопрос о морально-этической ответственности каждого журналиста, а не абстрактного профессионального сообщества в целом.
Список литературы
1.Ачкасова В.А. Возможности СМИ в области лоббирования : медиа как фактор конфликтности и соглашения // Мировые процессы, политические конфликты и безопасность. М.: РОССПЭН, 2007. С.137-151.
2. Вакурова Н.В., Московкин Л.И. Особенности работы журналиста в перманентно меняющемся мире // Матер. междунар. науч.-практ. конф. «Журналистика – медиалогия – наставничество: к 100-летию БГУ и 95-летию проф. Б.В.Стрельцова (1 марта 2021 г.) Научное электронное издание. Минск, БГУ, 2021. С. 21 – 26
3. Вакурова Н.В. Информационная война в системе политического маркетинга: диагностические признаки и механизмы противодействия // Вестник Моск. ун-та. Сер. 21. Управление (государство и общество). 2017. №4. С. 55 – 71
4. Горшкова В.В. СМИ как субъект и участник конфликтов в современном обществе// Вестник СПГУТД, 2017, №1. С.115-119
5.Козырев Г.И. Политическая конфликтология. М.: ИД «ФОРУМ»: ИНФРА-М, 2008. 432 с.
6. Лукина М.М. Конфликт как новостная ценность // Журналистика в 2020 году: творчество, профессия, индустрия: сб. матер. междунар. науч.-практ. конф. М.: Фак. журн. МГУ, 2021. 632 с.
7. Мельников М. Прикладная конфликтология для журналистов / сост. М. Мельников. М.: «Права человека», 2006. 158 с.
8. Николайчук И.А., Янгляева М.М., Якова Т.С. Крылья хаоса. Масс-медиа, мировая политика и безопасность государства / И.А. Николайчук, М.М.Янгляева, Т.С.Якова. М.: Издательство ИКАР, 2018. 352 с.
9. Савицкая А.С. Средства массовой информации в ситуации конфликтного взаимодействия// Известия РГПУ им. А. И. Герцена. 2009. №92. С.84-88 .URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sredstva massovoy-informatsii-v-situatsii-konfliktnogo-vzaimodeystviya (дата обращения: 04.03.2021).
10. Galtung J. State, Capital and the Civil Society: The Problem of Communication // Vincent, R., Nordenstreng, K., Traber, M. eds Towards Equity in Global. Communication: MacBride Update. Gresskill. 1999.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments